В глубине лесной чащи туман, словно призраки, витал между деревьями, а влажный воздух смешивался с запахом земли и прелой листвы. Линь Цинчжоу ступал по мокрой опавшей листве, и каждый его шаг сопровождался тихим шорохом.
Его грудь всё ещё тупо болела; кровавая вспышка прошлой ночи и вид падающего отца были выжжены на сетчатке. Он не смел останавливаться, не смел оглядываться, лишь изо всех сил стремился вперёд.
Заготовка меча в его объятиях всё ещё была тёплой и иногда издавала низкое гудение, словно напоминая: опасность ещё не миновала.
Неизвестно, как долго он шёл, но туман сгущался, солнечный свет погас, а окружающие пейзажи постепенно расплывались. Линь Цинчжоу остановился, прислонившись к толстому древнему дереву, тяжело дыша.
В этот момент из тумана раздался низкий рёв.
Этот звук, наполненный первобытной дикостью, заставил волосы на теле Линь Цинчжоу встать дыбом. Он крепче сжал заготовку меча в своих объятиях, его взгляд прощупывал туман.
Туман был закручен порывом смрадного ветра, и огромная черногривая волк медленно вышла из леса. Её глаза горели, как два зеленоватых огонька, в которых мерцал кровожадный блеск. Острые клыки тускло поблёскивали в тумане, слюна стекала по углам рта, оставляя на опавшей листве тёмные пятна.
Линь Цинчжоу затаил дыхание и медленно отступал. Он знал, что эта волк — нечто необычное: на её лбу виднелась бледная серебряная отметина, а в глазах читалась хитрость и жестокость, схожие с человеческими.
Черногривая волк издала низкий рык и яростно бросилась вперёд. Её скорость была поразительной, она подняла вихрь смрадного ветра, и Линь Цинчжоу едва успел среагировать.
В тот миг, когда волчьи когти были готовы коснуться его, заготовка меча в его объятиях внезапно излучила мягкий свет. Этот свет, словно волны на поверхности воды, распространился, образовав полупрозрачный сияющий купол, защищавший Линь Цинчжоу.
«Бум!» Черногривая волк с силой ударилась о купол, издав глухой звук, и отлетела назад. Она тряхнула головой, и в её глазах мелькнуло удивление, после чего она зарычала ещё яростнее.
Линь Цинчжоу воспользовался моментом, чтобы отступить на несколько шагов, его сердце бешено колотилось. Он опустил голову, глядя на заготовку меча в своих объятиях; золотые узоры на ней теперь стали более чёткими, словно живые, перетекая в сиянии.
Черногривая волк снова бросилась вперёд, на этот раз в её глазах появилось больше осторожности. Купол снова засиял, отбрасывая её назад. Но на этот раз на куполе появились мелкие трещины, словно он мог разрушиться в любой момент.
Линь Цинчжоу понимал, что не может ждать смерти. Он глубоко вдохнул, прижимая заготовку меча к груди, и изо всех сил старался успокоиться.
Внезапно заготовка меча слегка вздрогнула, и тёплый поток хлынул от его руки по всему телу. Эта сила была мягкой, но мощной, наполняя его прежде утомлённое тело новой энергией.
Линь Цинчжоу почувствовал, что между ним и заготовкой меча установилась какая-то таинственная связь. Он мог ощущать «эмоции» заготовки меча — она была в гневе, жаждала боя.
Черногривая волк в третий раз бросилась вперёд, но на этот раз Линь Цинчжоу не отступил. Он крепко сжал заготовку меча и ринулся навстречу волчьему натиску.
В тот миг, когда они должны были столкнуться, заготовка меча внезапно вспыхнула ослепительным золотым светом. Этот свет, словно острый меч, рассек туман и ударил прямо в глаза черногривой волк.
Черногривая волк издала душераздирающий крик, её тело замерло в воздухе, и она тяжело рухнула на землю. Она попыталась подняться, но обнаружила, что её конечности утратили всякое ощущение.
Линь Цинчжоу стоял на месте, жадно глотая воздух. Он смотрел на лежащую на земле черногривую волк, и в его глазах мелькнула сложная гамма чувств — жалость, страх и неуловимое возбуждение.
В этот момент из тумана донеслись шаги. Линь Цинчжоу резко обернулся, сжимая заготовку меча, и настороженно посмотрел в сторону звука.
Туман постепенно рассеялся, и из леса вышел старик в серой мантии. Его волосы были седыми, но он выглядел бодрым и энергичным, а глаза его горели ярким блеском.
Старик окинул Линь Цинчжоу оценивающим взглядом, его взгляд задержался на мгновение на заготовке меча в его объятиях, и в его глазах мелькнуло удивление.
«Интересно, очень интересно, — пробормотал старик. — Не ожидал увидеть столь духовную заготовку меча в таком месте».
Линь Цинчжоу настороженно спросил: «Кто вы?»
Старик слегка улыбнулся: «Старый я — старейшина внешней секты секты Небесного Меча, даосское имя Цинсюй. Я проходил здесь мимо, услышал шум и решил посмотреть».
Линь Цинчжоу нахмурился. О секте Небесного Меча он слышал — это одна из ведущих сект культивации на этом континенте. Но отец предостерегал его, чтобы он не доверял культиваторам легко, особенно тем пожилым мудрецам, которые кажутся добрыми и приветливыми.
Цинсюй, казалось, разглядел его настороженность и с улыбкой сказал: «Юному другу не стоит нервничать, у старого я нет злых намерений. Просто вижу, что ты ещё молод, а уже получил такую великую возможность, это действительно редкость».
Он сделал паузу, и его взгляд снова остановился на заготовке меча: «Эта заготовка меча обладает огромной духовностью, это определённо не обычная вещь. Если юный друг этого желает, можешь следовать за мной обратно в секту Небесного Меча, возможно, мы сможем предоставить тебе безопасное убежище».
Линь Цинчжоу колебался. Он знал, что сейчас ему некуда идти, месть за отца ещё не свершена, а преследующие его монахи в белом могут появиться в любой момент. Секта Небесного Меча, возможно, была хорошим выбором, но он также опасался, не является ли это очередной ловушкой.
Пока он размышлял, заготовка меча в его объятиях внезапно слегка вздрогнула, словно призывая его согласиться. Линь Цинчжоу почувствовал внутренний импульс: возможно, это указание от заготовки меча.
Он поднял голову и посмотрел на Цинсюя: «Я могу пойти с тобой в секту Небесного Меча, но у меня есть одно условие».
«О? Какое условие?» — с интересом спросил Цинсюй.
«Я не хочу быть чьим-либо вассалом, я хочу утвердиться благодаря собственной силе», — твёрдо сказал Линь Цинчжоу.
Цинсюй замер на мгновение, а затем громко рассмеялся: «Хорошо! Смело! Старый я согласен с тобой. Пока у тебя будет сила, двери секты Небесного Меча всегда будут открыты для тебя».
Он повернулся: «Пойдём, мы должны покинуть этот лес до наступления темноты. Здесь неспокойно».
Линь Цинчжоу, прижимая заготовку меча, последовал за Цинсюем. Он оглянулся на черногривую волк, лежащую на земле; она уже была слаба, а свет в её глазах постепенно угасал.
Линь Цинчжоу вздохнул про себя, повернулся и последовал за Цинсюем. Он знал, что с этого момента его жизнь вступит на совершенно новый путь — путь культивации, полный неизвестности и испытаний.
Туман снова сгустился, окутывая лесной массив таинственностью. Фигура Линь Цинчжоу постепенно исчезла в тумане, оставив после себя лишь обессиленную черногривую волк на земле и остатки запаха крови и тепла заготовки меча в воздухе.
А неподалёку, на большом дереве, кто-то молча наблюдал за всем этим. Это был мужчина в чёрной одежде с жуткой улыбкой на лице.
«Интересно, не ожидал, что этот парень получит одобрение заготовки меча, — прошептал он про себя. — Похоже, эта игра только начинается».
Сказав это, его фигура, словно призрак, исчезла в лесу, оставив лишь холодный смех, эхом разносившийся в чащобе.
http://tl.rulate.ru/book/164113/11702832
Готово:
