Дупло было темным, запах крови все еще витал в воздухе, а останки гигантского паука были еще теплыми.
В этом крошечном пространстве, новая, пропитанная ледяной сталью, резкая аура медленно поднималась, словно древний свирепый зверь, пробуждающийся ото сна.
Цисин стоял на трупе, не спеша двигаться.
Огромная демоническая сила, которая была беспокойной из-за насильственного разрыва кокона, теперь, как сотни рек, впадающих в море, послушно осела в его совершенно новой оболочке. Однако, с этим пришло не ощущение легкости, а беспрецедентное чувство тяжести.
«Какое тяжелое тело!»
Это было первое, что почувствовал Цисин, достигнув «Царства Мистической Брони».
Словно он нес на себе крошечную гору Сумеру, или находился под действием гравитационного запрета. Золотая ци металла внутри него больше не была рассеянным, призрачным потоком, а полностью проникла в каждую его кость, каждую жилку.
Плотность его тела резко возросла. Изначально легкое тело насекомого, которое могло двигаться с ветром, теперь казалось наполненным свинцом и ртутью. Он попытался поднять лапку, но почувствовал, что она весит как тысяча цзюней. Древнее дерево под ним, закаленное ветрами и дождями, оказалось настолько глубоко продавленным, что Цисин, просто стоя, оставил шесть глубоких следов, издавая тихий треск.
Если он не сможет быстро адаптироваться к этой возросшей силе тела, не говоря уже о сражениях, даже обычные действия станут обременительными. В этом мире, где сильный пожирает слабого, медлительность означает гибель.
«Фу…»
Цисин отрегулировал внутреннее дыхание, заглянул внутрь своего сознания, пытаясь полностью овладеть этим преображенным телом.
«Это тело крепко, как камень, но им нужно управлять, как собственной рукой, чтобы проявить его силу».
Он с усилием запустил в своем животе еще не сформированную, но уже начавшую обретать очертания «пустынную сферу»-зародыш. Это был источник его демонической силы, излучающий слабое золотое сияние.
С пробуждением его мысли, темно-золотистый панцирь на его спине начал вибрировать с особой ритмичностью.
«Бззз…»
В одно мгновение воздух в дупле, казалось, исказился под действием какой-то невидимой силы.
Металлический холодный блеск, прилипший к поверхности панциря, словно живой, медленно потек, меняя очертания. Семь звезд, глубокие, как чернила, внезапно вспыхнули ослепительным черным светом, словно семь демонических глаз, жадно поглощающих окружающий свет.
«Бум!»
Невидимая волна энергии с Цисином в центре внезапно прокатилась по сторонам.
Остатки конечностей паука, раздробленные оболочки коконов, под ударом этой волны, порожденной чистой мощью тела, превратились в пыль и осыпались на землю!
Сила!
Чистая, властная, несокрушимая сила тела!
Эта сила наполнила все тело Цисина, породив в нем чувство, что он мог бы разбить любой камень одним ударом.
Он медленно поднял переднюю лапу.
Движение было медленным, но устойчивым, как гора, без малейшего дрожания.
Изначально тонкие конечности теперь стали вдвое толще, покрытые слоями, подобными рыбьей чешуе, мелкими пластинами, каждая из которых холодно поблескивала.
В суставах выросли крючкообразные костяные шипы, острые и свирепые, словно природное оружие для убийства.
Его взгляд упал на твердый, как железо, нарост на старом дереве перед ним. Это было творение, накопленное веками древнего дерева, его твердость была сравнима с металлом; даже мощный укус ядовитого зуба паука ранее не оставил на нем следа.
«Проверю свою остроту».
Без всяких демонических искусств или сложных техник.
Цисин, просто полагаясь на инстинкт тела, взмахнул передней лапой, словно небрежно проведя ею вперед.
«Вжжжух…»
Беззвучно, даже не ощутив малейшего сопротивления.
Этот твердый нарост, словно гнилая земля, был ровно срезан на кусок!
Поверхность среза была гладкой, как зеркало, идеально ровной. Только через мгновение, из-за высокоскоростного трения, возникший жар заставил срез слегка задымиться, распространяя запах гари.
Острый, как нож, режущий металл, острый до предела!
Такова была ужасающая мощь «Царства Мистической Брони»!
В фасеточных глазах Цисина промелькнул блеск, и он был потрясен до глубины души.
«Неужели это я теперь?»
Он ясно чувствовал, что он нынешний и он прежний – это два разных существа.
В прошлых битвах он полагался на хитрость, на удачу, на отчаянную борьбу. Столкнувшись с сильным врагом, он первым делом выбирал бегство.
А теперь он сам был живым божественным оружием!
«Не только атака…»
Цисин мысленно повернул поток, и золотая ци, текущая по всему телу, мгновенно втянулась, полностью сконцентрировавшись на панцире на спине.
Изначально темно-золотистый панцирь мгновенно потемнел, став черным, как чернила, излучая тяжелую, как гора, защитную ауру.
Он резко повернулся и с размаху ударил спиной по стене дупла.
«Бум!!!»
Глухой удар, подобный звуку большого колокола, разнесся по тесному дуплу, оглушая.
Стена была пробита, оставив глубокую вмятину, и куски дерева и камня полетели в стороны.
А Цисин лишь слегка пошатнулся.
Он повернул голову, оглядывая свой спинной панцирь – он был как новый, даже без единого белого пятнышка. Даже ужасающая сила отскока была полностью поглощена плотными мышцами и особой структурой панциря.
«Это и есть Мистическая Броня…»
«В пределах одного уровня я уже непобедим!»
«Даже если снова встречу того богомола, его ветряные лезвия больше не смогут пробить мою защиту ни на йоту!»
Уверенность в себе достигла своего пика.
«Гуррр…»
Какой-то звук нарушил размышления Цисина.
Сильное чувство голода, словно прилив, снова нахлынуло.
Процесс трансформации и испытания силы истощил его жизненную силу. Его нынешнее тело, хоть и было несравненно сильным, требовало огромного количества энергии.
Останки паука, хоть и были ценным ресурсом, для него сейчас были лишь каплей в море.
«Переработать его, чтобы стабилизировать царство».
Цисин склонил голову, его взгляд безразлично упал на труп паука у его ног.
Это был железный закон мира культивации: слабый пожирается сильным, победитель пожирает побежденного, чтобы поддерживать себя – это было естественно.
«Хрум! Хрум!»
Скрежет зубов, вызывающий неприятное ощущение, раздался в темноте.
Ядовитая и демоническая плоть паука, попав в живот, мгновенно превратилась в бурлящий поток горячей энергии, быстро заполняя иссохшие меридианы. Обычный яд, для него, теперь неуязвимого к сотне ядов, был лишь добавкой к вкусу.
По мере приема пищи, слегка шаткая аура, появившаяся после первого прорыва, полностью стабилизировалась. Семь звезд на его спине становились все глубже, скрыто отражая некую небесную и земную гармонию.
Полностью поглотив, не оставив даже костей.
Цисин, все еще не насытившись, медленно выбрался из дупла.
Внешний солнечный свет, просачиваясь сквозь листву, падал на его темно-золотой боевой панцирь, отражая холодный, убийственный блеск.
Древнее дерево теперь выглядело иначе, чем раньше.
Под воздействием волн духовной энергии все безудержно росло, каждый дюйм пространства был полон жизни, но также и смертельной опасности.
«Ззз…»
Цисин только высунул голову.
Он увидел личинку мутировавшего мотылька размером с кулак, притаившуюся на ветвях возле входа в дупло. Это насекомое было покрыто разноцветными ядовитыми шипами, каждый из которых был как миниатюрная игла, содержащая сильный яд.
Эта личинка мотылька также получила «дар кита», ее тело излучало демоническую энергию, явно достигнув порога пробуждения духа. Обычно, полагаясь на свои ядовитые шипы, она господствовала здесь, почти не имея врагов.
Сейчас, увидев Цисина.
В ее восприятии, тело Цисина увеличилось, но все еще не было огромным, а его аура была сдержанной, казалась обычной.
«Пища…»
Простая мысль промелькнула в примитивном сознании личинки мотылька.
Она пошевелила своим упитанным телом, полагаясь на свои ядовитые шипы, безрассудно приблизилась к Цисину, намереваясь поглотить этот «десерт», пришедший к ней сам.
«Шшш…»
Она издала угрожающий визг, ее ядовитые шипы встали дыбом, готовые к выстрелу.
Если бы это было раньше, Цисин, столкнувшись с таким трудным противником, покрытым шипами, несомненно, избегал бы прямой конфронтации.
Но сейчас…
В фасеточных глазах Цисина была лишь безмятежность, подобная стоячей воде. Это было естественное пренебрежение высшего существа к муравью.
«Убирайся».
Волна мысли холодно прокатилась.
Личинка мотылька замерла, затем ее ярость возросла, она резко изогнулась, готовясь к атаке.
Однако.
«Бах!»
Приглушенный звук.
Цисин двинулся.
Нет, точнее, он просто небрежно поднял заднюю лапу.
Когда личинка мотылька бросилась на него, эта задняя лапа, покрытая броней и наполненная взрывной силой, резко оттолкнулась, словно мощная стрела из натянутого лука!
Просто, прямолинейно, властно.
Без использования каких-либо демонических искусств, без всяких хитростей.
Чистое применение силы для преодоления ловкости, господство сильного над слабым!
«Плюх!»
Словно раздавленная гниющая ягода.
Эта личинка мотылька с неплохой защитой и ядовитыми шипами, разорвалась в воздухе, превратившись в сгусток зловонной зеленой жижи!
Ее гордость, ядовитые шипы, даже не смогли пробить броню лапы Цисина, будучи раздробленными силой удара.
Этот удар не только уничтожил ее тело, но и ее душу.
Даже крик не успел раздаться, как она превратилась в кучу грязи, свисающей с листа.
«Не выдерживает и одного удара».
Цисин отдернул заднюю лапу, брезгливо вытирая грязь о кору дерева.
Такие муравьи больше не могли вызвать в нем боевого духа, даже желания поглотить их не было – слишком грязно, противно на вкус.
Он взглянул сквозь листву, в сторону огромной впадины внизу, и еще дальше… к источнику той ауры, что вызывала у него трепет, но одновременно и волновала его кровь.
Там было место, достойное стать его полем боя.
«Пора спускаться».
Цисин слегка пригнул тело, готовясь прыгнуть вниз.
Но прежде чем он успел двинуться.
«Бззз…»
«Шурх-шурх-шурх…»
Древнее дерево под ним внезапно издало странный дрожащий звук.
Эта вибрация отличалась от тяжелой, как при перемещении гигантской ящерицы, это был плотный, мелкий, но непрекращающийся…
Звук пожирания.
Исходил из-под земли.
Исходил из… глубины корней.
Словно миллиарды насекомых грызли одновременно, звук был тихим, но собранный воедино, он превращался в жуткую демоническую мелодию.
Чувствительные усики Цисина дрогнули, и острое чувство опасности охватило его сердце.
«Дерево… плачет?»
Как насекомое, которое поглотило много древесной духовной энергии и было связано с дыханием этого древнего дерева, он теперь ясно ощущал эмоции древнего дерева.
Это был страх.
Это была слабость.
Это было… отчаяние от того, что жизненные силы безумно высасываются, а корни безжалостно подрываются!
Под землей происходило нечто ужасное!
Золотой свет вспыхнул в фасеточных глазах Цисина, выражение его лица стало серьезным.
«Что же там внизу… произошло?»
http://tl.rulate.ru/book/163821/14097116
Готово:
