— Эх, Ванба, Ванба, если бы не я, ты бы уже превратился в суп из черепахи.
Линь Янь держал в руках Ванба (черепаху), которая втянула голову в панцирь.
"Ванба, Ванба, это у тебя вся семья — Ванба!"
"Меня зовут Сюань-у, Сюань-у!"
Ванба в руках Линь Яня на самом деле была Сюань-у, одним из четырех священных зверей Хунхуана.
Изначально она почувствовала зов сердца, что на одной безымянной горе за пределами основного мира Хунхуан её ждёт удача.
Но как только она прибыла сюда, то увидела, как к ней тянется лапа.
А потом всё померкло.
Когда Сюань-у высунул голову, он уже был прижат этой лапой.
Несмотря на то, что он обладал уровнем Великого Золотого Бессмертного Далуо, он ничего не мог поделать.
Сюань-у, который изначально мог говорить на человеческом языке, с ужасом обнаружил, что после попадания в это место он потерял дар речи и мог издавать лишь звуки черепахи.
Больше всего его потряс хозяин той лапы. Он не знал, что это за божественный или священный зверь Хунхуана.
Во всём Хунхуане он никогда не видел такого странного зверя.
От него Сюань-у не чувствовал никакой мощной силы крови.
Однако одна лишь лапа подавила его так, что он не мог пошевелиться.
И такой могучий зверь слушался человека, который, похоже, был его хозяином.
Сюань-у не мог этого вообразить.
В руках Линь Яня сила Великого Золотого Бессмертного Далуо внутри Сюань-у словно была запечатана.
В этот момент он был в ужасе.
"Что это за место?"
"Почему здесь так страшно? Неужели это додзё Святого?"
Но сейчас единственным Святым был Хун Цзюнь из Дворца Пурпурных Облаков во Внешних Небесах Хаоса.
К тому же, Хун Цзюнь не стал бы приходить сюда.
Только ради того, чтобы поймать его.
Если бы Святой захотел его поймать, ему хватило бы одной мысли.
Зачем такие сложности?
— Всё время звать тебя Ванба как-то не очень, надо дать тебе имя, — Линь Янь склонил голову, размышляя.
Система дала задание рассказать о Дао Лао Лю.
А Лао Лю — это существо одновременно и милое, и ненавистное.
— Отныне тебя будут звать Милашка.
Услышав это, Сюань-у от испуга резко высунул голову из панциря.
"Милашка? Это оскорбление моего величия священного зверя!"
Только имя Сюань-у способно нести в себе мощь священного зверя.
— О-о-о, ни фига себе.
— Оказывается, твоя шея может так вытягиваться, — удивился Линь Янь, едва не выронив черепаху.
— Даже если ты не согласен, ничего не поделаешь. Милашка — это твоё имя.
Линь Янь, глядя на реакцию черепахи, догадался, что имя "Милашка" ей не нравится.
Но только имя Милашка могло вместить в себя Дао Лао Лю, о котором он собирался рассказать.
Раньше, чем бы он ни занимался, Линь Янь больше всего ненавидел Лао Лю (кемперов/крыс), а теперь он учил черепаху, как быть Лао Лю.
Поистине, пути господни неисповедимы.
Сюань-у смирился. Милашка так Милашка.
Всё равно, даже если он не согласен, снаружи он останется могучим Сюань-у.
— Хе, вот так-то лучше, послушный.
— Давай я расскажу тебе, что такое Дао Лао Лю.
Линь Янь опустил Сюань-у на землю, сел и начал свой бесконечный рассказ, обращаясь к Сюань-у.
Поначалу Сюань-у не воспринимал это всерьёз, но постепенно начал замечать нечто странное.
Вокруг Линь Яня вились бесконечные порядки небес и земли, законы и ритмы Дао.
Словно у его ног звучал рёв бесчисленных богов и демонов.
Его слова становились законом. Каждая фраза Линь Яня казалась путём Дао, и законы Великого Дао кружили вокруг него.
Сюань-у был напуган.
Слова «потрясение» было уже недостаточно, чтобы описать его чувства в этот момент.
"Кто этот человек? Какой могущественный владыка?"
С момента рождения четырёх священных зверей у них была наследственная память.
Но, просматривая свою память за бесконечные эпохи Хунхуана, Сюань-у не мог найти никого, кто соответствовал бы Линь Яню.
"Так вот оно что... вот где моя удача."
Сюань-у полностью прозрел.
Он думал, что, попав сюда и получив имя Милашка, его ждёт печальная участь, но всё оказалось совсем не так.
Это была действительно безграничная возможность.
"Ха-ха-ха, жизнь меня, Сюань-у, теперь изменится навсегда."
Четыре священных зверя Хунхуана: Цинлун, Байху, Чжуцюэ и Сюань-у.
У него, Сюань-у, был самый низкий уровень совершенствования, хоть он и был одним из них.
Зато у него была поразительная защита: даже если три других священных зверя объединят усилия, они вряд ли смогут пробить его оборону.
Теперь, получив наследие Дао Лао Лю, его уровень совершенствования наверняка превзойдёт Цинлуна, Байху и Чжуцюэ.
Радостный Сюань-у высунул все четыре лапы и максимально вытянул шею.
[Динь, носитель выполнил задание по управлению зверями, +10 очков близости.]
[Награда носителю: Врождённый духовный корень Слива Хуанчжун.]
Крупная награда.
Линь Янь перестал обращать внимание на Милашку Сюань-у. Раз задание выполнено, его дело сделано.
Врождённый духовный корень Слива Хуанчжун занимал высокое место среди врождённых духовных корней Хунхуана.
Слива Хуанчжун цвела раз в один Юаньхуэй, приносила плоды раз в следующий Юаньхуэй, созревала ещё через один Юаньхуэй, и только спустя ещё один Юаньхуэй плоды можно было есть.
На каждом плоде этого врождённого корня появлялись иероглифы «Хуан Чжун» (Жёлтая Середина).
Съев всего один плод, можно было мгновенно достичь уровня Великого Золотого Бессмертного Далуо.
Что ещё более невероятно, просто вдохнув аромат цветов этого дерева, можно было получить десять тысяч лет совершенствования.
В этом и заключалась мощь Сливы Хуанчжун.
К тому же, каждый раз на дереве созревало всего девять плодов.
Всего требовалось четыре Юаньхуэя, чтобы они созрели и стали съедобными.
— Немного жаль. Если бы сейчас была спелая Слива Хуанчжун, я бы сразу стал Великим Золотым Бессмертным Далуо.
Линь Янь вышел на задний двор и небрежно посадил Сливу Хуанчжун.
Врождённое Банановое Дерево и Врождённую тыквенную лозу он тоже посадил здесь без особых церемоний.
И вроде бы никаких проблем не возникло.
Конечно, с Банановым Деревом и тыквенной лозой он прихватил и всю почву под ними.
Но Гора Двойных Пиков находилась под действием правил системы, да и сама гора была наградой от системы.
Наверное, проблем быть не должно.
— Чёрт, система, ты действительно крута.
Врождённый духовный корень Слива Хуанчжун, также известная как Духовный корень Изначального Хаоса.
В Хунхуане о её местонахождении никто не знал, а система смогла её достать.
Не зря говорят, что это самый мощный «Золотой палец» для попаданца.
Хотя его «Золотой палец» был немного холодным, несерьёзным и странным.
Но всё же очень мощным.
— Закалка Ци, Возведение Фундамента, Золотое Ядро, Зарождающаяся Душа, Трансформация Божества, Возвращение к Пустоте, Преодоление Скорби, Земной Бессмертный, Небесный Бессмертный, Золотой Бессмертный, Золотой Бессмертный Тайъи, Великий Золотой Бессмертный Далуо...
Он, Линь Янь, сейчас на стадии Золотого Ядра.
Если делить по уровням, то он всего лишь новичок третьего уровня.
Сливе Хуанчжун требовалось четыре Юаньхуэя. Один Юаньхуэй — это сто двадцать девять тысяч шестьсот лет.
Четыре Юаньхуэя — это пятьсот восемнадцать тысяч четыреста лет.
"Чёрт, как же долго."
Блин, он-то может жить вечно.
Пусть небеса рухнут, а земля погибнет, он не умрёт.
Карма его не касается, бедствия не затрагивают.
Но это же пятьсот восемнадцать тысяч четыреста лет!
Очень, очень долго.
Если просто тупо ждать, пока созреет Слива Хуанчжун... чёрт, это хуже смерти.
В это время с другой стороны.
"Я постиг, я наконец-то постиг!"
"Так вот что такое Дао Лао Лю."
В момент прозрения Милашка Сюань-у разделился на несколько тысяч копий Сюань-у.
Дао Лао Лю было постигнуто лишь на начальном уровне. Если достичь мастерства...
То весь Хунхуан может быть заполнен Сюань-у.
На пике Дао Лао Лю все миры могут стать Сюань-у.
Подавлять жизнь и смерть, развеивать прах, жертвовать собой, проливать горячую кровь? Нет!
Прятаться за спиной и бить врага дубиной, забирать фраги, отсиживаться в панцире, заставляя врагов дрожать от страха при одном упоминании.
Прекрасно, просто прекрасно.
"Ха-ха-ха, Цинлун, Байху, Чжуцюэ."
"Посмотрим теперь, как вы будете важничать."
Будучи одним из четырех священных зверей, он был вынужден отсиживаться в маленьком уголке Северного Моря и совершенствоваться, имея самый низкий уровень.
Но теперь всё изменилось.
...
http://tl.rulate.ru/book/166021/10853177
Готово:
