— Я не умею готовить。
Ся Цинсюэ просто констатировала факт. Это была не ложь. Заставить молодую госпожу из семьи Ся, чьи пальцы никогда не касались даже простого риса, готовить — всё равно что просить слепого вышивать. Чистое принуждение.
Но приказ Су Ли был «приготовить еду», и она не могла его ослушаться. Поэтому эта… субстанция… была итогом её предельных усилий, выполненных строго по приказу. Хотя она сама понимала, что от этого «блюда» можно и умереть. Но приказ выполнен. Дальше — не её дело.
Су Ли смотрел на её невинное выражение лица, полное «я сделала всё, что могла».
Он чуть было не рассмеялся от досады. Перед ним на тарелке лежало чёрное неопознанное нечто, и он впал в душевные терзания.
Выбросить?
Нет.
Эта мука, эта вода, этот сгоревший природный газ — всё это стоит денег! В его словаре не было слова «расточительство»!
Он стиснул зубы, собрался с духом, взял палочки и отщипнул крошечный кусочек. Закрыв глаза, он отправил его в рот.
В следующую секунду лицо Су Ли позеленело. Неописуемый вкус взорвался у него во рту. Словно он жевал ржавые гвозди и горелые шины. Этот кусок чуть не отправил его прямиком к покойной прабабушке.
«Это просто дерьмо!»
— Глубокий вдох… — Адамово яблоко Су Ли бешено задергалось, он с трудом проглотил этот кусок.
«Настоящий мужик, настоящий мужчина!»
С красными глазами он поднёс тарелку к лицу и зачерпнул ещё большую порцию. «Это же деньги! Как я могу не есть!»
Прожёвывая, он пододвинул тарелку Ся Цинсюэ.
Выдавив улыбку, которая выглядела хуже, чем гримаса боли:
— Эх, и ты тоже поешь.
Су Ли знал, что таким горьким опытом нельзя делиться только с одним человеком.
Зрачки Ся Цинсюэ мгновенно расширились. Эмоции сопротивления были готовы вырваться из-под контроля её мозговых чипов!
Её тело начало дрожать.
Но её руки, словно повинуясь чужой воле, схватили ложку. Зачерпнув ковшик чёрной кашицы, она дрожащей рукой поднесла её к своим нежным губкам.
— Иии… ууу!
Как только эта субстанция попала ей в рот, сработал самый примитивный защитный механизм тела!
Волна тошноты устремилась к самому верху её черепа.
Она больше не могла терпеть.
Ся Цинсюэ резко согнулась пополам и начала обильно, яростно извергать содержимое желудка на пол.
— Кхр… кашель…
Она рвала так, словно её мир рушился, слёзы и сопли текли ручьём. Выглядела она крайне жалко.
— Кхр… только не это… прошу… я сделаю что угодно.
Ся Цинсюэ потеряла последние силы и средства. Это было высшей формой унижения.
— Дже-дже-дже! Слопала? Слопала!
— Как тебе! Как тебе, черт возьми!
Су Ли со смехом смотрел на Ся Цинсюэ. Какая там гениальная девочка, её же моментально уложили на лопатки.
— Иди умойся, потом уберись, и съешь энергетическую пасту из холодильника.
Су Ли, в конце концов, не был демоном. Он позаботился о том, чтобы его «механический слуга» не остался голодным.
— Спасибо.
Вот видишь, если бы в каждом сердце было больше любви, мир стал бы прекраснее. Как же высокомерна была прежде Ся Цинсюэ, а теперь вот, стоит на коленях и благодарит.
Су Ли, должно быть, считал себя настоящим мастером дрессировки собак.
А Су Ли, переживший «адского пожирателя» за обедом, снова отправился на свалку.
Он искал сырьё для двух «Механических Колес». У него не было точных станков, ни тем более цехов с постоянной температурой и влажностью. Всё приходилось делать вручную.
Если спросить, как ему удалось так точно установить столь сложный чип в мозг Ся Цинсюэ?
На это можно ответить лишь то, что «Трон Механического Королевства» сработал как чит. Не спрашивайте его, он и сам не знал точного принципа. Никакого вскрытия черепа, никаких отверстий, просто… получилось.
Су Ли копался среди сломанных шасси подвесных автомобилей. Вскоре он нашёл несколько стальных листов подходящей толщины, бесшовный приводной вал.
А также несколько прецизионных шестерёнок, снятых с роботизированных рук.
Материалы были собраны.
Он понёс эту кучу хлама в свою мастерскую, бросил её на рабочий стол.
Затем уселся и закрыл глаза.
В его сознании чертежи Колес, полные брутальной эстетики, каждая деталь, каждая производственная операция — всё чётко вырисовывалось.
В следующую секунду он открыл глаза, и его руки пришли в движение.
Руки, двигающиеся так быстро, что оставляли призрачные следы.
Нет станков? Есть руки.
Нет резака? Есть ножовка.
Искры летели во все стороны, резкий скрежет металла эхом разносился по крошечной жестяной комнате.
Ся Цинсюэ уже закончила уборку и, свернувшись калачиком в углу, наблюдала за происходящим.
«Это правильно?»
Она видела, как другие «механики» создают свои творения.
Им требовался целый набор вспомогательных инструментов, а перед началом работы они должны были воскуривать благовония и возносить молитвы богу машин.
А тут — Су Ли, который всё делал голыми руками!
Минуты текли, за окном поднималась луна.
Когда последний крошечный зубчик шестерёнки был точно установлен в корпус пистолета, Су Ли издал долгий выдох.
— Щёлк…
Раздался чистый звук механизма.
На рабочем столе спокойно лежали два огромных револьвера, чёрные, как смоль, с брутальной эстетикой.
Су Ли взял один из них. Оружие было увесистым, идеально лежало в руке.
— Назову вас «Похоронный звон».
Он удовлетворённо улыбнулся.
Эти два «Похоронных звона» не имели никаких вычурных достоинств, никакой автоматической наводки или энергетических усилений. Их единственным достоинством была огромная мощь.
Настолько огромная, что могла разнести голову как арбуз одним выстрелом!
Шесть патронов в барабане, колоссальная сила!
Вспомнив о патронах, Су Ли посмотрел на пустой барабан и снова загрустил.
Пистолеты он сделал, а вот патронов нет.
Придётся делать и их.
— Эх, сделаю!
Су Ли не стал откладывать, снова погрузился в кучу мусора.
Он быстро нашёл подходящие металлические трубки, нарезал их на гильзы.
Затем извлёк порошок из старых химических батарей, смешал с другими компонентами.
Замешал самодельный, но мощный порох.
Наконец, он расплавил металл и отлил пули.
Весь процесс был утомительным и монотонным.
— Подойди сюда, помоги мне.
— Посчитай, сколько патронов получилось.
Су Ли позвал, не поднимая головы.
Ся Цинсюэ молча подошла, наблюдая, как Су Ли голыми руками плотно утрамбовывает порох и пули в гильзы.
Она невольно пробормотала:
— Это не по науке… физика умерла.
Су Ли услышал, не прекращая работы, и, не поднимая головы, огрызнулся:
— Что значит «не по науке»? Бубнишь что-то.
Он поднял голову, взглянул на неё, словно на идиота.
— Я, создавая всё это, хоть и пользуюсь материалами как посредниками, а ты?
Ты же способна создавать ледяные глыбы из воздуха, и теперь пришла рассуждать со мной о науке?
Су Ли вставил последний патрон, сдул с него пыль.
— Наука умерла, Бог ещё не родился.
— Я здесь главный.
http://tl.rulate.ru/book/165307/12948840
Готово:
