— Попав во внешний двор, сосредоточься на самосовершенствовании. Как можно скорее создай первую нить духовной силы и ступи на первый уровень Конденсации Ци — только тогда ты по-настоящему встанешь на путь бессмертия.
Седовласый управляющий протянул ему последнюю вещь и, подняв глаза на Су Бая, сказал уже мягче:
— Запомни, достигнув первого уровня Конденсации Ци, ты сможешь ежемесячно получать в конторе внешнего двора одну «Пилюлю Сосредоточения Ци».
— Эта пилюля поможет тебе концентрировать духовную энергию и повысит эффективность тренировок. Это основное преимущество, которое секта предоставляет ученикам внешнего двора, не упускай его.
— Ученик запомнит. Благодарю за наставление, — Су Бай почтительно поклонился и, забрав узелок, вышел из очереди.
Он не ушёл сразу, а подождал у конторы.
Вскоре оттуда вышел У Тянь, тоже с тёмно-синим узелком в руках. На его лице было написано удивление.
— Брат Су, меня распределили в сектор «Бин», двор номер сто двадцать два, комната шесть, — У Тянь помахал зелёным нефритовым жетоном в руке. — А тебя?
— Двор номер тридцать два, комната четыре, — Су Бай посмотрел на появившиеся на жетоне маленькие иероглифы. — Похоже, один на востоке, другой на западе. Пока нам не по пути.
Они обменялись номерами дворов и договорились встретиться, как только обустроятся.
У Тянь почесал затылок и улыбнулся:
— Я слышал, у учеников внешнего двора есть три свободных дня в месяц. Тогда я приду к брату Су, чтобы посоветоваться по поводу тренировок!
— Будем обмениваться опытом, — Су Бай похлопал его по плечу и проводил взглядом этого простодушного юношу, который направился к западным дворам, после чего и сам повернул на восток.
Двор учеников внешнего двора был довольно большим и делился на четыре сектора: «Цзя», «И», «Бин» и «Дин». В каждом секторе было более сотни отдельных дворов.
Дорожки из синего камня пересекались под прямым углом, а по бокам стояли деревянные указатели с рунами. Стоило прикоснуться к ним пальцем, как появлялась карта расположения дворов в этом секторе.
Су Бай, следуя указателям, прошёл через два переулка, и перед ним предстала группа аккуратных дворов-четырёхугольников.
Серые стены, тёмная черепица, а над дверями — деревянные таблички с номерами.
Двор номер тридцать два находился в середине переулка. Ворота были плотно закрыты, а на дверном кольце висело медное зеркало размером с ладонь, в котором слабо переливался свет — вероятно, это был простой опознавательный массив.
Су Бай достал зелёный нефритовый жетон и поднёс его к зеркалу.
Поверхность зеркала пошла рябью, луч света скользнул по жетону, и раздался тихий щелчок. Ворота медленно открылись внутрь.
Войдя, он оказался в совершенно другом мире.
Двор был просторнее, чем казалось снаружи, около десяти метров в поперечнике, вымощенный синим кирпичом, в щелях которого рос бархатистый зелёный мох.
В центре двора росло больше десяти стволов изумрудного бамбука, их тени колыхались на ветру.
Под бамбуком стоял каменный стол и скамьи. Столешница была гладкой, как зеркало, — видимо, её часто протирали.
Но больше всего привлекало внимание то, что было над двором — он был не под открытым небом, а накрыт светло-лазурным прозрачным куполом, похожим на перевёрнутую нефритовую чашу.
Сквозь купол было видно чистое небо и плывущие облака, но ни ветер, ни дождь, ни пыль не попадали во двор. Вероятно, это был какой-то защитный и собирающий духовную энергию массив.
В этот момент за каменным столом сидел человек.
Ему было лет двадцать три-двадцать четыре, он был одет в такую же лазурную одежду, как и другие ученики внешнего двора, но на его манжетах была серебряная кайма, а аура была спокойной и уверенной.
Он держал в руках свиток и, услышав шаги, поднял голову. Его взгляд на мгновение задержался на Су Бае, и он спросил:
— Ты младший брат Су Бай?
Су Бай быстро подошёл и, поклонившись как ученик, ответил:
— Да, я новый ученик Су Бай. Приветствую, старший брат.
Юноша отложил свиток и, встав, ответил на поклон:
— Я Чжоу Чан, староста двора номер тридцать два. Можешь звать меня старшим братом Чжоу. Контора управляющего уже передала мне твои данные через нефритовый жетон связи.
Он говорил быстро, и в его взгляде читалась деловитость.
— Старший брат Чжоу, — Су Бай последовал его примеру.
Чжоу Чан оглядел Су Бая и слегка кивнул:
— Раз уж ты вступил во врата бессмертных, самосовершенствование должно быть на первом месте. Иди, разложи вещи, переоденься, и через четверть часа приходи сюда. Я передам тебе основы первого уровня «Искусства Переплавки Ци Закатной Дымки».
— Да, — ответил Су Бай и, взяв жетон, направился к северным комнатам.
В дворе-четырёхугольнике с каждой стороны было по три комнаты, над дверями которых висели номера.
Комната номер четыре была второй в восточном крыле. Су Бай поднёс жетон к замку, вспыхнул зелёный свет, и дверь бесшумно открылась.
Внутри было просто: кровать, шкаф, стол и стул, всё сделано из зелёного бамбука и источало лёгкий свежий аромат.
На кровати лежало простое постельное бельё, мягкое на ощупь.
В углу стоял сундук для одежды высотой в половину человеческого роста, а на столе — масляная лампа, кувшин с водой, глиняная чашка и другие предметы быта.
Самым необычным был коврик для медитации под окном — он был сплетён из каких-то коричневых стеблей, с гладкой поверхностью, и от него исходила слабая духовная энергия.
Су Бай открыл узелок и достал одежду ученика внешнего двора.
Одежда была из неизвестной ткани, с вышитыми на манжетах и воротнике скрытыми узорами в виде облаков, прохладная на ощупь.
Он переоделся, завязал пояс и посмотрел в зеркало — юноша в зеркале был с ясными чертами, в простой лазурной одежде. В его облике стало меньше императорского благородства и больше утончённости.
Взяв книгу «Искусство Переплавки Ци Закатной Дымки», он быстро вернулся во двор.
Чжоу Чан уже ждал его у каменного стола. Увидев его, он посмотрел на книгу в его руках:
— Грамоту знаешь?
— Да, — ответил Су Бай.
— Очень хорошо, — Чжоу Чан указал ему сесть. — Сначала прочти наставления для первого уровня, чтобы иметь общее представление, а потом я объясню каждую строчку.
Су Бай открыл книгу. На первой странице были наставления для первого уровня, всего чуть больше пятидесяти иероглифов:
【Когда восходит закатная дымка, духовная платформа ясна. Вбирай ци в тело, сто меридианов открываются. Сердце как стоячая вода, воля следует за дымкой. Ци возвращается в даньтянь, духовный росток зарождается сам.】
Слова были древними, а смысл — глубоким.
Су Бай спокойно прочёл их дважды и, хоть и не понял всего, почувствовал заложенную в них мудрость самосовершенствования.
— Прочёл? — спросил Чжоу Чан.
— Да.
— Тогда я начну объяснять, — серьёзно сказал Чжоу Чан. — «Искусство Переплавки Ци Закатной Дымки» — это основополагающая техника нашей секты, её уровень выше, чем у обычных техник Конденсации Ци. Её особенность заключается в «заимствовании силы закатной дымки» — каждый день на рассвете и на закате, когда небо озаряется, в мире появляется особая духовная гармония, которая резонирует с этой техникой, и тренировки в это время становятся вдвойне эффективными. Конечно, в остальное время тоже можно тренироваться.
Он указал Су Баю сесть на каменную скамью напротив, а сам встал и, прохаживаясь, начал рассказывать:
— В начале пути самосовершенствования главное — это «покой». Нужно избавиться от всех мыслей и сосредоточить волю на духовной платформе.
Он указал на свою переносицу.
— Так называемая духовная платформа — это не какое-то конкретное место, а состояние, когда твоя духовная воля сконцентрирована. Закрой глаза и попробуй опустошить свой разум.
Су Бай послушно закрыл глаза и начал ровно дышать.
Спокойный голос Чжоу Чана раздался снова:
— Представь, что ты сидишь на облаке, тебя овевает лёгкий ветерок, всё вокруг далеко, а твоё сердце — как стоячая вода. Только так ты сможешь отразить небесную и земную духовную энергию.
Су Бай постепенно успокоился.
Неизвестно, было ли это из-за его трёх духовных корней или из-за обилия духовной энергии в секте Нефритовой Дымки, но не прошло и времени, как заварится чай, как он почувствовал что-то странное…
В тёмном поле зрения начали появляться крошечные огоньки.
Алые, как искры, лазурные, как капли воды, и изумрудные, как молодые побеги — трёхцветные точки были самыми активными и плясали вокруг него.
Иногда несколько точек касались его кожи и, словно капли росы, впитывались в песок, оставляя лёгкое, прохладное покалывание.
— Почувствовал? — спросил Чжоу Чан.
Су Бай открыл глаза, в его взгляде было удивление:
— Какие-то цветные огоньки…
— Это и есть проявление небесной и земной духовной энергии, — в глазах Чжоу Чана промелькнуло одобрение. — У тебя три духовных корня: вода, огонь и дерево, поэтому ты особенно чувствителен к энергии соответствующих стихий. Те точки, что сами приближаются к тебе, притягиваются твоими духовными корнями.
Он подошёл к столу, открыл книгу и указал на второй абзац:
— Дальше идёт «вбирание ци в тело». Ты должен мысленно направлять эти огоньки духовной энергии по меридианам, чтобы в итоге они собрались в даньтяне.
Чжоу Чан подробно объяснил расположение основных меридианов в теле и попросил Су Бая проводить пальцем по ним, чтобы запомнить путь.
Затем он научил его простой дыхательной технике: на вдохе мысленно направлять ци в меридианы, на выдохе — продвигать поток дальше.
— Поначалу у тебя будет оставаться не больше одной десятой, большая часть духовной энергии будет рассеиваться по пути, но после сотен и тысяч попыток меридианы постепенно очистятся, и образуется «путь ци». Когда основные меридианы станут проходимыми для духовной энергии, скорость поглощения значительно возрастёт, и ты сможешь попытаться создать в даньтяне первый «духовный росток» — это и будет признаком достижения первого уровня Конденсации Ци.
Су Бай внимательно слушал, время от времени задавая вопросы.
Чжоу Чан терпеливо отвечал на все и даже своей собственной духовной энергией слегка касался запястья Су Бая, чтобы тот почувствовал слабое движение ци в своём теле.
Незаметно прошло больше часа.
Смеркалось, и защитный купол над двором засветился тёплым жёлтым светом, озаряя всё вокруг, словно в сумерках.
Су Бай уже мог с трудом провести небольшое количество духовной энергии по меридианам руки, совершив малый круг циркуляции.
Хоть каждый раз у него оставалось всего три-пять точек, и двигались они медленно, но прогресс был налицо.
— Очень хорошо, — Чжоу Чан наконец улыбнулся. — Твоя способность к пониманию лучше, чем у двух младших братьев, которые пришли несколько дней назад. На сегодня всё. Возвращайся в свою комнату и тренируйся сам. Запомни, в самосовершенствовании главное — постоянство.
Его выражение стало серьёзным:
— Особенно тот час на рассвете, когда небесная закатная дымка наиболее сильна, — его ни в коем случае нельзя упускать. Даже если ты будешь лениться, в этот час ты обязан медитировать. Это первое правило для учеников внешнего двора, понял?
— Ученик понял, — Су Бай встал и почтительно поклонился. — Благодарю старшего брата Чжоу за усердные наставления.
Чжоу Чан махнул рукой:
— Это моя обязанность как старосты. Секта вознаградит меня за это очками вклада. Твой прогресс и мне на пользу.
Сердце Су Бая дрогнуло.
Хотя этот старший брат Чжоу и говорил, что это его долг, его терпение и внимательность были далеко не обычными.
Он не удержался и спросил:
— Старший брат Чжоу, сейчас в этом дворе только мы вдвоём?
— Нет, — Чжоу Чан указал на западное крыло. — В комнатах номер два и три живут ещё два младших брата, они поступили в последние три дня. Они очень усердно тренируются и, кроме как на еду, почти не выходят из своих комнат.
Он сделал паузу и улыбнулся.
— Тебе, можно сказать, повезло. Завтра, боюсь, прибудет ещё один новый младший брат, и мне придётся снова всё объяснять с самого начала. Эти несколько дней были на удивление спокойными.
Су Бай с любопытством спросил:
— Старший брат, почему бы вам не дождаться, пока все соберутся, и не объяснить всё разом? Так было бы легче.
Чжоу Чан покачал головой:
— В самосовершенствовании дорога каждая секунда. Иногда не хватает каких-то десяти-пятнадцати дней, и физическое тело и кровь начинают увядать, и прорваться через узкое место становится намного сложнее.
— Чем раньше ты начнёшь вбирать ци, тем больше у тебя шансов заложить основу, — он посмотрел на изумрудный бамбук во дворе и тихо сказал: — Когда я поступил, мой староста относился ко мне так же. Теперь, когда я несу эту ответственность, я должен следовать его примеру — пришёл один, я научу одного. Я не буду никого задерживать.
Сумеречный свет падал на его профиль. Он был в простой лазурной одежде, а его взгляд был ясным.
Су Бай был тронут.
Этот старший брат Чжоу был по-настоящему добрым человеком.
http://tl.rulate.ru/book/166243/10983754
Готово:
