ОДИН
Ба Доу, когда находился в Мире людей, хоть и был осмотрительным юристом, не раз шёл напролом. В конце концов, в любой профессии есть свои правила, и если ты не можешь с ними справиться, тебе остаётся только убраться из этой сферы.
Владение профессиональными навыками достигло у него совершенства ещё до ухода из Мира людей, подобно мечу, сжимаемому в его руке, который давал ему чувство душевного покоя.
Но сейчас Ба Доу чувствовал, как потеют его ладони.
Его меч был не единственным в этом Аду; возможно, с самого начала он не был единственным в Аду. Он посмотрел на того человека.
Величайшее унижение, которое высокомерный наносит слабому, — это пренебрежение. Даже если Ба Доу считал свой меч могущественным, под презрительным взглядом противника его сияющие золотом доспехи вызывали у него чувство неполноценности и ничтожности.
Это его душило.
Он снова искоса взглянул на двух драконов, и это его едва заметное движение души и духа не ускользнуло от взгляда противника. Тогда он увидел, как тот человек дёрнул уголком рта.
Затем по золотым доспехам словно что-то ожило: теневой образ забурлил на его груди, подобно клещу, впившемуся под кожу, образуя выпуклые узоры, которые блуждали под доспехами.
Внезапно из его груди вспыхнул свет, похожий на рябь, и золотая голова дракона высунулась из его груди. Хотя это была всего лишь нематериальная тень, она выглядела чрезвычайно властной и свирепой. Она раскрыла огромную пасть и оскалила острые зубы в сторону Ба Доу, затем вытянула обе лапы, издала яростный рёв и вылетела вперёд, кружась между двумя людьми.
Ба Доу прищурился, заметив, что из груди того человека вылетел ещё один дракон. Самым поразительным было то, что эти две теневые драконьи фигуры были в точности такими же, как те два дракона вдалеке.
Они сплетались в воздухе, словно играя, но производили громогласный шум: один извергал огонь, другой — воду, они ревели и рычали, будто два диких зверя, только что вырвавшихся из клетки, изливающие свою ярость и свободу этому миру.
Эти два дракона были так же свирепы, как прежний Инь Куй.
— Драконьи Духи…
Из самой глубины его души раздался изумлённый возглас Мо Куя.
Жажда убийства Ба Доу вспыхнула, словно пожар. Истинная ци устремилась в нижнюю часть живота, кровь во всём теле мгновенно закипела, по конечностям вздулись вены. Ба Доу почувствовал, что голова стала вдвое больше, чем раньше, и вот-вот взорвётся.
Меч в его руке одновременно вспыхнул ослепительным золотым светом, в десять раз ярче обычного. Говорят, что встреча с сильным делает тебя ещё сильнее.
Ему тем более претили сильные, особенно тот, кто пользовался своим мечом, чтобы угнетать других.
Он никогда не был слабаком; он не желал уступать никому ни в умении мыслить, ни в умении сражаться.
Два дракона превратились в два золотых луча и вонзились в грудь того парня, и на его золотых доспехах появились два цепляющихся золотых дракона.
— Броня Духа Дракона…
Это сказала Ли Сымань, в её словах слышалась доля сомнения.
— Тебе нужно быть осторожным, не обращай внимания на тех двух драконов, их невозможно убить. Обрати внимание на его доспехи, он под защитой Духа Дракона, его почти невозможно убить.
Плевать, Ба Доу никогда не боялся смерти. Он бросился вперёд.
Он сделал шаг, преодолев половину расстояния между ними, и обрушил меч. Противник взмахнул мечом, ци меча столкнулась с ци меча, и тот удар исчез. Затем он косо взмахнул мечом и снова ринулся вперёд.
Ба Доу изменил направление, скользнув вправо, и отрубил левое плечо противника.
Противник тоже сместился вправо, но принял на себя этот косой удар. Ци меча прочертила его доспехи, и его тело на фут опустилось в воздухе, а золотой свет рассеялся и впитался в золотые доспехи.
Из его тела вырвался радостный рёв.
Он не остановился и взмахнул мечом, целясь в плечо Ба Доу, но Ба Доу не осмелился принять этот удар. Тело его резко сместилось в сторону, он шагнул, используя формацию Багуа, опустил локоть, встряхнул предплечьем, легко толкнул запястьем и пронзил глаза противника.
Ци меча начертила в пространстве между ними знак, внезапно вытянувшись, словно змеиный язык.
Противник не спеша, не отставая от его шагов, увернулся от этого удара, даже не помышляя об отступлении.
Противник тоже вступил в его формацию Багуа, и они вместе начали менять позиции, словно ступая по волнам: один шаг выше, другой ниже.
Ба Доу ударил мечом с высокой позиции «У-мань», тот парень, ступая по волне, спрыгнул с низкой позиции «Чоу-ню» в позицию «Инь-ху» и нанёс обратный удар сзади. Ба Доу оттолкнулся ногой, взмыл вверх по волнам и приземлился в позиции «Сюй-гоу», атакуя противника в спину.
Скорость этой погони и схватки была невероятно высокой. В мгновение ока обе стороны обменялись десятками ударов.
В небе две золотые ци меча пересекались поперёк и вдоль, то усиливаясь, то ослабевая, и вскоре сплелись в золотой частокол. А два человека метались и прыгали в просветах этого частокола, выживая в узких щелях.
Те, кто наблюдал за битвой внизу, напряжённо следили за обоими, особенно за Ба Доу, окутанным чёрным туманом, который, казалось, постепенно уступал.
Теневой образ за его спиной был уже разрублен на несколько фрагментов золотой ци меча, и хотя его основное тело каждый раз ускользало из этого разбитого небытия, он выглядел несколько неловко.
Внезапно сверху с огромной мощью обрушилась одна ци меча. Находящиеся на земле люди в ужасе побледнели и поспешно бросились бежать.
Этот удар обладал огромной силой, и Ба Доу, как раз собиравшийся вскочить на очередную волну, внезапно вздрогнул всем телом и отдёрнул верхнюю часть, едва не отрубив себе голову.
Его меч стремительно взмыл вверх, и под воздействием двух ци меча он отступил к подножию волны. Ворона с криком вылетела из-за его спины и, сделав круг, опустилась на его плечо, выглядя ошеломлённой.
Бежать? Они не могли отдавать приказы Ба Доу, и появление вороны по имени Мин Синь как раз было для Ба Доу предупреждением.
Ба Доу наклонил голову и посмотрел вниз, на землю. Десятки скорпионов и многоножек были отброшены в небо, а ведь это были могущественные генералы с тысячелетним совершенствованием!
Ворона с недоумением подумала: «Почему они ещё не бегут?»
Тот человек презрительно взглянул на ворону на плече Ба Доу и тут же нанёс второй удар мечом.
Ба Доу собирался уклониться в сторону для контратаки, но внезапно встряхнул плечами, и его тело вырвалось вперёд, оставив в воздухе череду его теней. Когда он снова сфокусировал взгляд, то увидел, что уже находится в сотне метров в небе.
Три вороны, используя Крылья Духа Демона, вместе с Мо Куем вынесли его из зоны смертельной опасности.
Внизу, на земле, Двенадцать Небесных Генералов стояли на вершине горы и, используя какую-то магию, приняли на себя тот золотой удар ци меча.
Этот удар словно пришёлся по поверхности воды, вызвав ослепительное сияние, и всё пространство, казалось, дрогнуло трижды, отчего тело Ба Доу в воздухе тоже покачнулось.
Тот человек совершенно не обращал внимания на других, повернув голову и уставившись на Ба Доу.
Он поднял меч в руке, и рёв Духа Дракона окружил его грудь и спину, золото разлилось ослепительным светом.
Однако в этот момент человек почувствовал нечто странное: меч в его руке слегка дрожал. Он поспешно повернул голову и увидел, что над его спиной висит каменный Прямоугольный Кирпич, а огненно-красное слово «Цзи» горело, словно пламя, испуская облако алого света. Это сияние было настолько ярким, что полностью окутало всё его золотое сияние и постепенно поглощало его.
В нём вспыхнул гнев: «Неразумное самоволие!»
Он обернулся, встретив Прямоугольный Кирпич, и всё его тело вспыхнуло золотым светом, давящая аура устремилась, словно штормовой ветер. Но внезапно он почувствовал холод за спиной, снова повернул голову и скосил взгляд, внезапно заметив Большую Печать, на которой было написано слово «Меэ», излучающее тусклую ауру смерти.
Он прищурился, и из узкой щели глаз вырвалась свирепая ярость.
Он крепко сжал обе руки, собираясь нанести удар мечом, но именно в этот момент в ушах у него раздался грохот — это был непрекращающийся боевой барабан с поля битвы.
Звук боевого барабана на мгновение чуть не сбил его сосредоточенный разум, и его руки ослабли, удар меча был остановлен наполовину. Разъярённый, он открыл рот и взревел, и две драконьи души из его груди вырвались наружу. Именно в этот момент золотая ци меча обрушилась сверху.
Ба Доу не любил пользоваться слабостью противника, нападать исподтишка вызывало у него чувство вины, но этот противник был слишком силён. В одиночку они не были ему ровней, и, очевидно, каждый из них это понимал — именно поэтому Двенадцать Небесных Генералов выступили все вместе.
Однако они всё же недооценили его силу.
Внутри кольца окружения вспыхнуло золотое сияние, ослепительное, как солнце. Под этим светом не только исчезла ци меча Ба Доу, но и все присутствующие превратились в размытые тени. Внутри этого сияния прорезался золотой луч.
Этот луч ци меча был направлен прямо на барабан.
Позади барабана с оглушительным грохотом нанёс удар большой каменный молот, окутанный багрово-красным пламенем, с силой обрушившись на барабан.
С громким «бум!» вспыхнули кровяные, красные, золотые и фиолетовые огни.
Юй Фубай, наблюдавший с земли, почувствовал, как сердце подскочило к самому горлу: эти двое приняли удар на себя! Какое безумство…
Как он и боялся, каменный барабан и Каменный Шар соскользнули с неба, словно метеориты, входящие в атмосферу, окутанные двумя клубами густого дыма, они рухнули на землю.
С ещё двумя оглушительными «бум!» они пробили на земле две огромные ямы. Затем из этих ям поднялись два человека, шатаясь, они сделали пару шагов и оба рухнули на землю, больше не в силах подняться.
Юй Фубай не колебался, быстро подбежал, окутал их чёрным дымом и бежал прочь, как от самой смерти.
Если бы не влияние двух генералов «Цзи-Меэ», они бы точно погибли.
ДВА
Ба Доу, видевший всё это, почувствовал, как к сердцу подступает гнев, и нанёс три удара подряд по золотому сиянию. Однако защитный барьер, созданный Духами Драконов, был невероятно крепок; как бы его ци меча ни атаковала, он оставался невредимым.
Этот золотой световой купол был очень странным: золотой свет исходил наружу, ослепляя, и совершенно невозможно было разглядеть фигуру человека внутри.
Ба Доу обошёл вокруг, и после трёх ударов посмотрел на две Большие Печати.
Кроваво-красное сияние от Прямоугольного Кирпича Ши Цзитяня становилось всё гуще, а сильный ледяной холод, несущий густой запах крови, вызывал головокружение, но он всё ещё не представлял угрозы для золотого сияния.
Но, по его словам, эта кровяная скверна способна вытягивать всю магическую силу и души находящихся здесь, поэтому Ши Цзитянь никак не мог сдаться и изо всех сил колдовал. Столб кроваво-красного света в форме прямоугольной колонны плотно давил на золотое сияние.
С другой стороны, из-под Большой Печати также вырвался серый столб света, который был сущностной истинной ци камня, обладающей способностью уничтожать души. Слово «Меэ» на Большой Печати также испускало тонкие кровавые отсветы, которые происходили от Искусства Шаманской Крови, перерабатывающего демонов крови.
Два столба реального света — серый и красный — вонзились в золотое сияние. Они сумели подавить лишь треть исходящего золотого света, но всё же сковали золотое сияние в воздухе.
Противник слишком силён, и гнев бесполезен.
Однако Ба Доу в этот момент не знал, как действовать, у него был только меч в руке.
Внутри золотого сияния две души Драконов тоже отчаянно держались. Если оцикленное зло, которым была кровь десятков миллионов демонов крови, олицетворяла зло, то оно как раз сдерживало так называемую праведность Духов Драконов: «Зло вторгается, когда «Праведность» ослабевает».
На самом деле, две души Драконов уже пережили восемь Небесных Испытаний, и их духовная сила была серьёзно повреждена.
Изначально было девять душ Драконов. Другие семь душ вместе с этими двумя пережили первые пять Небесных Испытаний, но погибли во время последних трёх. Выжили только эти двое.
Ба Доу и остальные об этом не знали. Если бы Змеиный Король и Скорпион-Король и другие выступили все вместе, они бы непременно убили одного из них.
Змеиный Король забрал Каменный Барабан и Каменный Шар и убежал, одновременно призывая и других каменных существ уйти, потому что те двое были тяжело ранены и остро нуждались в лечении.
Скорпион-Король, Юй Фубай и Царь Жабы вовсе не собирались участвовать в этой битве. Они уже были напуганы, особенно после того, как те двое были сбиты. Они ясно увидели способности противника. Участвовать в бою означало смерть, и у них не было причин не прятаться.
В этот момент они спрятались ещё дальше.
Трое в небе зашли в тупик, а Ба Доу был беспомощен, он кружил вокруг золотого сияющего шара.
Он внезапно остановился, превратил свой меч в свиток и начал громко декламировать Призыв Божества.
— Тай Инь, Тай Ян, Тай Шан имеет главы. Во все стороны, сияние семи звёзд. Небесные Тяньган, Северный Ковш, божества, назначенные в генералы. Утренний гром и вечерний дождь, сто демонов прячутся. Смещающие небо и землю, все бессмертные спускаются. Духи-боги трёх миров, узрите моего Светлейшего Императора. Прародитель Пути Пяти Элементов, нечестивый и странный. Девять драконов вращаются в Чэнь, спускаются на землю, чтобы стать королями. Звёзды двадцать восьми созвездий, занимают свои места рядом. Божественный Меч, Пронзающий Небеса, ослепительный, как переливающийся свет. Уничтожение демонов и убийство чудовищ, словно наводнение, словно сильный поток…
Но спрятанная в благовонном ящике Ли Сымань воскликнула: — Бесполезно, это Ад, эти парни тебя не услышат.Сказав это, она выскочила из ящика, протянула руку и вытащила полутораметровое змеиное кость.
Она махнула рукой, и змеиная кость увеличилась в десять раз в длину. Длинная змеиная кость, которую она раскрутила в большой круг, с ревом, подобным драконьему, с грохотом обрушилась на золотое сияние. Прокатилась золотая рябь, от которой голова Ба Доу загудела.
Когда она собиралась нанести второй удар, Ба Доу внезапно закричал: — Осторожно!
Свиток в его руке превратился в длинный меч, и он нанёс удар.
Тот, кто находился внутри золотого сияния, пришёл в ярость и взмахнул мечом в сторону Ли Сымань. Как только он двинулся, в золотом сиянии появилась щель, подобная трещине на скорлупе яйца. Ба Доу уловил этот единственный изъян и изменение, понял, что он собирается атаковать, и решительно нанёс удар мечом.
Золотой свет перехватил золотой свет. Змеиная кость в руке Ли Сымань снова издала жалобный стон.
— Зачем ты вышла? Скорее уходи! — отчаянно крикнул Ба Доу, нанеся три удара подряд. Один из ударов перерезал угрозу, направленную на Ли Сымань.
Золотое сияние начало стремительно вращаться, по всему периметру пронеслись бесчисленные золотые звёздные огни, похожие на светлячков, ослепительные и сияющие, и в этот момент ци меча была направлена на Ши Меетяня.
Четвёртый меч Ба Доу рухнул сверху, продолжая перехватывать этот смертельно опасный удар.
После этого удара мечом серый цилиндрический столб света слегка помутнел и чуть не рассеялся.
Воспользовавшись этой возможностью, золотой световой сгусток стремительно вылетел и вдали в небе вновь принял форму парня в золотых доспехах.
Он остался невредим и всё так же безэмоционально взглянул на Ба Доу.
— Посмотрим, скольких ты сможешь спасти, — его холодный голос донёсся до Ба Доу, вызвав напряжение.
— Вы все уходите отсюда, немедленно бегите! — крикнул Ба Доу.
Однако сказано — сделано, но меч вспыхнул, и клинок уже летел в сторону Ши Цзитяня, самого отдалённого от Ба Доу.
Ба Доу нанёс удар мечом, но, сделав это, покрылся холодным потом.
http://tl.rulate.ru/book/163003/12880838
Готово:
