Глава 26: Цена ошибки – забвение
Сложная операция? Нехватка опытных рук? Непостижимая резекция коварной опухоли?
В голове Дэвида вихрем пронеслись десятки тревожных вопросов.
Но прежде, чем разум успел обдумать риски, его губы произнесли:
– Я возьмусь за это.
Харон, пронзив его острым взглядом, убедился в невозмутимости Дэвида. Затем, не говоря ни слова, протянул клочок бумаги с номером комнаты:
– Эта операция – врата в вечность. Не разочаруй.
Дэвид машинально взял записку, бросив мимолетный взгляд на цифры.
Комната 8808, пентхаус, где царствует тишина и роскошь, – эксклюзивная обитель для избранных членов Высшего Совета.
Похоже, на этот раз судьба вручила ему шанс спасти влиятельного игрока в этой опасной игре.
Заметив хищный блеск в глазах Дэвида, Харон предостерег:
– До того, как ты переступишь порог этой комнаты, ты можешь передумать. Но раз ты войдешь туда… возможен только один исход – триумф. Ты понимаешь?
Дэвид на мгновение погрузился в раздумья. Операция по удалению опухоли – всегда хождение по краю пропасти. Риск неудачи здесь гораздо выше, чем в других областях медицины.
Безоглядно рисковать жизнью члена Высшего Совета, не имея даже базовой информации, – верх безрассудства.
– Могу ли я ознакомиться с результатами КТ пациента, прежде чем вынесу окончательное решение? – спросил он, стараясь скрыть волнение.
Харон молча кивнул.
– Следуй за мной.
Он повел Дэвида в неприметную комнату на первом этаже, охраняемую невидимыми барьерами. После сложной процедуры биометрической идентификации – сканирования отпечатков пальцев и сетчатки глаза – он подошел к компьютеру и открыл результаты компьютерной томографии.
Псевдоцветное усиление четко отображало границы новообразования в брюшной полости.
На экране, словно зловещий огонь, пылала крупная малиновая опухоль, тесно примыкающая к брюшной аорте и левой почке.
Похоже, зловещая саркома мягких тканей.
Его опасения подтвердились – предстоит непростая операция по удалению опухоли.
Дэвид, пристально изучая изображение, погрузился в глубокие раздумья. Вновь нахлынуло знакомое чувство уверенности и азарта.
Заметив его нахмуренные брови, Харон неверно истолковал ситуацию.
Он поспешно выключил монитор и ободряюще похлопал Дэвида по плечу:
– Не стоит так переживать. Ты молод, у тебя вся жизнь впереди. Не нужно хвататься за каждый контракт. Помни, в нашем деле каждый шаг может стать последним. Послушай, сегодня вечером тебе стоит расслабиться. Сходи в бар, закажи выдержанный скотч, возможно, пригласи кого-нибудь наверх…
Резкий голос Дэвида прервал его:
– Нет. Я берусь за этот заказ.
Рука Харона, словно примороженная, застыла на плече Дэвида.
– Ты уверен?
Дэвид, мгновенно вспомнивший, где он уже видел подобный случай, без колебаний кивнул:
– Абсолютно.
Увидев решимость Дэвида, Харон, помня о негласном кодексе, воздержался от дальнейших уговоров и приказал ему подниматься наверх в одиночку.
Работа с членом Высшего Совета – это хождение по тонкому льду. Даже малейшая оплошность может стоить всего.
И раз Дэвид готов принять последствия, Харон не станет мешать ему.
Смесь жалости и недоумения отразилась в глазах Харона, провожавшего удаляющуюся фигуру Дэвида.
Он задавался вопросом, что движет этим юношей – храбрость или безрассудная глупость, раз он столь решительно принял этот смертельный вызов, несмотря на все предостережения.
Харон покачал головой и вышел из комнаты. Будучи консьержем «Континенталя», он слишком часто видел смерть. Дэвид – всего лишь очередное имя в длинном списке.
В ожидании лифта в голове Дэвида всплыл образ, который он только что видел на экране КТ.
Он прекрасно помнил этот случай.
Он был почти идентичен эпизоду из сериала «Хороший доктор», где для обеспечения хирургического доступа к забрюшинной опухоли пришлось пожертвовать левой почкой.
Именно это знание и придавало Дэвиду уверенность в успехе операции, от которой зависела его жизнь.
Благодаря правильной хирургической тактике, основанной на детальном изучении аналогичного случая, и полученным знаниям о ходе процедуры, он был почти уверен в успешном удалении опухоли.
А что насчет послеоперационного рецидива?
Это его не беспокоило.
По его опыту, если рецидив и произойдет, пациент все равно долго не проживет.
Вскоре Дэвид подошел к роскошным дверям палаты 8808. После тщательной проверки записки, подтвержденной телефонным звонком, охранники, стоявшие по обеим сторонам двери, молча пропустили его.
За порогом его ждала палата, переоборудованная в стерильный операционный блок.
На больничной койке сидел мужчина лет сорока пяти. От него исходила аура власти и силы, а в небрежном взгляде чувствовалась пронизывающая сталь.
При этом зрелище в голове Дэвида невольно всплыло слово – хищник.
Взгляд Дэвида скользнул вниз. Пациент слегка сутулился, и одна его рука непроизвольно покоилась на животе.
Опухоль явно сдавливала нервы, вызывая острую боль.
Внезапно выражение лица Дэвида стало более сосредоточенным. Он внимательно уставился на тыльную сторону ладони мужчины.
Там, несомненно, виднелась кровавая татуировка.
Личность пациента была практически установлена.
Учитывая пентхаус и специально оборудованную операционную, можно было с уверенностью сказать, что перед ним представитель Братвы за Высшим столом – Вигго Тарасов.
Если бы этот человек умер здесь, это вызвало бы сейсмические сдвиги в преступном мире.
– Новый хирург.
Он небрежно подозвал Дэвида жестом.
Надев стерильный хирургический халат, Дэвид уверенно вошел в операционную.
Внутри, помимо него, находились еще четверо врачей.
Похоже, они будут работать вместе.
Вигго бросил мимолетный взгляд на молодого Дэвида и недовольно нахмурился:
– Неужели в «Континентале» совсем не осталось достойных врачей? Прислали какого-то мальчишку помогать мне с операцией?
Прежде чем Дэвид успел ответить, старший хирург, бросив на него предостерегающий взгляд, торопливо вмешался:
– Все в порядке, мистер Тарасов. Я думаю, что мы справимся с этой процедурой сами. Вызвать другого врача – значит просто найти кого-то, кто будет ассистировать.
Вигго слегка нахмурился и кивнул:
– В таком случае, мы можем начинать? Я не хочу пропустить свадьбу своей дочери.
Старший хирург и трое его коллег обменялись встревоженными взглядами, понимая, что происходит у них в голове.
В отличие от Дэвида, у них не было выбора.
Вигго специально вызвал их для проведения этой операции!
Собравшись с духом, старший хирург произнес:
– Конечно, мистер Тарасов. Для начала нам необходимо, чтобы вы потеряли сознание.
Вигго бросил взгляд на охранников, стоявших за дверью. Получив утвердительный кивок, он повернулся обратно:
– Тогда начнем.
Под действием анестезирующего газа Вигго постепенно терял сознание.
Теперь он полностью зависел от Дэвида и других врачей.
Только тогда старший хирург осмелился облегченно выдохнуть.
Он обвел взглядом комнату и провозгласил:
– Я надеюсь, все понимают, насколько важна эта операция. Если мы потерпим неудачу, нас похоронят вместе с ним! Всем предельную концентрацию. Не подведите меня! Что касается новичка… Я вижу тебя впервые и у меня нет возможности проверять твой уровень подготовки. Ты будешь четвертым ассистентом, будешь передавать инструменты. Я буду главным хирургом, Цезарь – первым ассистентом, Венди – вторым…
Вскоре старший хирург закончил распределение ролей.
Дэвид, назначенный четвертым ассистентом и отвечающий только за подачу инструментов, не возражал.
Если бы эти четверо справились сами, это избавило бы его от лишних усилий.
Увидев, что Дэвид безропотно принял назначение, старший хирург одобрительно кивнул.
Он не рассчитывал на помощь новичка – главное, чтобы не мешал.
Все остальное он возьмет на себя.
Старший хирург, наблюдая за тем, как Цезарь делает первый надрез, про себя молился о легком и предсказуемом ходе операции.
Их жизни висели на волоске.
http://tl.rulate.ru/book/165950/10826795
Готово:
