ок
Город Дин, резиденция губернатора.
Как только Юй Вэнь вошел в задний двор, он почувствовал густой запах лекарств.
Низкие черные тучи нависли над головой, завывал холодный ветер, а откуда-то доносился едва слышный плач. От всего этого он невольно поежился.
"Слухи о том, что господин губернатор вырвал три шэна крови, похоже, не беспочвенны", – подумал он про себя, напустив на лицо скорбное выражение.
В критической ситуации циши Гао Шунь полностью сложил с себя полномочия, и вся тяжесть управления провинцией легла на плечи Сюй Чуня. Неудивительно, что, превозмогая болезнь, работая от зари до зари, он вконец подорвал здоровье.
Юй Вэнь вздохнул. То, что это случилось именно сейчас, и впрямь походило на волю Небес.
– Господин Юй! – доложив о его приходе, навстречу вышел управляющий. – Чем обязаны вашему визиту?
– Пустяк… Наступила лютая зима, вода вмиг обращается в лед. Солдатам на стенах срочно нужны три тысячи комплектов зимней одежды, а также уголь, лекарства и прочее…
Юй Вэнь говорил, а лицо управляющего становилось все более мрачным.
Из-за осады не только сорвался осенний урожай, но и о налогах из других уездов можно было забыть. Впрочем, к этому времени от всей провинции Дин остался лишь этот одинокий город.
Война – это в первую очередь снабжение, и даже губернатору было непросто разобраться в тысячах дел, связанных с ним.
"Аристократические семьи – как трава на ветру! – думал Юй Вэнь. – Видя, что от провинции остался один город, а двор ограничился лишь формальным осуждением, но не прислал войска, они все поняли. К тому же, шпионы семей Се и Линь постоянно распускают слухи. Еще месяц назад они начали отнекиваться от помощи, а если уж совсем прижмет – отсыплют несколько десятков даней старого зерна, будто нищим подают…"
Налоги собрать невозможно, знатные роды не помогают – даже Юй Вэню было ясно, что город в отчаянном положении. Если Чжан Вэньчжэнь не осмелится перебить все знатные семьи и конфисковать их зерно и богатства, город не дотянет до весны.
Но пойти на такое, особенно в разгар осады, было бы чистым самоубийством. Аристократии требовалось лишь сохранить свои земли и право на государственную службу; по большому счету, им было все равно, кто сидит на драконьем троне.
Более того, все чиновники и военные в городе были связаны с этими семьями тысячами нитей или вовсе являлись их представителями. Даже если бы Чжан Вэньчжэнь решился на крайние меры, его ждал бы ответный удар.
"Да уж… беды и внутри, и снаружи. Неудивительно, что господин губернатор не выдержал…"
Глаза Юй Вэня блеснули, и он наконец озвучил цель своего визита:
– Кроме того… мой генерал, услышав об ухудшении здоровья господина губернатора, велел мне передать ему наилучшие пожелания. Скажите, как господин…
– У-у-у… – в этот момент из внутренних покоев донесся громкий плач.
На смертном одре лежал губернатор Сюй Чунь, исхудавший до костей, с лицом белым, как бумага. Лишь на щеках его играл легкий румянец – верный признак скорой кончины.
Он протянул высохшую, похожую на куриную лапу руку, словно пытаясь что-то схватить, а из груди его вырывались хрипы.
– Господин… ты хочешь что-то сказать? – спросила его законная жена, госпожа Чжан. Затем она строго прикрикнула на нескольких наложниц и служанок:
– Тише вы! Хотите, чтобы господин и умереть спокойно не мог?
Она тоже была из знатной семьи и умела держать себя в руках. После смерти Сюй Чуня вся власть над жизнью и смертью в доме перейдет к ней, и выгнать пару наложниц не составит труда. Те из них, у кого были сыновья или дочери, за которых можно было уцепиться, еще держались, но остальные, увидев, что господин вот-вот испустит дух, тут же притихли и не смели шелохнуться.
– Стра… страна… – губы Сюй Чуня с трудом шевелились. Наконец он выговорил:
– Дела страны… тяжелы… все поручаю Чжан Вэньчжэню… зима… зима…
Он не смог договорить. Рука его упала, и он испустил дух.
– Господин!!
Госпожа Чжан проверила его дыхание и, убедившись, что его нет, зарыдала, припав к телу. В одно мгновение внутренние покои наполнились громким плачем.
Юй Вэнь и управляющий растерянно переглядывались, когда из покоев выбежал юный слуга с траурной одеждой и черными повязками в руках.
– Управляющий Цянь, господин… господин скончался… – всхлипывая, проговорил он.
При этих словах губы управляющего посинели, словно он в одночасье лишился опоры.
Даже Юй Вэнь, видя, как рухнул этот столп, державший весь город, впал в оцепенение.
Словно в тумане, он сказал несколько слов, повидался с кем-то и, попрощавшись, вышел. Глядя на хмурое небо, Юй Вэнь почувствовал, как по спине пробежал холодок.
– Господин Юй!
Когда он дошел до угла улицы, к нему тут же подошли двое слуг, которые, казалось, давно его ждали.
– Наш господин просит вас к себе!
– Вы… – Юй Вэнь прищурился, но ничего не сказал и последовал за ними.
За углом стояла карета, плотно завешанная со всех сторон – даже окна были закрыты черной тканью. Было очевидно, что все подготовили заранее. Юй Вэнь, уверенный в своих силах, без колебаний забрался внутрь, и карета тотчас тронулась.
Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем карета остановилась у заднего двора большого особняка. Юй Вэнь отряхнул воротник, вошел в дом, и управляющий тут же провел его в потайную комнату.
– Господин Юй тоже здесь!
Комнату освещала одна-единственная масляная лампа, в тусклом свете которой виднелись лица семерых или восьмерых мужчин. Они были мрачны и нерешительны.
– Так это вы! – Юй Вэнь, конечно, узнал их. Это были чиновники и военные среднего звена – те, чьи имена не на слуху, но кто занимал ключевые посты.
Впрочем, он и сам был таким же. Хоть и служил всего лишь писарем у циши, он имел доступ в резиденцию губернатора и был близок к Чжан Вэньчжэню.
Одна мысль о том, что такая сила объединилась, заставила его руки задрожать, но в глазах зажегся огонь.
– Прекрасно! Господин Юй, увидев нас, не развернулся и не ушел, и не стал нас бранить. Значит, он наш единомышленник!
Раздался молодой голос, и на главное место вышел юноша, похожий на отпрыска знатного рода.
– Мое имя Се Усы. Приветствую всех!
– Из семьи Се? – Юй Вэнь кивнул. – Неудивительно, что вам удалось собрать столько людей. Что вы задумали?
– Это я должен спросить у вас, господин, – с улыбкой ответил Се Усы. – Вы только что из резиденции губернатора. Сюй Чунь мертв?
Юй Вэнь внутренне содрогнулся, пораженный осведомленностью семьи Се, но все же кивнул. После его подтверждения на лицах присутствующих, хоть и по-разному, отразилось огромное облегчение.
– Губернатор всегда был к нам добр, но его мелкие благодеяния не сравнятся с великим долгом – спасением жизней всех горожан, – равнодушно произнес офицер средних лет.
– Верно… падение города неизбежно. Нам пора подумать о своем будущем, а заодно и позаботиться о посмертных делах губернатора, – подхватил чиновник, сидевший рядом. – По крайней мере… у нас есть обещание У Чжи, что после входа в город армия не причинит вреда мирным жителям, а семья губернатора будет помилована. Так мы отплатим за нашу былую дружбу…
– Точно! – услышав это, несколько офицеров оживились и громко согласились.
У Юй Вэня от этих слов волосы на затылке встали дыбом. Он хорошо запомнил этого чиновника. "По толщине кожи и жестокости сердца этот человек – гений своего времени. В будущем его лучше не злить…"
– Отлично! – обрадовался Се Усы. – Вы все выразили преданность истинному правителю. Вы – великие герои!
Собравшиеся поспешили заверить его, что не заслуживают такой чести. Юй Вэнь, который и сам искал пути к отступлению, после нескольких фраз тоже неохотно согласился. Затем он с озабоченным видом произнес:
– Но вся военная власть в городе сосредоточена в руках Чжан Вэньчжэня. Он был доверенным лицом губернатора и предан двору. С ним будет нелегко…
– Кроме того… здесь еще и те посланники!
– Чжан Вэньчжэнь раньше был всего лишь заместителем командира, чего его бояться? – возразили несколько офицеров. – По выслуге в армии он мне в подметки не годится. Если бы не приказ губернатора, кто бы стал его слушать?
– С вашей помощью западные ворота мы точно удержим! А что до Чжан Вэньчжэня? – на губах Се Усы появилась холодная усмешка. – Раз уж он решил до конца сопротивляться небесному воинству, то ему одна дорога – на тот свет. И не только ему, но и всей его семье!
От этих ледяных, полных убийственного намерения слов Юй Вэнь вздрогнул.
– Я, конечно, знал о принципе взаимовлияния судеб, но не думал, что после смерти Сюй Чуня удача города Дин придет в такой упадок!
Вернувшись на постоялый двор, старый даос позвал ученого и военачальника.
– Нам пора уходить! Готовьтесь!
– Значит, со смертью Сюй Чуня в городе немедленно начались волнения? – вздохнул ученый, поглаживая бороду.
– Если мы заметим хоть малейшие признаки заговора, то немедленно свяжемся с Чжан Вэньчжэнем и нанесем удар первыми. Еще есть шанс побороться! – холодно хмыкнул военачальник.
– Это воля Небес, человеческими силами ее не изменить! – горько усмехнулся старый даос. Все знатные семьи в городе уже ищут пути к отступлению, у всех свои мысли. Что могут сделать они, чужаки?
Применить магию и силой подавить мятеж? Будто тот скрытый могущественный практик на той стороне будет сидеть сложа руки? К тому же, прямое противостояние такой судьбе отнимет у него заслуги и навлечет дурные последствия.
– Уходим! Уходим! – взмахнув рукавом, вздохнул он.
– Эх… ты… – военачальник топнул ногой. Если старый даос твердо решил не помогать, он мог лишь предупредить Чжан Вэньчжэня, чтобы тот усилил бдительность. Больше он ничего сделать не мог.
– Подумать только… смута в конце правления династии Шан триста лет назад, и вот снова мир стоит на пороге великих перемен… – на лице старого ученого отразилась скорбь, но больше он ничего не сказал.
Сейчас было очевидно, что дело проиграно, а умирать вместе с верными чиновниками они не обязаны.
Время летело незаметно. Шестой год эры Пинъань сменился седьмым. Смута в Поднебесной продолжалась, а в провинции Дин осада столицы наконец достигла своей последней стадии. Смерть Сюй Чуня омрачила наступление нового года, развеяв последние остатки праздничного настроения. Она словно поставила точку в правлении угасающей династии в этих землях.
– Камнемёты, огонь!
Ци Линь и Чэнь Цзинцзун, не торопясь, поочередно вели штурм, с каждым днем усиливая натиск. После объединения провинции Дин на остальной территории воцарился мир, что давало им достаточно времени, чтобы медленно изматывать неприступный город.
Знатные семьи в городе уже не могли терпеть. Они одна за другой слали грамоты о капитуляции и тайно объединялись, набирая все большую силу.
– Вперед!
Ци Линь в доспехах громко отдавал приказы, наблюдая за волнами атакующих солдат, летящими стрелами и камнями. Его взгляд то и дело обращался в сторону реки Лошуй, и никто не знал, о чем он думал.
http://tl.rulate.ru/book/16183/8817756
Готово:
