Древние говорили: "Еда и похоть — природа человека".
Линь Янь, как выдающийся молодой человек XXI века, естественно, должен был следовать этим славным традициям.
Внизу золотой свет, скрывавший божественный источник, рассеялся.
Без покрова золотого света чарующие, гордые и стройные фигуры Чанси и Сихэ предстали во всей красе.
Каждый их взгляд и улыбка заставляли забыть обо всём на свете.
Для Линь Яня, который тысячи лет полагался лишь на "пять девиц" (руку), это зрелище стало бальзамом на душу.
— Нет, такую красоту нельзя отдавать Дицзюню...
Линь Янь решил вмешаться.
Нет, он решил действовать сразу по двум направлениям.
Вот это будет настоящий мужской триумф.
— Да, так и поступим.
Внезапно его озарило, и Линь Янь начал собираться.
Тем временем Чанси и Сихэ.
Они вылетели из источника и направились в сторону Лунной Звезды.
— Разрываю узы брака, предсказываю будущее, вижу прошлое.
— Доказываю Дао, ищу чудесные методы, ломаю судьбу.
По пути к Лунной Звезде до них донеслись эти слова.
Услышав их, Сихэ и Чанси остановились.
— Сестра, кто это такой дерзкий?
— Смеет утверждать, что может предсказать будущее и узреть прошлое.
Чанси вспылила; такие самонадеянные речи вызывали раздражение.
Сихэ тоже сочла эти слова чрезмерно высокомерными.
Кто, кроме Святых, осмелится на такое бахвальство?
— Разрываю узы брака, предсказываю будущее, вижу прошлое.
— Доказываю Дао, ищу чудесные методы, ломаю судьбу.
Голос раздался снова, и Чанси очень захотелось узнать, кто же этот смельчак.
Они, сёстры, обладали культивацией на пике Великого Золотого Бессмертного Далуо, их жизнь была равна жизни Неба.
Но даже они не смели утверждать, что могут предсказать будущее и видеть прошлое.
Не говоря уже о доказательстве Дао и сломе судьбы.
Только Святые способны знать будущее и видеть прошлое.
В Хунхуане все, кто выше Золотого Бессмертного Тайъи, имеют врождённую основу и форму.
Есть также существа — врождённые божества.
Кто, кроме Святых, посмеет заявлять о предсказании будущего и видении прошлого?
— Сестра, давай посмотрим, кто это там разглагольствует.
Очевидно, это не Святой; к тому же Святые так не разговаривают.
Чанси потянула Сихэ в ту сторону, откуда доносился голос.
Сихэ последовала за сестрой; ей тоже было любопытно, кто осмелился на такие дерзкие речи в их присутствии.
"На меже стоит человек, словно нефрит,公子世无双 — благородный муж, которому нет равных в мире".
Белоснежные одежды колыхались на ветру, придавая его образу дымку таинственности.
Сихэ взглянула на него и с удивлением обнаружила, что не может определить уровень его культивации.
Неужели он выше Великого Золотого Бессмертного Далуо, неужели он Квази-святой?
Чанси тоже замерла.
Живущие в уединении на Лунной Звезде, Чанси и Сихэ были очарованы образом Линь Яня в его развевающихся белых одеждах и его неземной аурой, источающей бесконечное обаяние.
— Сестра, ты видишь, каков его уровень культивации?
Помотав головой, чтобы прогнать странные мысли, спросила Чанси.
— Не вижу, — ответила Сихэ.
Они обе были на пике Великого Золотого Бессмертного Далуо, просто Сихэ была немного сильнее сестры.
— Небесное Дао безбрежно, Великое Дао туманно.
Приблизившись к Линь Яню, сёстры услышали эти слова и сочли его крайне самонадеянным.
Линь Янь увидел Чанси и Сихэ.
Вблизи они казались ещё прекраснее.
— Кто ты такой? — спросила Чанси, надув алые губки.
— Моё даосское имя — Лаогун (Муж), — не моргнув глазом, ответил Линь Янь.
— Лаогун? — переспросила Сихэ с лёгким недоумением.
— Да!
Услышав отклик Линь Яня, Сихэ удивлённо посмотрела на него.
В то же время она задумалась.
Был ли среди трёх тысяч слушателей в обители Святого кто-то с именем "Лаогун"?
Но, как ни старалась, она не могла вспомнить никого с таким именем.
— Лаогун, ты утверждаешь, что можешь предсказать будущее, узреть прошлое, доказать Дао и сломать судьбу.
— А если ошибёшься, что тогда? — снова обратилась к Линь Яню Сихэ.
Если бы это сказал Святой, она бы поверила, но Линь Янь совсем не был похож на Святого.
Она хотела знать, на чём основана такая дерзость.
Кроме того, она размышляла: раз этого человека не было среди трёх тысяч гостей Святого, значит, он, скорее всего, бродячий культиватор Хунхуана.
Ведь все, кто попал во Дворец Пурпурных Облаков, имели врождённую основу, были врождёнными божествами и достигли уровня Великого Золотого Бессмертного Далуо.
Линь Яня среди них не было, значит, он — мелкая сошка.
— Предсказывать или нет — зависит от вас, а не от меня.
Прямо заявить о цели — не сработает.
Слишком прямолинейные действия вызовут обратный эффект, ведь дураков здесь нет.
Врождённые божества с врождённой основой — если сказать им всё в лоб, это неизбежно вызовет подозрения.
Услышав слова Линь Яня, Чанси надула губки и уже хотела разразиться бранью.
Сихэ остановила её; ей было интересно, что скажет Линь Янь.
— Спасибо, Лаогун. Можешь ли ты предсказать будущее для нас, сестёр? — холодно усмехнулась Сихэ. Если Линь Янь начнёт нести чушь, им, сёстрам, палец в рот не клади.
Слыша, как две сестры называют его "Лаогун" (Муж), Линь Янь чувствовал в душе некоторое удовлетворение.
Что поделаешь, помечтать не грех, верно?
Если бы две небесные красавицы называли вас мужем, я не верю, что вы смогли бы сохранять полную невозмутимость.
Даже если внешне вы спокойны, внутри всё ликует.
Линь Янь принял вид мудрого старца и начал нести околесицу:
— У вас двоих в будущем будет одно бедствие, и оно связано с кланом демонов.
— Если хотите избежать этого бедствия, ни в коем случае не имейте никаких дел с кланом демонов.
Сказав это, Линь Янь развернулся и ушёл.
Вспыхнула пурпурная ци, и в мгновение ока Линь Янь исчез из виду.
Ни Сихэ, ни Чанси не заметили, как он пропал.
Словно он испарился в одну секунду.
— Неужели это действительно могущественный наставник?
Даже с их уровнем пика Великого Золотого Бессмертного Далуо они не смогли уследить, как исчез Линь Янь.
Это произошло мгновенно.
Однако доля сомнения всё же осталась.
Они, сёстры, были воплощением духа Лунной Звезды, врождёнными божествами с врождённой основой.
Их удача была бесконечна, откуда взяться великому бедствию?
— Сестра, ты веришь тому, что сказал этот человек? — повернулась Чанси к Сихэ.
Хотя Линь Янь прямо не назвал имён, но сейчас, когда клан демонов основан и создан Небесный Двор...
Острие указывает на Дицзюня и Дунхуан Тайи.
Только эти два брата могут представлять для них угрозу.
— Правда это или ложь, но когда вернёмся, будем отклонять любые приглашения, — сказала Сихэ.
Раньше они всегда жили на Лунной Звезде, практикуясь и постигая Путь Инь.
Они покинули Лунную Звезду только ради проповеди Святого.
Иначе они бы и носа не высунули.
Святой провёл две проповеди, и всё важное уже сказано.
Вернувшись на этот раз, они не покинут Лунную Звезду, пока не станут Святыми.
— Угу.
Чанси не возражала.
Вне Хунхуана всё же не так хорошо, как на Лунной Звезде; взгляды посторонних слишком неприятны.
Во Дворце Пурпурных Облаков некоторые смотрели на них так, словно хотели съесть.
...
— Хорошо, что я быстро убежал...
Пока Линь Янь говорил те слова, он чувствовал, будто над головой вот-вот ударит молния.
Изначально он хотел прямо сказать про "ничтожных Дицзюня и Дунхуан Тайи".
Но в тот же миг сгустилась чёрная туча.
Ему пришлось сменить формулировку и сказать "связано с кланом демонов".
А потом он поспешил ретироваться; если бы задержался, точно получил бы молнией.
Раскрытие тайн Небесного Дао — дело небезопасное.
Хорошо, что успел смыться, иначе и правда могло прилететь.
Хотя сейчас он на стадии Золотого Ядра и уверен, что может побить Святого, он не знал, выдержит ли силу Небесного Дао.
Несмотря на своё бессмертие, пробовать смерть на вкус ему не хотелось.
— Проклятые небеса, вот достигну стадии Зарождающейся Души — и я вас уделаю.
http://tl.rulate.ru/book/166021/10945876
Готово:
