шэ
"Оказывается, Е Бай так и не смог до конца переварить Ороти, и даже позволил божественной искре Цукиёми-но Микото укрыться в своем теле, чтобы теперь она могла посеять смуту…"
Призрачный образ Восьмиглавого Змея взревел, источая первобытную злобу, и окутал Тэншэ.
На лице Е Бая проступила вторая половина – лик божества, один из алых зрачков которого окрасился в цвета подземного мира. Увидев это, У Мин мгновенно все понял.
"Впрочем, все логично… Каким бы падшим ни был Восьмиглавый Змей, он все-таки древний великий ёкай. Разве мог Е Бай его переварить? Непомерная жадность привела к немедленному возмездию!"
Если бы Е Бай действительно смог поглотить Ороти, то, вероятно, сразу бы прорвался на пятый уровень. Но сейчас?
В мгновение ока У Мин оценил ситуацию и без колебаний ринулся вперед. Пятицветный громовой свет вспыхнул на его теле, сменяя цвета от землисто-желтого к чисто-белому, затем к иссиня-черному, бирюзовому и, наконец, к огненно-алому, озаряя все вспышками молний и излучая устрашающую мощь!
– Созидающая божественная молния пяти стихий!
Молния, рожденная силой пяти стихий, обладала взрывной природой огня и была самой мощной среди всех громовых техник. Усиленная кругом порождения стихий, ее мощь возросла в несколько раз. Удар был нацелен прямо в голову Тэншэ.
– Дерзкий злой дух, смеешь посягать на мою кровь Тэншэ? Отдай свою жизнь!
Пусть это была всего лишь искра божественного сознания Цукиёми-но Микото, но его замысел был коварен. Заполучив все это, он мог бы мгновенно достичь небывалого могущества и, объединившись со своим основным телом, в тот же миг изменить баланс сил между тремя благородными богами.
Стоило Сусаноо-но Микото отступить, как клан Мори одержал бы сокрушительную победу, а клан Киити и сам У Мин были бы обречены на смерть без погребения.
Это была битва не на жизнь, а на смерть, и он не мог этого допустить.
Разумеется, Е Бай тоже был не подарком, поэтому У Мин направил свою громовую технику и на него, рассчитывая убить одним выстрелом двух зайцев.
Под божественной силой Цукиёми-но Микото истинное пламя самадхи уже погасло, обнажив истерзанную тушу Тэншэ. Множество его чешуек почернело и отвалилось – зрелище было поистине жалким.
Но самой страшной угрозой оставался призрак Восьмиглавого Змея. Он распадался на тонкие нити черной энергии, которые проникали в тело Тэншэ, оскверняя его.
Бульк! Бульк!
На шее змея один за другим стали появляться наросты, словно у него вот-вот вырастут еще семь голов!
Вжик!
Огненная божественная молния пронеслась по воздуху, в мгновение ока разрывая божественный барьер.
На лице Е Бая половина, принадлежавшая Цукиёми-но Микото, исказилась. Он взмахнул рукой:
– Преисподняя!
– Ш-ш-ш!
Тэншэ взревел и разинул свою кровавую пасть, но изверг не пламя, а воды подземного мира, полные смерти и тлена.
Электрические разряды пронеслись по небу, громовой огонь бушевал с невероятной разрушительной силой, испаряя даже воды подземного мира. На лице Цукиёми-но Микото отразилось изумление.
– Е Бай, ты просто ничтожество! Раз так, все твое достанется мне!
У Мин громко крикнул, намеренно вызывая борьбу на лице Е Бая и пробуждая в нем волю к сопротивлению.
– Грешник!
Лик Цукиёми-но Микото исказился от гнева. Он указал пальцем, и перед ним возник призрачный образ зеркала. Вспышки молний ударили в него, но зеркало полностью поглотило их и даже отразило обратно, заставляя их аннигилировать друг с другом.
– Зеркало Ята-но Кагами?
По легенде, этот божественный артефакт мог отражать любые атаки и был самым грозным оружием Цукиёми-но Микото.
У Мин сначала был поражен, но, увидев, что это лишь призрак, а не само божественное зеркало, холодно усмехнулся:
– Всего лишь осколок души артефакта? Уничтожить!
Свист!
Над его головой взметнулась удача, и из нее вырвался поток света, принявший форму священной яшмы Ясакани-но Магатама и ударивший в зеркало Ята-но Кагами.
Крак!
По зеркалу пробежала трещина, а затем оно покрылось густой паутиной, словно черепаший панцирь.
– Сусаноо-но Микото!!
Под яростный рев Цукиёми-но Микото зеркало издало пронзительный звон и разлетелось вдребезги.
– Истинная техника пяти молний, скорее!
На ладони У Мина вспыхнули молнии пяти стихий – золотая, деревянная, водяная, огненная и земляная, – слившись в могучую громовую длань. Каждый палец был окутан молнией своего элемента. Пятицветная рука опустилась и ударила по лицу Е Бая, прямо по той половине, что принадлежала Цукиёми-но Микото.
Вспышка света, тело Е Бая содрогнулось, и половина его лица начала распадаться на частицы.
– Ха-ха… Киити Хогэн! Я должен тебя поблагодарить!
Е Бай, у которого исчезла половина лица, продолжал хохотать. Это зрелище было не просто жутким, а поистине ужасающим.
– Спасибо, что уничтожил искру Цукиёми-но Микото и позволил мне полностью овладеть телом Восьмиглавого Змея! Я – дитя небес, как я могу так просто погибнуть? Ха-ха…
– Твое истинное тело – это Тэншэ внизу, а это лишь его воплощение. Неудивительно, что ты все еще жив!
На лице У Мина появилось понимание.
– Наша многолетняя вражда и борьба за Владыку Богов сегодня будет окончена!
В воздухе из ниоткуда появилась жемчужина размером с цунь, сияющая белым светом.
Ш-ш-ш!
Раздалось змеиное шипение, подобное голосу доисторического зверя. Даже на лице Е Бая отразился страх.
– Это…
Ш-ш-ш!
Шипение становилось все громче. Внезапно налетел яростный ветер, и из жемчужины князя Суй вырвался невероятно мощный поток энергии, взметнувшийся к небу и принявший форму зеленой змеиной головы. Вертикальные зрачки ее глаз были полны первобытной безжалостности и алчности. От исходящей от нее родовой мощи затрепетал даже Тэншэ, в которого превратился Е Бай, и призрак Восьмиглавого Змея за его спиной.
– Ба… Башэ! – в ужасе выкрикнул Е Бай.
– Верно… остаток души башэ! Хоть ты и получил эссенцию крови Тэншэ, но лишь малую толику. А это – душа древней божественной змеи башэ. Покорно стань ее пищей!
У Мин рассмеялся и с силой влил свою духовную энергию. Башэ тут же разинула свою зеленую пасть, готовую, казалось, поглотить небо и землю.
В "Каноне гор и морей" сказано: "На юго-западе есть страна Ба, а также страна Чжуцзюань, где водятся черные змеи с зелеными головами, пожирающие слонов". Го Пу поясняет: "Это и есть башэ". Там же далее говорится: "Башэ пожирает слона и через три года извергает его кости. Благородный муж, употребив их, избавится от болезней сердца и живота. Эта змея бывает зеленой, желтой, красной и черной. Говорят также, что это черная змея с зеленой головой, обитающая к западу от носорога".
Какое бы описание ни брать, все они указывали на то, что башэ – древний змей, ничем не уступающий Тэншэ, а возможно, и превосходящий его.
Но что еще важнее, эта конкретная башэ имела необычайное происхождение – ее некогда усмирил сам Великий Император Восточного Пика!
Даже среди башэ эта отличалась особой свирепостью, раз смогла в прошлом тяжело ранить императора. Она была несравненно могущественнее той ничтожной капли крови Тэншэ.
Когда-то в долине Невозврата, на родине Великого Императора Восточного Пика, этот остаток души башэ, сохранивший толику сознания, прорвался сквозь печать и проник в жемчужину князя Суй в надежде найти шанс на возрождение.
У Мин с самого начала был начеку. Достигнув ранга государственного наставника, он немедленно переплавил жемчужину, стерев волю остатка души и оставив лишь чистую духовную сущность в качестве козыря против Е Бая.
И вот теперь он привел ее в действие. Пасть башэ, поглощающая небо и землю, оказалась великой и могущественной божественной способностью!
"Канон гор и морей" гласит: "Башэ пожирает слона и через три года извергает его кости!"
В древние времена слоны были не обычными животными, а гигантскими! Небесными! Божественными слонами, способными нести на спине небо и землю, чьи ноги служили опорами небес, а хобот мог ухватить солнце и луну!
И даже таких исполинов башэ проглатывала одним махом, что красноречиво говорило о поразительной мощи этой способности!
Ш-ш-ш!
Даже асигару, сражавшиеся у далекого замка Ёсида-Корияма, прекратили бой и, разинув рты, уставились на диковинное зрелище в небесах!
Огромный, до ужаса страшный змей с черным телом и зеленой головой разинул непропорционально большую пасть и разом проглотил гигантского змея с восемью головами и восемью хвостами, а также другого змея, окутанного туманом.
Хрясь!
Многометровое тело Тэншэ оторвалось от земли и вместе с призраком Восьмиглавого Змея было поглощено башэ.
Призрачная башэ удовлетворенно зашипела и вновь скрылась в жемчужине князя Суй.
– Громовой огонь!!
Великая способность башэ к поглощению сама по себе обладала ужасающей переваривающей силой, но У Мину и этого было мало. Он одну за другой отправлял в жемчужину огненные и громовые печати, чтобы истинным пламенем сжечь дотла всю эту компанию, запечатанную в чреве змеи!
Огонь был истинным пламенем самадхи! А гром – созидающей божественной молнией!
Такой натиск был бы серьезным испытанием для Е Бая даже снаружи, что уж говорить теперь, когда он был лишен преимущества местности и запечатан внутри жемчужины князя Суй.
– Пощади… пощади меня! Господин Киити Хогэн! Я могу поклясться в вечной верности!
Жемчужина князя Суй переливалась светом. Внутри нее виднелись силуэты нескольких больших змей и маленькой человеческой фигурки, которые медленно таяли в громовом огне. Оттуда донесся тонкий голосок.
– Ты что, совсем умом тронулся? С самого начала этого задания между нами не было и не могло быть никакого примирения!
По мере того как У Мин продолжал накладывать печати, сияние жемчужины становилось все ярче, являя образ исполинской башэ, в чреве которой громовой огонь переплавлял Восьмиглавого Змея и Тэншэ.
– Эта жемчужина князя Суй изначально имела змеиную природу. Я объединил ее с остатком души башэ, и она обрела способность поглощать небо и землю, подобно миру в горчичном зерне. Е Бай, если ты и на этот раз сумеешь сбежать, я, истинный даос, склонюсь перед тобой!
Треск!
Первым не выдержал призрак Восьмиглавого Змея. После очередной вспышки громового огня он с грохотом распался, обратившись в тонкие черные нити, которые растворились в чреве башэ.
Как только Восьмиглавый Змей был уничтожен, вся мощь обрушилась на Тэншэ.
Тэншэ мучительно закричал, его тело стало сжиматься, пока не приняло облик Е Бая. На коже появлялись и тут же чернели и отваливались чешуйки – зрелище было поистине ужасным.
– Киити Хогэн! Я проклинаю тебя! Даже умерев, я буду проклинать тебя!
Кроваво-красные глаза Е Бая, казалось, вновь обрели толику ясности. Когда он, вытащив один за другим несколько артефактов, понял, что все бесполезно, и даже его руки и ноги начали медленно таять, на его лице отразилась лютая ненависть.
У Мин уже не считал нужным отвечать этому существу. Он просто увеличил поток духовной силы, усиливая истинное пламя.
Бум!
Неизвестно, сколько времени прошло, но жемчужина князя Суй содрогнулась. Голова Е Бая в чреве башэ исчезла. Башэ радостно извивалась, а сама жемчужина стала еще более кристально-прозрачной.
– Сколько же всякого хлама туда попало… Пожалуй, стоит заодно переплавить и эту свирепую сущность башэ!
У Мин не остановился. Он снова влил свою духовную силу, и через мгновение призрак башэ тоже взорвался, распавшись на тонкие нити и сгорев в громовом огне.
【Внимание! Основное задание выполнено!】
Только в этот момент раздался величественный голос из Храма Владыки Богов.
http://tl.rulate.ru/book/16183/8817073
Готово:
