Три дня спустя, ранним утром.
Фу Чанъань и ещё трое учеников внешней секты Пика Алых Закатов, под предводительством старшего брата Чэнь Мина, покинули горные ворота Секты Цинлань.
Это был первый раз, когда он по-настоящему «спустился с горы» с момента прибытия в этот мир.
Идя по горной тропе, он оглянулся: окутанные туманом облачные вершины секты удалялись вдаль, впереди же раскинулись зелёные холмы, а за ними виднелись плодородные равнины. В воздухе витал ощущение свободы и свежести, отчего на душе становилось легко.
Трое спутников, очевидно, уже не в первый раз покидали секту, держались непринуждённо, то и дело переговариваясь и смеясь. Старший брат Чэнь Мин был более собран, он то и дело напоминал им смотреть под ноги и попутно рассказывал о месте назначения — Рынок Цинлань.
— Рынок Цинлань назван в честь нашей секты, но принадлежит не только нам. Его поддерживают совместно наша секта, Павильон Бишуй и Секта Леян по соседству. Здесь могут торговать и свободные культиваторы, и мелкие кланы, и даже богатые купцы из мира смертных. Народ здесь самый разный. Помните, братья, говорите осмотрительно и ведите себя осторожно, не вступайте в конфликты без нужды, но и не будьте трусами. Главное — соблюдайте правила секты, — наставлял Чэнь Мин.
Фу Чанъань внимательно слушал, в душе его кипело любопытство.
Пройдя около часа, они увидели небольшой городок, построенный у подножия горы, рядом с рекой. У входа в городок стоял каменный монумент с четырьмя большими иероглифами: «Рынок Цинлань». Хотя это и называлось рынком, по масштабам он напоминал небольшой город.
Едва они ступили внутрь, как их захлестнула волна шума и суеты!
По обеим сторонам улиц, вымощенных синим камнем, теснились лавки: «Лавка Ста Трав», «Павильон Божественного Оружия», «Лавка Десяти Тысяч Талисманов», «Башня Пьяного Бессмертного»… Вывески и знамёна пестрели всеми цветами радуги, а колебания духовной энергии были разными. Кроме того, бесчисленные культиваторы прямо на улицах раскладывали свои товары, и крики продавцов, звуки торга неслись без умолку.
— Корень Пурпурной Тучи трёхсот лет, всего восемьдесят духовных камней!
— Только что из печи, летающий меч высшего качества! Острый, как бритва! Проходите, не проходите мимо!
— Карта сокровищ, найденная в древней пещере-обители! Для тех, кому повезёт!
Различные выкрики звучали в ушах, было трудно отличить правду от вымысла. Воздух смешивался с ароматами духовных трав, запахом пилюль, запахом ржавеющего металла и даже маслом жареного мяса духовных зверей, создавая картину оживлённой и яркой жизни культиваторов.
Фу Чанъань смотрел во все глаза, просто не успевая всё разглядеть. Это было совершенно не похоже на атмосферу умиротворённого самосовершенствования внутри секты, здесь всё было полно бурной жизни и… желаний.
Старший брат Чэнь Мин сначала повёл их к собственности секты Цинлань на рынке — Аптеке Цинлань. Там они сдали список закупок от секты и упаковали необходимые травы, которые нужно было забрать. Закончив с делами, Чэнь Мин сказал им:
— Закупки займут полдня. Вы можете побродить по рынку самостоятельно. Встретимся здесь в начале часа Шэнь (около трёх часов дня). Не опаздывайте. Помните: действуйте по своим силам и не ищите неприятностей.
— Есть, старший брат Чэнь! — взволнованно ответили несколько учеников внешней секты и тут же разбежались, как птицы, растворившись в толпе.
Фу Чанъань тоже попрощался с Чэнь Мином и отправился бродить по рынку в одиночестве.
Его особенно интересовал район, где продавались духовные травы, лекарства и пилюли. Глядя на это изобилие, на травы разных возрастов и пилюли с различными эффектами, он остро ощутил богатство ресурсов культивационного мира и собственную… бедность.
Пятьдесят духовных камней, полученных в награду от Старейшины Чжоу, здесь, вероятно, не позволят купить много стоящих вещей.
Он шёл, останавливаясь, иногда задерживаясь у прилавков с травами, применяя только что полученные знания, чтобы отличить подделки от настоящего, редкое от обычного. В этом занятии он находил своё удовольствие.
Неосознанно он добрался до относительно уединённой части рынка, на самой его окраине. Лавки здесь были куда скромнее, а товары — самыми разнообразными: в основном это были «антикварные» вещи неизвестного происхождения, которые трудно было оценить, сломанные магические артефакты, или просто семена и минералы, выглядевшие совершенно обыденно.
Очевидно, это было райское место для любителей «находок» и тех, кто любил испытывать удачу.
Фу Чанъань остановился перед прилавком старухи с седыми волосами. Старуха обладала низким уровнем культивации; перед ней была расстелена лишь старая тряпка, на которой небрежно лежали несколько тусклых минералов, несколько засохших трав и горсть разноцветных семян, не излучающих никаких волн духовной энергии.
Его взгляд привлёк небольшой пучок чёрно-коричневых, сморщенных, неприметных семян.
Эти семена выглядели совершенно безжизненными, будто обожжёнными. Но по какой-то причине, когда взгляд Фу Чанъаня упал на них, его внутренняя, вибрирующая духовная сила, почти неощутимо, откликнулась лёгким трепетом!
Неясное, инстинктивное «подсказка» от воли мира тихо возникла в его сознании — казалось, эти семена «пригодятся» ему?
Фу Чанъань присел на корточки, нарочито небрежно поднял один из минералов неподалёку и спросил: — Бабушка, что это за семена? Похоже, в них уже совсем нет духовной энергии.
Старуха приподняла веки, её голос был хриплым: — Нашла в горах, сама не знаю, что это. Выглядят странно, вот и принесла. Если заинтересует, за пять духовных камней всё заберёшь.
Пять духовных камней за кучу бесполезных семян? Продавцы по соседству услышали это и только покачали головами, решив, что старуха совсем обезумела от жажды наживы.
Фу Чанъань задумался. Он не стал торговаться, вместо этого взял горсть семян, сконцентрировался ещё сильнее, тайно направил туда вибрирующую духовную силу и постарался как можно тоньше уловить ощущения.
На этот раз он почувствовал что-то чуть более ясное! Под мёртвой оболочкой этих семян, казалось, скрывалась едва уловимая, бесконечно слабая, но уникальная суть жизненного цикла — то, что можно было бы назвать «искусством жизни и смерти»! Если бы не его чрезвычайно тонкое восприятие энергии, он бы ни за что не заметил этого!
Увядание и расцвет… В смерти таится искра жизни?
Сердце его дрогнуло. Он вспомнил о легендарном духовном растении, упомянутом в «Кратком руководстве по обычным духовным травам» — трава Увядания и Расцвета. Говорили, что её семена выглядят как мёртвые, тысячелетиями не гниют, и лишь в месте, где встречаются чистейшая древесная и земная ци, и при использовании особого метода, есть шанс на возрождение. Её листья несли в себе путь жизни и смерти и были священным сокровищем для создания некоторых высокоуровневых пилюль!
Неужели…?
Фу Чанъань подавил волнение, сохраняя невозмутимое выражение лица, и небрежно взял несколько засохших трав: — Бабушка, эти семена кажутся мне интересными, куплю их для изучения. И эти несколько трав травы Свертывания Крови тоже завяли, не дадите ли вы их мне в придачу? Всего пять духовных камней, как вам?
Старуха взглянула на несколько увядших трав, которые действительно не представляли ценности, и кивнула: — Ладно.
Фу Чанъань с радостью заплатил пять низкосортных духовных камней, бережно сложил семена и бесполезные травы, его сердце колотилось.
Независимо от того, были ли это семена травы Увядания и Расцвета или нет, эта странная концепция жизни и смерти определённо стоила изучения! Пять духовных камней — стоит рискнуть!
Едва он собрался встать и уйти, как рядом раздался ехидный голос:
— Тц-тц, интересно, кого это я вижу? Оказалось, это младший брат Фу, «гений» из Пика Алых Закатов Секты Цинлань. Пять духовных камней за кучу мусора. Действительно богат и щедр, восхищаюсь, восхищаюсь.
Фу Чанъань обернулся и увидел юношу в одежде Секты Леян, с высокомерным выражением лица, который, заложив руки за спину, с насмешкой смотрел на него. Рядом с ним стояло несколько учеников в такой же одежде, очевидно, тоже приехавших на рынок за покупками.
Фу Чанъань узнал его. Звали его Чжао Цянь, он был племянником одного из управляющих старейшин внешней секты Секты Леян. Его уровень культивации был четвёртый уровень Закалки Ци. Характер у него был заносчивый, и он уже встречался с Фу Чанъань на небольшом обмене между молодыми учениками двух сект, тогда он весьма пренебрежительно относился к прозвищу Фу Чанъаня — «Золотая рыбка».
Фу Чанъань не хотел ввязываться в неприятности и спокойно ответил: — Это просто мои личные предпочтения, не стоит беспокойства, старший брат Чжао. — Сказав это, он собрался уходить.
Но Чжао Цянь шагнул вперёд, преградив ему путь, и с издевкой рассмеялся: — Предпочтения? Или ты просто глуп? Или ваша Секта Цинлань настолько обеднела, что теперь отправляет учеников собирать мусор, чтобы показать вид? Ах да, я слышал, ты добился своего места во Внутренней Секте по чистой случайности? Что, Старейшина Чжоу не дал тебе приличных духовных камней? Может, хочешь, я тебе одолжу?
Несколько учеников Секты Леян позади него разразились хохотом.
Фу Чанъань нахмурился, в душе закипал гнев, но, вспомнив наставления Чэнь Мина, он с трудом подавил своё раздражение: — Старший брат Чжао, пожалуйста, пропусти.
— А если не пропущу? — Чжао Цянь высокомерно поднял подбородок и нарочито выпустил духовное давление четвёртого уровня Закалки Ци, пытаясь поставить Фу Чанъаня в неловкое положение.
Однако Фу Чанъань, только что прорвавшийся на третий уровень Закалки Ци, имел крепкое основание. К тому же, его закалили в огне земли и закалили вибрирующей духовной силой, что сделало его волю намного твёрже, чем у сверстников. Он почти не почувствовал этого давления, лишь холодно смотрел на него.
В тот момент, когда обе стороны упёрлись друг в друга, привлекая взгляды многих зевак, с небольшого расстояния раздался холодный голос:
— Чжао Цянь, правила рынка запрещают шумные драки. Хочешь, чтобы тебя пригласила команда по исполнению закона на чашку чая?
Все обернулись на звук и увидели девушку в одежде Павильона Бишуй, с красивой и ясной внешностью, медленно приближающуюся. Позади неё также следовали несколько её соучеников. Говорила именно она.
Чжао Цянь, увидев девушку, изменился в лице, явно испытывая некоторый страх. Он фыркнул: — Лю Ии, не суй свой нос не в своё дело! Мы просто немного поболтали с младшим братом Фу.
Лю Ии? Фу Чанъань вспомнил. Это была та девушка-культиватор с мечом, занявшая второе место на Внешнем соревновании. Она тоже спустилась с горы и присоединилась к Павильону Бишуй?
Лю Ии не обратила внимания на Чжао Цяня, её взгляд переключился на Фу Чанъаня, и она слегка кивнула: — Младший брат Фу, мы снова встретились.
Фу Чанъань сложил ладони в знак уважения: — Старшая сестра Лю.
Появление Лю Ии разрядило обстановку. Чжао Цянь, похоже, не хотел одновременно оскорблять людей из Секты Цинлань и Павильона Бишуй. Он злобно посмотрел на Фу Чанъаня, бросил фразу «посмотрим» и, уводя своих людей, попятился.
— Благодарю, старшая сестра Лю, за помощь, — искренне поблагодарил Фу Чанъань.
Лю Ии покачала головой: — Пустяки. Чжао Цянь всегда такой, младшему брату Фу не стоит принимать это близко к сердцу. На рынке, хоть и есть возможности, но и неприятностей много, брату Фу следует быть осторожнее.
— Старшая сестра права, — Фу Чанъань кивнул, принимая её слова.
Они обменялись парой фраз, затем разошлись. Фу Чанъань потерял всякое желание бесцельно бродить, посмотрел на время и направился к Аптеке Цинлань.
По дороге обратно он коснулся рукой пакета со сморщенными семенами в кармане, вспоминая сегодняшние события.
Поход на рынок оказался действительно интересным. Были и неожиданные находки, и несправедливые нападки.
Он не придал значения провокации Чжао Цяня, но помощь и совет Лю Ии вызвали у него большее уважение к бывшей сопернице.
А самым большим приобретением, безусловно, был этот пакет таинственных семян.
«Трава Увядания и Расцвета… Надеюсь, ты действительно принесёшь мне сюрприз», — с надеждой подумал он.
(Конец пятнадцатой главы)
http://tl.rulate.ru/book/163752/12349453
Готово:
