Они понимали друг друга без слов.
— Хорошо. Времени мало.
Ван Сяошань тут же задёрнул шторы и закрыл дверь.
Чтобы никто не помешал, он задвинул все засовы.
А потом обнял Пань Ляньлянь.
Хотя на дворе был день, случай выпал редкий.
Вскоре чулки полетели на стол.
Туфли на каблуках уже давно соскользнули с ног Пань Ляньлянь.
— Сяо Лянь, у тебя красивое бельё.
Сегодня на Пань Ляньлянь было весьма откровенное кружевное бельё.
Это Ван Бяо подарил. Велел танцевать в нём, чтобы его завести.
— Толку всё равно никакого.
Зато теперь тебе досталось.
Пань Ляньлянь прикусила губу, щёки залились румянцем.
— Бельё красивое или я красивая?
Она ловко перевела внимание на себя.
— Конечно, ты.
Ван Сяошань понял её намёк.
Минута близости дороже золота.
Но он вспомнил, как Ван Бяо упоминал аварию, в которой погибли его родители два года назад.
Сейчас Пань Ляньлянь наверняка ничего от него не утаит.
— Сяо Лянь, Ван Бяо тебе говорил про аварию с моими родителями два года назад?
— Нет. Но я знаю, что он разбогател именно два года назад.
Ван Сяошань задумчиво повёл глазами. Точно.
Неужели богатство Ван Бяо как-то связано с той аварией?
Он погрузился в размышления, и руки его замерли.
— На что уставился?
— Ты прекрасна. Дай полюбоваться.
— Не смотри. Я хочу ребёнка.
Тихо прошептала Пань Ляньлянь.
Ван Сяошань знал, что для этого нужно попасть в нужные дни.
Попадёт ли? Неизвестно.
Но сейчас кого это волновало?
Он стянул свой белый халат.
— Тук-тук… Там кто-нибудь есть?
— Я же видел, как Ван Сяошань заходил!
— Почему дверь закрыта? Разве клиника ещё не открылась?
Снаружи донёсся голос пожилой женщины.
Стены в клинике тонкие, да и народ здесь ходит постоянно.
Долго не получится…
— Подождите! Я переодеваюсь!
Крикнул Ван Сяошань.
Он тут же спустился с койки, накрыл Пань Ляньлянь одеждой.
— Подожди немного, я разберусь.
Пань Ляньлянь быстро встала, оделась, натянула чулки и туфли.
Навострила уши, прислушиваясь к тому, что происходит снаружи.
Ван Сяошань всё это время принимал больных и выписывал лекарства.
Она и не думала, что в Деревне Синхуа любят ходить к врачу толпой.
Да ещё и с женскими болезнями.
Пожилые тётки расспрашивали о том о сём, заговаривали зубы, чтобы подружиться с Ван Сяошанем.
Пань Ляньлянь слезла с кровати и задела пузырёк.
— Дзынь!
Звон разбитого стекла разнёсся по клинике.
— Там кто-то есть, — сказала Лю Янь.
Это она подбила всех прийти к Ван Сяошаню.
— Кхе-кхе.
Ван Сяошань занервничал.
— Кто там? — тут же спросила Лю Янь.
Остальные тоже загудели.
Все обступили Ван Сяошаня, а самые смелые тётки уже собрались заглянуть в палату.
Ван Сяошань подумал, что всё пропало.
Но внезапно его осенило.
— Это медсестра, которую я нанял, — сказал Ван Сяошань.
— А, вот оно что?
Протянули Лю Янь и остальные.
Врачебный кабинет с медсестрой — это вполне разумно.
Пань Ляньлянь огляделась и заметила белый халат и шапочку медсестры.
Она быстро натянула форму медсестры и вышла из палаты.
Поверх — халат.
Увидев её, пришедшие тётки одобрительно закивали. Пань Ляньлянь и впрямь была похожа на медсестру.
Ван Сяошань улыбнулся.
Поднял большой палец — её реакция оказалась очень находчивой.
Широкий халат скрывал пышные формы.
В шапочке медсестры Пань Ляньлянь обрела особую прелесть.
— У тебя в такой маленькой клинике есть медсестра?
— Конечно. Я же не могу всё делать сам!
Тётки и кумушки смотрели на Ван Сяошаня странными взглядами.
То, что в клинике нет клиентов, было видно невооружённым глазом.
Ван Сяошань продолжил объяснять:
— К тому же Ван Бяо часто бьёт и ругает Пань Ляньлянь, они сейчас на грани развода. Я обещал поддержать её. Вот и дал ей эту работу.
— А у меня как раз есть диплом медсестры, — добавила Пань Ляньлянь.
Она увидела в глазах тёток зависть.
Как же так, такая хорошая работа, а им не досталась!
Поэтому она и сказала это.
Теперь им нечего было возразить.
Вскоре Ван Сяошань выписал лекарства Лю Янь и остальным.
Когда они ушли, он подошёл к Пань Ляньлянь и сказал:
— Тебе очень идёт форма медсестры.
— Рада, что тебе нравится!
Ван Сяошань и Пань Ляньлянь снова закрыли дверь.
Вскоре её брюки полетели на стол, но одежда осталась…
На стене клиники сплелись две тени, а затем медленно опустились.
Нежность и романтика заполнили палату.
Два часа спустя дверь наконец открылась.
Пань Ляньлянь раскраснелась, кожа светилась особенным блеском.
Она положила голову на плечо Ван Сяошаня и задумчиво смотрела на далёкие горы.
Мужчина рядом с ней сейчас был надёжнее этих величественных гор.
Тонкие пальцы Пань Ляньлянь нежно провели по красноватому пятну на простыне, щёки вспыхнули ещё ярче.
Она подняла глаза на Ван Сяошаня, ресницы дрогнули, на губах заиграла застенчивая улыбка.
— Сяошань, теперь я твоя женщина.
У Ван Сяошаня дёрнулся кадык.
Он накрыл её мягкую кисть своей грубой ладонью.
Впился взглядом в её раскрасневшееся лицо.
Большим пальцем легонько погладил её руку.
— Ляньлянь, — голос его слегка сел.
Вдруг он рывком прижал её к себе, упёрся подбородком в макушку.
— Не волнуйся. Я, Ван Сяошань, всю жизнь буду к тебе хорошо относиться.
Пань Ляньлянь уткнулась лицом ему в грудь, уши покраснели до кончиков.
Она украдкой улыбнулась, пальцем нарисовала кружок на его одежде и приглушённо выдохнула:
— Я тебе верю.
Познав нежность Ван Сяошаня, она почувствовала, что больше не сможет без него.
…
В половине пятого вечера Пань Ляньлянь вернулась домой пораньше.
В шесть вернулся Ван Бяо.
Он вёл себя странно, бормотал что-то себе под нос.
Ван Бяо принёс много жертвенных принадлежностей и сказал, что собирается пойти воскурить благовония за упокой родителей Ван Сяошаня.
Услышав это, Пань Ляньлянь очень удивилась и решила сообщить об этом Ван Сяошаню.
Ван Сяошань сначала пошёл на берег пруда, покопал землю, а к вечеру вернулся к Фан Цуйфэнь.
Он хотел вырыть ещё несколько прудов.
Когда Ван Сяошань пришёл домой, Фан Цуйфэнь уже приготовила ужин.
— Сяошань, ты устал за день. Ужин готов, иди мой руки и садись есть! — улыбнулась Фан Цуйфэнь.
Ван Сяошань кивнул, прошёл на кухню вымыть руки.
Они сели за стол ужинать.
Фан Цуйфэнь подкладывала ему еду и спросила:
— Как дела в компании по продаже морепродуктов? Госпожа Цюй согласилась войти в долю?
Ван Сяошань радостно кивнул:
— Госпожа Цюй согласилась без колебаний. Завтра приедет строительная бригада: сначала проложат дорогу, потом отремонтируют офис компании. Всё сделают быстро.
Фан Цуйфэнь счастливо улыбнулась.
Это значит, что их дело разрастётся.
У односельчан тоже появится дополнительный заработок.
— Сяошань, ты молодец! Так быстро провернул такое большое дело.
Но насчёт дороги нужно посоветоваться с Вэньцзин, она секретарь партячейки.
Ван Сяошань кивнул:
— Верно, я чуть не забыл. Ещё не поздно, схожу в сельсовет.
Он вспомнил, что утром обещал вечером заняться лечением Яо Вэньцзин.
Если бы не напоминание Фан Цуйфэнь, чуть не забыл.
При мысли о том, что предстоит лечить Яо Вэньцзин, на губах Ван Сяошаня появилась улыбка, и на душе стало щекотно.
— Хорошо, иди, будь осторожен, — сказала Фан Цуйфэнь.
Ван Сяошань кивнул и согласился.
Вскоре он пришёл в клинику и с удобством улёгся в кресло-качалку ждать её.
Примерно через полчаса…
За дверью послышался стук: «Тук-тук-тук!»
Ван Сяошань крикнул:
— Дверь не заперта, входи!
Послышалось «скрип».
Дверь тихо отворилась.
Яо Вэньцзин медленно вошла.
http://tl.rulate.ru/book/162004/15618856
Готово:
