Долгая и мучительная ночь позади, и первые лучи рассвета тихо коснулись земли. Но для Цзян Люси, оказавшегося в мире чужаков, это утро было наполнено странностями.
Как правило, первый солнечный луч, пробивающийся сквозь тьму, знаменует начало нового дня. Однако здесь всё было иначе. Небо по-прежнему окутывала тьма, а луна, яркая и совершенная, сияла высоко в зените, не собираясь уступать место солнцу.
Это странное зрелище посеяло в душе Цзян Люси сомнение. Если бы не его обострённое чувство времени, которое ясно подсказывало, что ночь давно миновала и давно должно быть утро, он бы решил, что всё ещё погружён в абсурдный сон. Чтобы убедиться, что происходящее реально, а не иллюзия, он решился и сильно ущипнул себя за руку. Острый приступ боли заставил его вскрикнуть: «Ай!» Несомненная телесная боль подтвердила: всё это реально, а не плод воображения.
Внезапный крик Цзян Люси нарушил утреннюю тишину и разбудил спящих рядом Цзян Люэр и Цзинь Юэфан. Приняв крик за сигнал опасности, они мгновенно поднялись и бросились к Цзян Люси. Их лица выражали напряжение, они были настороже, готовые к схватке, словно ожидая неизбежного столкновения.
Видя их боевую готовность, Цзян Люси почувствовал неловкость и смущение. На его лице появилась слегка натянутая, неуверенная улыбка. Ему было трудно признаться, что вчерашний страх перед тенью дерева не давал ему уснуть всю ночь, и ещё труднее было признаться, что именно его беспокойство по поводу луны разбудило их. Собравшись с духом, он попытался разрядить обстановку: — Цзинь Дагэ и Люэр, посмотрите-ка, где же солнце? Сейчас ведь уже утро, а луна всё ещё висит на небе. Что это значит?
Убедившись, что Цзян Люси в безопасности, они с облегчением расправили плечи и задумались над его словами. Действительно, снаружи всё ещё было светло от луны, но солнца по-прежнему не было видно.
Когда они не могли принять решение, троица обычно обращалась к карте, надеясь найти в ней подсказку. Целый день накануне они пользовались картой и убедились в её пользе, избавившись от необходимости разбираться в мелких надписях. С тех пор они стали от неё зависеть.
После долгих поисков, в неприметном уголке карты, они обнаружили кое-что интересное. Оказалось, местные чужаки глубоко почитали богов, и больше всего — бога солнца, которого называли «Бог Солнечного Сияния». Возможно, именно потому, что здесь редко появлялось солнце, они так глубоко уважали «Бога Солнечного Сияния». Эта вера служила им утешением и опорой, помогая находить надежду и мужество в преодолении жизненных трудностей на этой земле, погружённой в сумрак.
Едва успев разрешить загадку отсутствия солнца, Цзян Люэр столкнулась с новой проблемой.
— Шигэ, посмотри, что происходит! Воды нет! — в панике воскликнула Цзян Люэр. Как девушка, она всегда придавала большое значение личной гигиене. Услышав крик Цзян Люси утром, она сначала подумала, что это опасность, и бросилась к нему. Но когда опасность миновала, она, как обычно, решила умыться. К своему ужасу, она обнаружила, что здесь совершенно нет следов влаги, даже воздух казался сухим.
До сих пор она без труда черпала молекулы воды из окружающего воздуха, конденсируя их в капли для ежедневных процедур. Но сейчас, осознав их полное отсутствие, она впала в отчаяние. Невозможность умыться была лишь досадной неприятностью. Гораздо хуже было то, что их боевые искусства — и её, и Цзян Люси — требовали воды для активации. Без неё ни атака, ни защита не были бы возможны, что фактически лишало их боеспособности.
В этом месте, считавшемся обителью чужаков, отсутствие возможности защитить себя означало бы неминуемую гибель. Именно поэтому Цзян Люэр была так напугана.
Для практика водной стихии невозможность использовать Заклинания/Техники (Шуфа) была равносильна тому, что воин лишился своего меча. Как с таким противостоять врагам? Это было бы нелепо!
После долгих попыток, длившихся полдня, троица с удивлением обнаружила, что здесь не только нет стихии воды, но и никаких других элементов тоже не ощущалось. Очевидно, какая-то таинственная сила сделала эту область запретной для призыва элементов.
Учитывая сложившуюся ситуацию, трое отважных путников после долгих размышлений пришли к общему мнению: им придётся изменить свои планы и разработать новую стратегию. Теперь только Цзинь Юэфан обладал боеспособностью, но она сводилась к чистой физической силе. К счастью, его гибкий меч всё ещё висел на поясе. Это означало, что в случае опасности у них оставался хоть какой-то шанс дать отпор, а не пассивно ждать своей участи.
http://tl.rulate.ru/book/165813/11857759
Готово:
