(Место для парковки вашего мозга)
Я безмерно благодарен всем, кто оказывал мне помощь. Но я должен еще раз подчеркнуть: я добился всего не благодаря покровителям, а собственным трудом!
— Из автобиографии Клобера, Создателя Блистательного Королевства, Святого рыцаря, повелевающего драконами, Правителя, покорившего мир, Сокрушителя Империи, Короля Королей, Пожирателя Драконов и Друга Драконов. Первая строка, первая глава.
А истоки всего этого лежат в неприметном, захолустном краю.
Золотое Великое Герцогство, владение Глубоководье.
Полдень. Солнце стояло в зените.
— Тысяча сто шестнадцать…
— Тысяча сто семнадцать…
…
— Тысяча двести.
Тренировка окончена. Клобер опустил двуручный меч и медленно выдохнул. На его обычно спокойном лице промелькнуло мимолетное волнение.
— Вершина ступени Рыцаря-ученика… Неплохо!
Клобер Янмай, четвертый сын барона Глубоководья. Его мать умерла при родах, что ставило его в крайне неловкое положение в семье.
Ни родной отец, ни братья особой теплоты к нему не питали.
— Поздравляю, юный господин! Достичь вершины ступени Рыцаря-ученика в пятнадцать лет — да вы в будущем можете стать Небесным рыцарем! Если бы госпожа Лилит знала, она бы возрадовалась на небесах.
Лилит Золотая Роза, мать Клобера в этой жизни, происходила из графского рода. Их семья владела двумя Великими эльфами Золотой Розы, способными создавать магические зелья. Говорили, что эти зелья оказывают огромную помощь Истинным рыцарям при прорыве на ступень Великого рыцаря, отсюда и пошло название рода.
«Мама… Неужели она и вправду умерла от тяжелых родов из-за меня?»
Клобер не был уроженцем этого мира. Пятнадцать лет назад из-за некоего несчастного случая он перенесся в тело новорожденного младенца.
Драконы и эльфы были уникальными созданиями этого мира.
Здешние драконы не походили на восточных драконов из его прошлой жизни — скорее, это были крылатые ящеры в западном стиле. Но и здесь они оставались символом могущества.
Кроме того, в этом мире не было месторождений руды. Лишь драконы способны были производить металлы и другие ценные ресурсы: железные драконы — железо, самоцветные — драгоценные камни.
Эльфы, в его понимании, были своего рода магическими формами жизни. Начиная с низшей ступени, эльфлингов-мотыльков, они эволюционировали в малых эльфов, уже похожих на людей, а затем — в Великих эльфов, способных говорить. Все они состояли из магических элементов, а не из плоти и крови.
Да, в этом мире существовала и магия, и маги, но знать нанимала их в основном как исследователей. Их боевая мощь была, как правило, невелика, и они больше походили на ученых.
Стоит отметить, что род Янмай, к которому принадлежал Клобер, был частью аристократии этого мира и имел на службе и мага, и эльфов.
Мага спас на поле боя дед Клобера, первый барон Глубоководья. Тот был бродячим чародеем и в благодарность остался служить во владении.
Что до эльфов, то у рода Янмай было тринадцать эльфлингов-мотыльков и один малый эльф. Они были рассеяны по самым плодородным землям удела, повышая урожайность. Это было единственным предназначением сельскохозяйственных эльфов — они давали мощный прирост к росту растений в определенном радиусе.
К примеру, если обычное поле давало десять фунтов овса с акра, то под влиянием эльфлинга урожай удваивался до двадцати фунтов. И это была лишь сила простейшего эльфлинга-мотылька, покрывавшего своей аурой двадцать акров. По сведениям Клобера, малый эльф их семьи мог увеличить урожайность в четыре раза на площади в сто акров вокруг своего логова.
Клобер тихо вздохнул. Он никогда не покидал баронства, и все его знания были почерпнуты либо из семейных архивов, либо из рассказов эльфов его материнского рода. Картина мира была явно неполной.
— Не волнуйтесь, дедушка Фостер, я обязательно прорвусь на ступень Истинного рыцаря к своему шестнадцатилетию.
В этом мире бытовало поверье: тот, кто станет Истинным рыцарем до шестнадцати лет, имеет шанс стать Драконьим рыцарем. Хоть теория и не имела строгих доказательств, она стала для аристократов мерилом таланта.
Приняв от рыцаря Фостера полотенце, Клобер вытер пот и залпом выпил целебный отвар, присланный родом Золотой Розы для укрепления тела.
Это было не магическое зелье, а лишь смесь трав, сваренных по особому рецепту. Такой отвар прекрасно подходил для закладки фундамента на стадии Рыцаря-ученика. И хотя это было обычное снадобье, на рынке за флакон просили целых десять серебряных — огромные деньги, если учесть, что один медный грош, сотая часть серебряной монеты, мог прокормить взрослого мужчину целый день.
Почему он пользовался поддержкой рода Золотой Розы?..
Клобер лишь развел бы руками. Другого выхода у него не было.
Поскольку его рождение стало причиной смерти матери, отец, который очень «любил» свою жену или, скорее, стоявший за ней могущественный род, был в ярости. Ни о какой отцовской любви к Клоберу не шло и речи.
Если бы не потерянный и беспомощный взгляд новорожденного, пробудивший в бароне остатки отцовских чувств, Клобер мог бы стать позором всех попаданцев, умерев сразу после перемещения.
Он выжил, но и ежу было понятно, что на малейшую поддержку от семьи можно не рассчитывать.
Клобера даже ни разу не приглашали за общий семейный стол. Причина? Барон утверждал, что теряет аппетит при виде лица, так сильно напоминающего Лилит.
К счастью, род Золотой Розы, узнав об этом, решительно вмешался и взял на себя почти все расходы на обучение Клобера. Они неоднократно предлагали усыновить его, но Кралар Янмай всякий раз отвечал отказом.
Но вернемся к делу.
Достигнув вершины ступени Рыцаря-ученика, Клобер решил на одном дыхании, с помощью дыхательной практики, попытаться нащупать порог Истинного рыцаря.
В процессе прорыва от Рыцаря-ученика к Истинному рыцарю воин черпает жизненную силу из собственного тела, чтобы сконденсировать Семя жизни. Часто ученикам с недостаточным потенциалом или в преклонном возрасте не хватало жизненной силы для создания Семени доблести, и прорыв заканчивался неудачей.
Провал не был смертелен, но подрывал основы тела. А магические зелья, восполняющие жизненную силу, находились в руках лишь немногих знатных родов — таких как род Золотой Розы, из которого происходила мать Клобера.
Он не собирался прорываться прямо здесь и сейчас. Он лишь хотел через дыхательную практику достичь «ощущения потока». Считалось, что тот, кто познал это чувство, имеет куда большие шансы на успех.
Ощущение потока — это не сама конденсация силы, а скорее способ глубокого успокоения духа и тела. Главное его преимущество для Рыцаря-ученика на пороге прорыва заключалось в том, что оно делало жизненную силу в теле более умиротворенной. Это позволяло затратить на создание Семени доблести меньше ресурсов. Если в обычном состоянии требовалось, скажем, 10 единиц жизненной силы, то после достижения ощущения потока хватало и 9,5.
Экономия казалась незначительной, но никто не смел рисковать, ведь именно этой малости могло не хватить для успеха.
— Клобер, ты опять из-за тренировки пропустил обед! Хотела бы я посмотреть, как рыцарь, который не ест, будет сражаться на коне.
За спиной раздался легкий, жизнерадостный голос.
Не успели слова отзвучать, как перед Клобером появилась девушка в светло-зеленом платье в сопровождении служанки с подносом.
— Кристина, моя дорогая сестра.
Клобер легко обнял девушку. Это была его третья сестра в этой жизни, Кристина Янмай, еще один нелюбимый ребенок в семье.
В этом поколении у рода Янмай было четверо детей.
Крок Янмай, первенец, будущий наследник Глубоководья. Он был главным любимцем и доверенным лицом барона, но талантом не блистал: в свои двадцать восемь лет он все еще оставался Рыцарем-учеником. Ходили слухи, что барон собирается за огромные деньги купить магическое зелье, чтобы помочь Кроку преодолеть барьер.
Крас Янмай, двадцати пяти лет, второй сын барона. Он служил в рыцарском ордене Алого Пламени под командованием сюзерена барона, графа Стефана. В прошлом году, приезжая домой, он обмолвился, что достиг ступени Истинного рыцаря и получил должность вице-командора.
Кристина Янмай, восемнадцати лет, третья дочь барона и сестра Клобера. Ее рыцарский талант был невелик, а из-за презрительного отношения к женщинам в роду Янмай она так и застряла на ступени оруженосца среднего ранга.
Кристина, его третья сестра, была одной из немногих в семье Янмай, кто относился к нему хорошо. Вторым таким человеком был Фостер Деревянный Щит, который заботился о нем с самого рождения.
Фостер Деревянный Щит был рыцарем, присягнувшим матери Клобера, Лилит. Он был Истинным рыцарем и в молодости служил в одном из орденов рода Золотой Розы. Принеся клятву верности Лилит, он последовал за ней в Глубоководье.
По правилам, после смерти господина рыцарь имел право вернуться на прежнюю службу. Тем более такой, как Фостер, Истинный рыцарь, который даже для рода Золотой Розы был ценным воином.
Трудно сказать, что удержало его здесь: то ли лицо Клобера, как две капли воды похожее на лицо Лилит, то ли рыцарский дух, не позволявший ему смотреть, как род Янмай издевается над невинным ребенком.
Особенно над ребенком, за рождение которого его госпожа заплатила жизнью.
Фостер был убежден, что новорожденный не мог стать причиной тяжелых родов. Напротив, он верил, что это его госпожа, Лилит Золотая Роза, пожертвовала своей жизнью ради спасения сына. Этот мальчик был ее наследием, и Фостер считал своим долгом защищать самое драгоценное сокровище своей госпожи ценой собственной жизни.
Этого же мнения придерживалось и большинство в роду Золотой Розы.
Ведь Клобер и внешностью, и характером был поразительно похож на Лилит. А холодное отношение к нему со стороны всего рода Янмай вызывало у них крайнее недовольство.
Справедливости ради, старший брат Клобера, Крок, в раннем детстве относился к нему вполне дружелюбно. Но как только Клобер проявил выдающийся рыцарский талант, Крок перестал смотреть на него по-доброму.
Клобер его понимал. Его блестящие способности заставили брата почувствовать угрозу своему статусу наследника.
Понять-то он понимал, но с мелочностью Крока ничего поделать не мог. Наследник с таким узким кругозором... Во-первых, законы майората в этом мире были незыблемы. А во-вторых, самому Клоберу это нищее баронство было совершенно не нужно.
Если Крок не мог понять даже этого, то вряд ли следующий барон приведет род к процветанию.
Клобер, не заботясь о дворянском этикете, сел прямо на землю и принялся за еду с подноса.
Овсяная лепешка, фунтовый кусок мяса магического зверя и миска рыбного супа — вот и весь его скромный обед.
По сравнению с трапезами отца и братьев, его еда была поистине жалкой. Лепешку в расчет можно не брать, а фунт мяса магического зверя — важнейший источник энергии для тренировок — был добыт стариной Фостером на охоте в пограничном лесу.
Что до супа, то рыбу выловили в озере Глубоком, которое и дало название всему владению. Это пресноводное озеро занимало четверть территории удела и было одним из крупнейших в герцогстве.
Для простолюдина такая еда была бы праздником, но для Клобера, наследника кровей Янмаев и Золотой Розы, подобная трапеза на его столе была унижением.
Впрочем, обеденного стола у него тоже не было, так что какая разница.
Клобера не волновало так называемое унижение. Но таковы были правила этого мира: пока он слаб, он должен подчиняться, а не бунтовать. Он мог лишь демонстрировать «правильное» отношение старому рыцарю Фостеру и членам рода Золотой Розы, которые каждый месяц привозили ему ресурсы для тренировок.
Клобер большими кусками ел жареное мясо, слушая вполуха ласковые наставления сестры.
Это уже стало привычной частью его повседневной жизни.
Однако появление еще одного человека нарушило эту простую и теплую сцену.
— Господин Клобер, госпожа Кристина, барон зовет вас обоих в замок на совет.
http://tl.rulate.ru/book/165894/11298224
Готово:
