ие
– Шицзунь?
Как только строй пришел в движение, находившиеся в его ядре ученики-буддисты тут же это почувствовали. Они взглянули на Шицзуня, сидевшего со скрещенными ногами на центральном помосте из лотоса:
– У врага оказалось такое редкое сокровище неба и земли! Что нам делать?
– Сверхъестественные силы не могут превзойти карму. Что тут поделаешь? – ответил Шицзунь.
Перед ним распустился золотой лотос, окутал его учеников, и, больше не взглянув на прорвавшуюся в город армию, он стремительно отступил назад.
– Шицзунь!
– Шицзунь! – в один голос воскликнули Альтай и государственный наставник, поспешив за ним.
"Эти двое тоже отмечены удачей, не должны они здесь погибнуть", – подумал Шицзунь.
Его мысль породила два золотых лотоса, которые окутали обоих и унесли на запад.
– Ха-ха! И этот Шицзунь еще смеет называть себя буддой, вторым человеком во вратах Брахмы! Собрал три тысячи учеников, возвел великий строй, а все равно пал от моей руки! – на облачной террасе Минъюэ, увидев, как армия прорывается в столицу, расхохоталась. Она вела себя дерзко и крайне надменно.
– Минъюэ, следи за словами! – Цинфэн с невозмутимым видом убрал веер цянькунь. – В мире грядет великая смута, и Шицзуню ее не избежать. Он должен был сойти на поле битвы и сразиться с нами. Из уважения к нашему наставнику он намеренно нам поддался!
– Он поддался, когда с позором бежал? – Минъюэ широко раскрыла глаза, а затем холодно усмехнулась. – Не пытайся меня одурачить!
– Увы… кто не постиг небесную судьбу, тому не стать владыкой-даосом, а лишь муравьем под гнетом великой смуты. И Шицзунь таков, и мы таковы… – вздохнул Цинфэн. – Если ты помнишь наставления учителя, то поймешь, что я не лгу. Тебе следует как можно скорее взять себя в руки и быть осторожнее!
– Владыка-даос! – В этот миг к ним подъехал Чжан Тяньсян и искренне поклонился. – Ваше искусство поистине безгранично! Прошу, останьтесь и помогите мне!
– Наша с тобой связь ограничилась лишь этой битвой. Теперь она исчерпана, и мне пора возвращаться, – с безразличием ответил Цинфэн.
Не обращая внимания на помрачневшие лица Чжан Тяньсяна и Минъюэ, он просто улетел на облаке. Грядущая смута была столь опасна, что он не осмеливался ввязываться в нее глубже.
– Не беспокойтесь, великий полководец! – с досадой произнесла Минъюэ. – Даже без старшего брата я одна со всем справлюсь!
Стоявший рядом бессмертный Ухэ, увидев это, тут же подошел сгладить обстановку и принялся льстить Минъюэ, отчего ее самомнение раздулось еще больше.
...
Битва за столицу закончилась сокрушительным поражением Альтая. Спасенный Шицзунем, он бежал прямиком в империю Тайси.
Чжан Тяньсян, войдя в город, первым делом строжайше запретил грабежи, затем восстановил порядок и провозгласил королевой Юйтаньлусы, чем снискал немалую поддержку местного населения.
Он тайно готовил войска, собирал подкрепления и, доведя численность армии до шестидесяти тысяч, встал в противостояние с крестоносцами, наступавшими с востока.
Именно в этот момент сердце У Мина, все это время наблюдавшего за происходящим, дрогнуло.
"Великая смута достигла своего пика. Нам тоже пора сойти на поле битвы!"
В тот же миг с неба хлынули бесчисленные лучи света, превратившись перед строем войск в ослепительное зрелище.
– Это… – Минъюэ замерла. – Это же наш наставник и двое владык-даосов! Государь, вы должны немедленно их поприветствовать!
Чжан Тяньсян, услышав подсказку, поспешно приготовил подношения из цветов и фруктов, воскурил благовония и вознес молитвы.
С востока потянулись алые лучи зари, а благоприятная ци приняла форму священных грибов линчжи – воистину великолепное и величественное зрелище.
"Владыки-даосы этого мира…"
Цзи Фу и Синьцзюэ стояли в последнем ряду и даже дышать боялись. Их скромных сил хватало разве что на миссии средней сложности, а здесь, в обеих армиях, отшельники и демоны встречались на каждом шагу, и любой из них мог с легкостью их прикончить.
Если бы не давняя дружба с Чжан Тяньсяном, им бы вряд ли достались даже эти места на галерке.
Теперь же, видя появление закулисных кукловодов мира "Записок о западных землях Великой Чжоу", они и вовсе трепетали от страха, боясь, что их сущность перерожденцев будет раскрыта.
Они и не подозревали, что для могущественных древних богов и владык-даосов каждый их шаг давно был просчитан и, сами того не ведая, они уже стали частью великой смуты.
В то же время раздался механический голос Храма Владыки Богов:
...
【Начало основного задания: Выживание!】
【Описание: Выжить! Любым способом продержаться до конца великой битвы. Успешное выживание будет считаться выполнением задания. Награда: тысяча великих заслуг!】
【Вы получили побочное задание: Убийство! – Убивайте сильных воинов вражеского лагеря, и вы будете вознаграждены в соответствии с вашим вкладом!】
...
– Задание на выживание! – Синьцзюэ сглотнул. – Звучит просто, но на деле это самое сложное!
...
В этот момент в воздухе проявилось множество магических кругов и ритуальных узоров. Они испустили мириады лучей, оставив в пустоте светящиеся шлейфы.
У Мин, владычица-даос Мяои и владычица-даос Линлун медленно спустились из-за девяти небес и зависли над армией Чжан Тяньсяна. За спиной каждого из них возникли чудесные видения.
За У Мином с востока струилась фиолетовая ци, образуя звездное пространство Дало.
За владычицей-даосом Мяои расходились тысячи водных потоков, сливаясь в водные артерии всего мира.
За спиной владычицы-даоса Линлун была лишь пустота, в которой парил духовный нефрит, словно исток всего сущего, сияющий семью цветами.
– Приветствуем владык-даосов! – вновь поклонился Чжан Тяньсян.
Даже перед лицом пятисоттысячной армии, окружившей город, он почувствовал некоторую уверенность.
У Мин махнул рукой и, глядя на строй крестоносцев напротив, вздохнул:
– Не думал, что сегодня мне все же придется скрестить мечи с другом-даосом!
В тот же миг, как прозвучали его слова, с неба обрушился свет меча, способный сотворить и разрушить мир. Он опустился перед городом, обратившись в фигуру владыки-даоса Шэшэна.
– Цзыло… В прошлую великую смуту ты обманом втянул моего ученика в беду, чтобы спасти своих последователей. Я давно хотел с тобой сразиться!
Пять основателей даосских школ и три древних бога этого мира никогда не были единым союзом. Каждый преследовал свои цели, а временные альянсы и интриги были нормой.
Поэтому, как только владыка-даос Шэшэн закончил говорить, ему тут же ответили два божественных сияния.
Один луч был золотым. Снаружи его окутывали тысячи санскритских символов, а изнутри доносились буддийские песнопения, создавая образ чистой земли. Из цветка лотоса вышел бог с милосердным взглядом. Это был бог Брахма.
Другой луч превратился в безграничный свет. Под звуки священных гимнов появились бесчисленные ангелы, осыпая все лепестками и святой водой. В центре стоял бог с величественным ликом и семью нимбами за спиной – бог Света!
Владыка-даос Цзыло, владычица-даос Мяои и владычица-даос Линлун против владыки-даоса Шэшэна, бога Света и бога Брахмы!
Силы мгновенно уравнялись. Владыка-даос Сюэхэ оставался невидим, лишь темный поток, казалось, таился под землей, окрашивая все вокруг на тысячу ли в багровый цвет.
Этот владыка-даос владел искусством последней судьбы. Неважно, кто победит, – пока павшие в бою воины оставят после себя достаточно обид и крови, все это станет пищей для его Кровавой реки. Скорее всего, он больше других надеялся на взаимное уничтожение сторон.
Что до Нефритового императора Хаотяня, чья власть простиралась лишь на восточные земли, то он в событиях на западе не участвовал, сохраняя нейтралитет.
В самый разгар великой смуты восемь великих сил наконец определились со своими сторонами, и изменить что-либо было уже невозможно.
Замыслы владык-даосов – это почти что воля небес! Если бы они не создали такое равновесие сил, разве можно было бы назвать это великой смутой?
И теперь даже древние боги и основатели школ не могли предсказать исход. Более того, при равенстве сил на высшем уровне, у крестоносцев было больше шансов на победу. Ведь их десятикратное численное превосходство представляло собой поистине ужасающую разницу в силе.
"Путь равновесия, путь сохранения… Все миры, и даже вселенные, должны ему следовать! – сойдя на поле битвы и увидев, как складывается ситуация, У Мин глубже постиг эту истину. – Раз уж великая смута началась, силы противников неизбежно должны быть равны, и даже владыки-даосы не могут нарушить этот закон…"
"Более того, хоть мы и можем сейчас явить себя миру, чтобы по-настоящему вступить в бой, нам все еще мешают ограничения!"
Следовать небесному пути, наблюдать за деяниями небес!
Владыки-даосы подобны святым! Каждое их слово и действие олицетворяет мир. Разве могло все быть так просто? Разве могло не быть ограничений?
В этом хаосе У Мин, казалось, еще на шаг приблизился к пониманию сути мирового ранга.
...
– Шакьямуни! – раздался голос из вражеского строя. Первым заговорил бог Брахма. – Ты будешь авангардом. Ступай и возведи великий строй десяти тысяч будд, почитающих предка!
– Слушаюсь вашего повеления! – беспомощно ответил Шицзунь.
Он с почтением принял приказ и указал на свой помост из лотоса.
Помост вспыхнул девятью цветами, лепестки лотоса посыпались вниз, превращаясь в мир восьми легионов небесных драконов. В центре его возникла страна будд на ладони, где бесчисленные золотые архаты и бодхисаттвы, сложив ладони, нараспев читали мантры. Воздух наполнился золотыми санскритскими письменами, создавая невероятно впечатляющее зрелище.
"Как мощно! – взгляд бессмертного Ухэ сверкнул. – Это же на порядок сильнее великого строя несокрушимой Сумеру! Этот лысый монах тогда определенно поддавался. А теперь, получив приказ от бога Брахмы, ему уже не сбежать… Неужели бог Брахма использует его как жертву, чтобы перенести на него свою карму? Хм…"
Чжан Тяньсян посмотрел на своих отшельников и, не успев отдать приказ, увидел, как многие из них втянули головы в плечи. Он пришел в ярость.
"Все они в мирное время пользуются моим покровительством, а как дошло до дела, так хвосты поджали!"
Хотя он и понимал, что против мощи великого строя десяти тысяч будд любой из его людей – верная смерть.
Но медлить было нельзя. Он указал на дюжину человек, которые в прошлом вели себя особенно дерзко и которых он давно заприметил:
– Выступайте и сокрушите строй!
– А я в ваши игры не играю! – один из отшельников, оказавшийся демоном-пэн, дико расхохотался, взмахнул крыльями, принял свой истинный облик и попытался улететь.
– Хе-хе… Раз уж ты попал в эту смуту, неужели думаешь, что сможешь уйти? Цинфэн! – усмехнулся У Мин.
– Слушаюсь повеления наставника! – неизвестно откуда появился мальчик-слуга Цинфэн.
Он раскрыл веер цянькунь и одним взмахом сбил птицу-пэн с небес прямо во вражеский строй.
В строю взревели архаты, зацвели золотые лотосы, один за другим явились восемь легионов небесных драконов, обрушивая на демона бесчисленные клинки.
Этот пэн был одним из лучших среди демонов. Его яростный рев сотрясал небо и землю, но золотой свет все же обратил его в кровавую пыль, уничтожив и тело, и дух.
– По приказу наставника, ослушавшихся приказа – казнить! – громко провозгласил Цинфэн.
Остальные отшельники с искаженными лицами были вынуждены войти в великий строй десяти тысяч будд, где золотой свет тут же превратил их в лужи грязной крови.
Тех же, кто приглянулся Шицзуню, он обратил в свою веру, превратив в маленьких монахов и монахинь и вобрав в строй, чем еще больше увеличил его мощь.
При виде такой силы лица воинов Чжан Тяньсяна изменились. Лишь Минъюэ и бессмертный Ухэ, увидев своего наставника, обрели уверенность, и на их лицах появилось самодовольное выражение.
http://tl.rulate.ru/book/16183/8817749
Готово:
