Обычный будний вечер. Я только что проводила экономку, собиравшуюся домой.
Но стоило мне зайти в комнату Сок Хэвона, как я так и застыла. А всё потому, что я столкнулась нос к носу с Хэвоном, который только что вышел из душа и был без рубашки.
— !..
Рельефные мышцы, словно высеченные из камня, перекатывались при каждом движении. Стоило мне увидеть его широкую спину и выступающие вены, как прошиб холодный пот. В теле щенка это была одна из самых мучительных ситуаций.
Я, словно заржавевший робот, со скрипом развернулась и прижалась к стене.
«Он всего лишь извращенец», — твердила я себе, но всё равно чувствовала к себе отвращение из-за того, что невольно залюбовалась этой картиной.
Пока я ворчала про себя, над головой внезапно потемнело. Я задрала голову и увидела Сок Хэвона.
Мой взгляд скользнул по его торсу, на который он уже накинул чёрное худи, и остановился на лице.
Щёлк.
Наши глаза встретились. Мы молча смотрели друг на друга, и эта трудноописуемая тишина затянулась.
«Мне кажется?»
В последнее время я всё чаще ловлю на себе его пристальный взгляд.
Он и раньше любил так на меня пялиться, но теперь я невольно начала следить за каждым своим движением.
«…Неужели он что-то заподозрил?»
На всякий случай я проверила одежду, спрятанную в гардеробной, но там всё было нетронуто.
— Если присмотреться, ты ведь постоянно на две лапы встаёшь.
Он внезапно присел и подхватил пальцами мои передние лапы. И вот, пошатываясь, я начала неуклюже практиковаться в ходьбе на двух ногах.
— Раз-два, ча-ча-ча. Два-два, ча-ча-ча.
Топ-топ, тра-та-та.
— А теперь эффектный поворот!
Погнали.
Вжих! С его помощью я бодро крутанулась вокруг своей оси, но тут же опомнилась и резко отпихнула его пальцы.
Его невозмутимое лицо, когда он так непринуждённо паясничал, бесило ещё больше.
«Какое там “заподозрил”».
Он обращался со мной как с самой настоящей Сок Тяв.
Но на этом Сок Хэвон не остановился, он бесцеремонно подхватил меня на руки.
«Куда это он меня тащит?»
Вскоре моё тело приземлилось на диван в гостиной.
Щёлк. Он приглушил свет и начал переключать каналы пультом.
Пик, пик, пик. Экран мигнул, потемнел, и начались титры фильма ужасов.
«С чего вдруг это?»
Неужели захотел посмотреть на большом экране?
Усевшись рядом, он с серьёзным видом приготовился к просмотру.
— Кто там? Эй, почему вы не отвеча…
Поскольку жанр обязывал, первая половина фильма развивалась в мрачной и гнетущей атмосфере.
Прошло всего несколько минут.
Щёлк. Из комнаты вышел отец Сок Хэвона. Заметив нас, он нахмурился. Выйдя из кухни со стаканом в руке, он так и замер, уставившись в телевизор.
— Тяф.
Стоило мне подать голос, как Хэвон окликнул отца, уже собиравшегося уходить.
— Садитесь и смотрите. Вы там маячите, всё в экране отражается.
Вздрогнув, отец немного помедлил, а затем молча пристроил пятую точку на диван. Похоже, ему стало слишком любопытно, чтобы сохранять достоинство.
Следом появились поздно вернувшиеся с работы мама и секретарь Квон. Увидев нас, затаивших дыхание за просмотром ужастика, мама подошла поближе.
— Тайгер, почему ты ещё не спишь? Зачем ты мучаешь ребёнка на ночь глядя этими фильмами…
— Тсс.
Приложив указательный палец к губам, Хэвон шикнул на неё. Она озадаченно окинула его взглядом и плюхнулась в кресло. Мол, «ну, давайте посмотрим, что там такое».
Даже секретарь Квон, который собирался просто оставить вещи и уйти, видимо, тоже заинтригованный, незаметно уселся на пол, скрестив ноги.
В тишине, где было слышно только наше дыхание, фильм неумолимо приближался к своей развязке.
— Что это? Почему моё тело…
На экране актёр, лежащий в кровати, внезапно распахнул глаза. Скованный сонным параличом, он не мог пошевелиться и лишь едва водил зрачками, глядя в сторону изголовья.
Напряжённая фоновая музыка, предвещающая скорое появление призрака, эхом отдавалась в гостиной.
Бум, бум, бум.
Сейчас будет.
— А-а-а-а-а-а!
— Хы-а-а-а-а-а!
Закричав, секретарь Квон подтянул меня к себе и сгрёб в охапку своими ручищами.
«А-а-а-а!»
Я, в ужасе, тоже замотала головой и застучала задними лапами. Лицо секретаря Квона пугало меня больше любого призрака.
— Хы-а-а-ак!
«Оте-е-ец!»
Я хотела вцепиться в край одежды сидящего рядом отца, ища спасения, но замерла. Он с величественным видом прикрывал глаза ладонью.
«М-да».
Похоже, ему тоже страшно.
Столкнувшись с такой неожиданной стороной его личности, я повернула голову к матери.
Фырк. Скрестив ноги, она криво усмехалась, будто всё происходящее — полная ерунда. Вот только глаза её были плотно зажмурены.
— …
Даже мама, на которую я так надеялась. Моя мордашка исказилась в плаксивой гримасе.
«С-Сок Хэво-о-он…»
Делать нечего, я обернулась к последнему оплоту надежды. Хэвон затянул шнурки своего худи до предела так, что из маленькой дырочки торчали только нос и рот.
«И ты туда же?»
С таким обзором он не то что кино не видел, у него перед глазами была кромешная тьма.
«Зачем тогда вообще смотреть?»
Оставшись в гордом одиночестве с открытыми глазами, я оглядела всё это семейство капелек, сгрудившихся в гостиной.
Из той породы людей, которые до смерти боятся призраков, но не могут побороть любопытство и всё равно смотрят ужастики.
«Да где вы вообще видели призраков в этом ми…»
Я осеклась. Если подумать, один такой есть — призрак собаки Сори.
Бум, бум, бум.
— Тя-а-а-ав!
К чёрту призраков, сейчас лицо секретаря Квона было самым страшным в мире.
* * *
Операция провалилась.
Вернувшись в комнату, Хэвон забился своим огромным телом в угол кровати.
Затея с фильмом была своего рода проверкой реакции собаки. Если она понимает смысл, то должна смеяться или пугаться в нужные моменты.
Если Тяв — обычная собака, то сам факт того, что она пугается призрака на экране, был бы абсурдом.
Поэтому он и выбрал ужастик. На нём реакция видна чётче, чем на боевике или комедии.
Однако в этом плане крылась роковая ошибка.
«Ни черта не увидел».
Он и подумать не мог, что фильм окажется настолько скучным, что на него невозможно будет смотреть с открытыми глазами.
Сняв капюшон, он обнажил ещё более пустой «рыбий» взгляд.
К тому времени, как он набрался смелости их открыть, уже ползли финальные титры.
В итоге, когда резко постаревший секретарь Квон, собака и почему-то пошатывающиеся Хэган и Ынсу разошлись по своим комнатам, операция бесславно завершилась.
Хэвон прищурился и уставился на собаку, растянувшуюся на лежанке-банане.
Первый план провалился с треском, пришло время второго.
Использовать вещь, которую собаки терпеть не могут, а люди воспринимают спокойно, и посмотреть на реакцию.
Хэвон притащил из ванной своё «секретное оружие» и сел перед лежанкой. Стоило ему воткнуть вилку в розетку, как взгляд Тяв стал свирепым.
«Я и так до смерти устала от секретаря Квона, а он опять за своё. Что за шуточки?» Раздражённая Сори, не вставая, уставилась на предмет в его руках.
Вж-ж-ж-жик. Хэвон включил прибор и направил его на собаку.
— Фен.
Р-р-р. Словно одержимая злым духом, она оскалила свои крошечные клыки.
Как только он выключил фен, её морда сразу стала мирной.
Она не просто сопротивлялась потоку воздуха, в её широко распахнутых глазах читалась настоящая злоба.
Хэвон снова направил фен на Тяв. Под струёй тёплого воздуха её треугольные ушки забавно захлопали.
— Фен.
Р-р-р.
— Отмена.
Спокойствие.
— Фен.
Р-р-р.
Понаблюдав за тем, как Тяв презирает фен, Хэвон недовольно выключил его. Поведение, типичное для собаки до мозга костей.
«И это мимо».
Забравшись обратно на кровать, он схватил брошенный как попало телефон.
Третья операция.
Проверить безусловный рефлекс, на который не может не отреагировать человек.
Вскоре комнату заполнили звуки песни, доносившиеся из телефона.
— ♪♬♩~ ♩♪♪♬~
Это был хит айдол-группы, который штурмовал чарты, когда Сори и Хэвон были подростками. Любой кореец их возраста не смог бы остаться равнодушным.
Собака, искоса взглянув на Хэвона, который будто смотрел видео на YouTube, безучастно ворочалась. Тяв предпочитала хип-хоп.
Неужели и это провал?
Разочарованный такой прохладной реакцией, Хэвон выключил музыку и открыл поисковик.
- Лекарство, меняющее облик
- Статус разработки новых препаратов
- Человек превратился в собаку
- Превращение в собаку
Сколько бы он ни искал, всё, что выдавал поиск, — это посты в духе: «Ласковый пёсик, увидев лакомство, превращается в демона».
Плечи его как-то поникли, и он бессильно повалился навзничь. Из его губ вырвался тяжёлый вздох.
«Может, бросить это?»
Разве это возможно, чтобы человек превратился в собаку?
Это звучало так же фантастично, как вера в то, что игрушки оживают, когда хозяев нет дома.
Теория о том, что у Сок Тяв интеллект почти как у человека, или что Ким Сори прячется в этом доме, и то звучала реалистичнее.
Перекатившись на бок, Хэвон подпёр голову рукой. В поле его зрения сразу попала собака, развалившаяся на лежанке.
Этот взгляд.
То, как она смотрела на него, будто на что-то невыносимо надоедливое, слишком уж напоминало Сори.
Он бесчисленное количество раз видел этот взгляд. Особенно когда она недовольно прищуривалась, становясь при этом необычайно хорошенькой.
Сравнивая Сори и Тяв, Хэвон вспомнил голос, который не выходил у него из головы.
«Докми, ты ведь любишь всякое… вымышленное».
Голос Сори эхом отдавался в его сознании, словно зацикленная запись.
«Ну, например, превращаться в предметы или животных».
— …
Тихо повторяя эти слова, он вдруг подскочил, словно подброшенный пружиной.
«Ты веришь в магию?»
Да, верю.
Даже не столько в магию, сколько в свою интуицию.
Поднявшись с кровати, Хэвон без колебаний направился к столу.
Был один способ, при котором Ким Сори, будь она этой Тяв, ни за что не смогла бы усидеть на месте.
Он протянул руку и взял со стола белый телефон Сори. Повозившись с экраном, он поднёс трубку к уху, имитируя разговор.
— Алло.
Его взгляд, опущенный вниз, впился в лежащую собаку.
— Неужели владелица телефона соизволила позвонить?
http://tl.rulate.ru/book/163343/12656824
Готово:
