ие
– Рыцарь Уильям!
Голос жены графа, леди Эммарис, был сладким, как мед с сыром:
– Нет! Пожалуй, мне следует называть вас бароном Уильямом… Мы несколько раз виделись на пирах его сиятельства!
– Полагаю, вам уже известны печальные вести о графе. Примите мои соболезнования, – с сожалением произнес У Мин. – Искренне рад, что вам удалось спастись из замка.
Один вопрос не давал ему покоя.
Как графиня смогла бежать, когда виконт Орлиной крепости поднял мятеж, а рыцари с высокогорья нанесли внезапный и тщательно спланированный удар? Не просто спаслась сама, но и вывела с собой нескольких детей, а затем успешно скрывалась от преследования. Это казалось невероятным.
Но если графиня – ведьма, владеющая магией, да еще и хозяйка всего подпольного черного рынка, то все вставало на свои места.
– Знал ли граф о ваших делах? – после недолгого молчания внезапно спросил У Мин.
– О каких именно? – хихикнула леди Эммарис, и ее глаза, подобные ночному небу, впились в У Мина. – О том, что я ведьма? Или о черном рынке?
– Значит, вы признаете?
Догадка подтвердилась, и лицо У Мина стало серьезным.
Ведьма, которая к тому же держит в руках черный рынок, – это, по сути, половина Замка Воющего Ветра. Такая сила могла доставить ему немало хлопот.
Впрочем, сам факт ее появления здесь сегодня говорил о готовности к уступкам, о поиске возможного союза.
Оставалось лишь нащупать границы дозволенного для каждой из сторон.
– Да, я имею отношение к деятельности черного рынка, – без обиняков признала леди Эммарис. – Об этом, как и о том, что я ведьма, граф ничего не знал.
"Бедный граф Синяя Гора…" – мысленно посочувствовал У Мин своему бывшему сюзерену.
– Вы не обратились к роду Льва или виконту Орлиной крепости, а пришли ко мне. Чего вы хотите?
Эммарис на мгновение замялась.
Изначально она была уверена, что даже такого могучего воина, как рыцарь Уильям, ей удастся подчинить своей воле с помощью женских чар и родовых заклинаний.
Но сейчас, едва взглянув на него, она поняла: это невозможно.
– Я пришла от имени торговцев, – наконец произнесла она твердо. – Ваш комендантский час и другие указы наносят серьезный ущерб их интересам!
– Я покровительствую любой законной торговле, если с нее исправно платят налоги, – с улыбкой ответил У Мин.
– Вы хотите обложить данью черный рынок?
Зрачки Эммарис слегка сузились, но такой поворот был ожидаем. Быстро взвесив все за и против, она выдвинула несколько условий:
– В таком случае… вы должны гарантировать права всех торговцев черного рынка, свободу передвижения для темных наемников, а также…
– Постойте, – прервал ее У Мин, глядя на зарвавшуюся женщину. – Я сказал "законной"!
Он нарочито выделил последнее слово.
– Вся деятельность на черном рынке должна соответствовать моим законам. Если вам непонятно, о чем речь, леди, можете съездить во владение Карос и посмотреть.
– Вы что, хотите войны? – лицо Эммарис тут же помрачнело.
Она, разумеется, была наслышана о порядках во владении Карос. Количество свободных людей там поражало воображение, не говоря уже об освобождении крепостных. Изучив политику У Мина, она чуть было не решила, что он святой, вознамерившийся полностью искоренить рабство.
Тот, кто опережает свое время на полшага, – гений. На шаг – безумец.
У Мин, конечно, знал меру и не собирался с места в карьер ломать устои. Даже освобождение крепостных происходило через выкуп, и лишь немногие могли сразу собрать нужную сумму, чтобы стать свободными людьми.
Рабство он тоже не отменил полностью, а лишь ввел высокие налоги для торговцев, владеющих большим числом рабов, тем самым мягко направляя ситуацию в нужное русло.
Но даже так владение Карос уже прослыло на равнине Ветряного Светлячка "городом свободы", притягивая к себе взгляды крепостных и рабов.
– Если вы попытаетесь силой насадить здесь законы Кароса, торговцы черного рынка сочтут это провокацией! – холодно заявила графиня, защищая свои интересы.
– Что ж, пусть будет так, – без тени уступки ответил У Мин. В его зрачках промелькнул золотистый отблеск, и в тот же миг Эммарис пронзил ледяной холод. Ее окутало гнетущее предчувствие смерти, словно она оказалась под взглядом сотен драконов.
Побледнев, она снова умолкла.
Лишь спустя долгое время Эммарис с горечью произнесла:
– Я изучаю астрологию и обладаю даром отчасти видеть сквозь туман будущего… В вашей судьбе я не вижу поражения.
– Хорошо, что вы это понимаете.
Компромисс не означал безграничных уступок. Прояви она упрямство, У Мин, не колеблясь, потратил бы силы и вырвал весь черный рынок с корнем.
С его-то восприятием, усиленным силой мириад, да еще и зная, где находится логово торговцев, он не оставил бы им ни единого шанса. Последствия в виде мести могли бы доставить хлопот, но это стало бы проблемой ночного дозора. А богатств, накопленных этими дельцами за долгие годы, вполне хватило бы на первое время.
Впрочем, то, что эта ведьма обладала неким даром предвидения, его немного удивило.
"Жаль только… истинное искусство пророчества, способность видеть саму судьбу, – разве может постичь его такая мелкая колдунья?"
Настоящее пророчество – это видение мировых тенденций, понимание воли небес. Для этого нужен как минимум мировой ранг. Все прочие гадания – на звездах, кристаллах и так далее – полны тумана. К тому же столкнувшись с таким могущественным существом, как У Мин, прорицательница не увидит ровным счетом ничего, если он того не пожелает. Более того, он мог с легкостью подсунуть ей ложное видение будущего и водить за нос до полного помутнения рассудка.
Именно поэтому большинство таких провидцев плохо кончают, а многие сходят с ума.
Эммарис прикусила сочную, как персик, алую губу, словно взвешивая все за и против. Наконец, бросив взгляд на длинный меч Сердце Дракона у него на поясе, она приняла решение:
– Вы получите то, что хотите, но при одном условии. Единственном.
– Говорите, – безразлично бросил У Мин.
– У меня есть дочь, ее зовут Эда. Ей в этом году исполнилось шестнадцать, – Эммарис смотрела прямо в глаза У Мину. – Я хочу, чтобы вы женились на ней и сделали своей женой.
– Сделайте это, и я вам обещаю: все торговцы черного рынка будут изо всех сил поддерживать вас до окончательной победы в войне. И это не единственная выгода, о которой вы даже не догадываетесь!
Ее голос звучал чарующе, словно парализующий яд.
– Могу вам сказать, что старший сын графа погиб вместе с ним в бою, а остальные сыновья пали в этой смуте. Если вы женитесь на юной Эде, то сможете унаследовать титул графа!
У Мин невольно прищурился: "Ну и женщина…"
Будучи третьей женой графа, Эммарис не родила ему ни одного сына, только дочерей – кто знает, может, дело было в ее ведьминской крови. Смерть старшего наследника можно было списать на случайность, но то, что в суматохе войны погибли и все остальные сыновья, как побочные, так и младшие, а спаслась лишь сама графиня со своей родной дочерью… Слишком уж много совпадений.
А если вспомнить о вполне естественной, на первый взгляд, смерти предыдущей жены графа…
У Мин почувствовал, что прекрасная ведьма перед ним преобразилась, став похожей на отравленную конфету в сладкой глазури.
– У нашего "графа-зверя" не один зять, – заметил он, впрочем, не собираясь отказываться от столь выгодного предложения.
Изначально, взяв в руки Сердце Дракона и выдав себя за потомка голубых кровей, он как раз и рассчитывал объединить под своим началом знать равнины Ветряного Светлячка. Для этого ему нужна была жена из знатного рода с чистейшей родословной.
И законная дочь графа Синей Горы подходила для этой цели как нельзя лучше.
– Ха-ха… – Увидев, что барон Уильям согласен, Эммарис вся просияла. – Разве другие зятья графа могут с вами сравниться?
В ее глазах сверкнул огонек – было очевидно, что перед ним женщина с неуемной жаждой власти.
У Мин мысленно взял ее на заметку, но тут же улыбнулся:
– У меня больше нет вопросов… Можете остаться здесь на ночь, а завтра заберете своих дочерей. Я объявлю, что нашел вас в Замке Воющего Ветра и помолвлен с леди Эдой.
– Остаться на ночь? Конечно! – Эммарис на миг замерла, а затем на ее лице появилась обольстительная улыбка…
…
Гро-хот! Гро-хот! Гро-хот!
Несколько дней спустя над Замком Воющего Ветра разнесся оглушительный рев дюжины деревянных пушек.
Огромные железные ядра врезались в самую гущу вражеского войска. От чудовищной силы удара даже рыцарь, попавший под прямое попадание, превращался в лепешку. А заряженные дробью – обрезками железа, гвоздями и прочим мусором – деревянные пушки стали настоящим бичом для пехоты. Их тканые и кожаные доспехи не могли защитить от такого града осколков. Один залп картечью накрывал веером целый сектор, и враги падали рядами.
– Невозможно, мы должны отступать!
Виконт Гарсиа, сидя на коне в центре построения, с мрачным видом наблюдал за этой картиной и за сине-тигровым знаменем на стенах Замка Воющего Ветра.
После объединения сил под его началом было меньше пяти тысяч воинов, да и те были не слишком надежны – рыцарь Смит, к примеру, вел себя вызывающе и не подчинялся приказам. А у барона Уильяма было четыре тысячи солдат, преимущество обороны и такое ужасающее оружие.
– Отступать? Почему отступать?!
И действительно, стоило отдать приказ, как пехота хлынула назад, словно приливная волна, а разъяренный рыцарь Смит тут же подлетел к нему:
– Вы забыли о долге перед семьей?
– Следите за словами, рыцарь Смит! – холодно отрезал Гарсиа. – Силы барона Уильяма не уступают нашим. И посмотрите… на стенах уже появилось ополчение! Знаете, что это значит? Он заручился поддержкой всего Замка Воющего Ветра! Даже если за него согласится сражаться лишь каждый десятый горожанин, нам придется иметь дело с десятитысячной армией!
http://tl.rulate.ru/book/16183/8817883
Готово:
