ие
В этот момент бронзовое зеркало в комнате вдруг без всякой причины завибрировало, издав протяжный гул.
– Хм?
Лицо Цзян Гуаня дрогнуло. Он подошел к зеркалу и сотворил магическую печать. Та погрузилась в зеркальную гладь, и среди вспышек черной энергии возникла человеческая фигура.
Это был человек с мрачным лицом и зелеными глазами. Половину его лица покрывали черные узоры, придавая ему таинственный и устрашающий вид.
– Приветствую высокого посланника!
Увидев его, Цзян Гуань изменился в лице и вместе с сыном и Бай Цуй пал ниц.
– Слушай и запоминай, – произнес человек, и мощные волны магической силы, исходившие от него, заставили Бай Цуй затрепетать. – Посланники Черной горы прибыли сюда в поисках одного даоса. Если обнаружишь его след, немедленно доложи – получишь щедрую награду. В противном случае – жди беды!
– Слушаюсь! – без колебаний ответил Цзян Гуань, склонив голову.
– Хорошо. И еще… Две девушки, которых ты прислал в прошлый раз, были неплохи, пришлись мне по вкусу. Пришли еще четырех!
"Посланник" удовлетворенно кивнул, его взгляд скользнул по Бай Цуй, после чего образ исчез.
– Отец, что же нам делать? – встревоженно спросил мужчина средних лет. – Зачем ты покрываешь этого человека?
– А кто сказал, что я его покрываю? – загадочно улыбнулся Цзян Гуань. – Это же милость самих Небес! Мы можем использовать силу посланников Черной горы, чтобы заполучить ту вещь. Посланники заберут человека, а мы – вещь. Разве не идеальный план? А то, что я тяну время, – так это лишь для того, чтобы все тщательно продумать!
– Отец, ты гениален! – изумленно произнес мужчина и тут же искренне восхитился.
– Бай Цуй! – взгляд Цзян Гуаня остановился на девушке.
– Предок, я здесь, – ответила она. Как далекая потомница, она была здесь на положении простой служанки и не могла рассчитывать на особую заботу. Ее тело пронзила дрожь, но голос остался почтительным.
– Можешь идти, – смягчился Цзян Гуань. – Продолжай прислуживать тому даосу и докладывай мне о каждом его шаге. Когда все закончится, отправишься служить высокому посланнику, и твои родители будут жить в достатке.
– Да, – дрожа, смогла лишь вымолвить Бай Цуй.
…
– Разумеется, это поместье находится во владениях призрачного царства Черной горы. Как оно может быть не связано с Владыкой Черной горы?
В гостевых покоях У Мин, все это время сидевший в позе лотоса, открыл глаза. В них мелькнул холодный блеск, словно он только что воочию наблюдал за происходящим.
"Спасение семьи… вещь, имеющая огромное значение…"
На его лице появилось странное выражение.
"Неужели речь о божественном указе бога земли? У них есть чутье. Заполучив его, действительно можно создать собственную священную землю и принимать подношения со всех сторон, не завися от жертвоприношений одного рода…"
У Мин заметил, что устройство здешнего загробного мира сильно отличалось от мира живых и больше напоминало феодальную систему западных аристократов из его прошлой жизни.
Императоры, ваны, гуны, хоу, бо, цзы, нань и даже свирепые духи – все имели свои земли, то есть владения и личные армии, а значит, и реальную власть. На Западе знать была настолько сильна, что могла объединиться и казнить короля, если тот осмеливался посягнуть на их феоды.
Крупный аристократ, например, хоу, мог, конечно, притеснять какого-нибудь цзы, постепенно доводя его до разорения, но вот так просто отобрать земли, напасть на замок и повесить владельца было практически невозможно.
Так что в этом мире, раздробленном на владения призрачных феодалов, должность бога земли была равносильна небольшому наделу. Если умело им управлять, можно было без труда обеспечить безопасность своего клана, а в смутные времена – даже попытаться подняться выше.
"План неплох, вот только не стоило им строить его за мой счет…"
"И еще… посланники Черной горы. Зачем им меня ловить? Неужели из-за того случая с генералом Черным Ветром?"
Благодаря небольшой хитрости замыслы семьи Цзян были ему известны. К тому же в загробном мире все решала сила, а эти интриганы были лишь мотыльками, летящими на огонь. Гораздо больше У Мина беспокоило другое.
"Подумать только… в прошлый раз меня приняли за посланника Черной горы, а теперь за мной охотятся уже настоящие. Воистину, что посеешь, то и пожнешь. Видимо, схватки с этим посланником мне не избежать…"
У Мин опустил веки, и в его глазах зажегся таинственный свет.
…
На следующий день.
– Даже провожая друга на тысячу ли, рано или поздно приходится прощаться. Почтенный, не стоит провожать меня дальше!
Две группы, каждая со своими тайными планами, расшаркивались друг перед другом. Цзян Гуань с провожатыми отошел от поместья уже на несколько ли.
– Даос, ваше благородство восхищает меня! Право, я жалею, что не могу задержать вас еще на несколько дней, чтобы мои потомки могли поучиться у вас… – улыбался Цзян Гуань, и в его облике не было и тени недавней злобы. Рядом с ним шла внушительная и довольно хорошо обученная стража из призрачных воинов. Вдруг он хлопнул себя по лбу. – Ах да, я совсем запамятовал! Неподалеку отсюда есть источник Инь, в центре которого бьет редчайшая струйка энергии Ян. Кто знает, может, он связан с миром живых!
– Раз так, я непременно должен его увидеть! – с горящими глазами воскликнул У Мин, делая вид, что попался на крючок.
– Ха-ха… Идемте, идемте!
Цзян Гуань переглянулся с сыном, и в их глазах мелькнула радость. Он пошел вперед, указывая дорогу, и вскоре привел их в горную долину.
– Хм… и вправду источник Инь? – У Мин остановился у входа в долину, но входить не спешил. Улыбнувшись, он с притворным удивлением произнес:
– Надо же, как вы раскошелились.
– Что вы такое говорите, господин? – сухо усмехнулся сын Цзян Гуаня, его голос звучал натянуто.
У Мину надоело это представление. Он прищурился:
– Цзян Гуань, ты замыслил ограбить и убить меня, но перед этим все же дал несколько дельных советов. В память об этом я предлагаю сделку: если выдержишь один мой удар и останешься жив, я все забуду!
– Что?!
Цзян Гуань опешил, но тут же увидел, как тело У Мина окутало яркое пламя.
Внезапно поднялся ветер, закружились облака, взревели гром и огонь. В мгновение ока на ладони У Мина вспыхнула ослепительная молния.
Техника ладони Пяти Громов!
Эта техника состояла из пяти уровней. Первый, "Искусство Грома Битвы", был еще на уровне смертных. Но второй, "Формула Водяного Грома", позволял управлять ветром и молниями и наносить урон духовным душам! Третий уровень, "Царство Облачного Грома", давал возможность создать в море сознания истинное семя громовой руны и перейти от боевых искусств к даосскому пути!
Хотя У Мин еще не достиг третьего уровня, он в совершенстве овладел "Формулой Водяного Грома". Выпускать из ладоней ветер и молнии, раня души врагов, для него было обычным делом.
– Громовая техника!
При виде этой чистейшей энергии Ян Цзян Гуань смертельно побледнел.
– Даос, пощадите!
Громовая техника, управляющая пятью стихиями и силами Инь и Ян, не только считалась самой мощной в даосизме, но и была губительна для призраков.
С бесстрастным лицом, словно небесное божество, вершащее правосудие, У Мин нанес удар. Электрическая дуга, сорвавшаяся с его ладони, начала стремительно расширяться.
Круг призрачных воинов из рода Цзян, окружавший их, испарился в пыль, не успев даже вскрикнуть. Синие змейки молний расползались во все стороны, сметая серый туман и расчищая большое пространство.
– А-а-а!
Раздался короткий вскрик. На краю электрического круга Цзян Гуаня окутало защитное сияние. Схватив сына, он бросился бежать, но молния все же зацепила его, оторвав кусок духовного тела. Стиснув зубы, он из последних сил вырвался из зоны поражения.
У Мин, нанеся один удар, сдержал слово и не стал преследовать. Эти мелкие интриганы были не опаснее муравьев, и не имело значения, убьет он их или отпустит. Его настоящими врагами были те несколько духов, что выходили из долины.
– Отец! – вскрикнул мужчина средних лет, видя, как тает духовное тело Цзян Гуаня.
– Моя ци великой праведности, накопленная за жизнь, и так была на исходе, а теперь иссякла совсем… Мне конец, – пробормотал Цзян Гуань, оглядываясь. – Лучшие воины, которых мой род Цзян растил с таким трудом… целый отряд… все погибли в один миг. О, как я ненавижу! И как я жалею!
– Жалеешь?! – со слезами на глазах спросил сын.
– Я слишком долго прожил среди людей и забыл, что в этом загробном мире единственное, что имеет значение, – это сила… Теперь, на пороге смерти, я понимаю, что все эти годы ставил телегу впереди лошади… – горько усмехнулся Цзян Гуань. – Впрочем, разве только в загробном мире? В мире живых – то же самое. Если бы я понял это раньше… Эх… После моей смерти ты станешь главой рода. Запомни: ни в коем случае не мсти за меня!
Когда он договорил, сияние вокруг него полностью угасло, духовное тело стало совсем прозрачным и, наконец, распалось на струйки серо-белого дыма, растворившись в воздухе.
– Отец! – мужчина пал на колени и склонил голову, а затем бросил взгляд на поле битвы.
Отомстит он или нет, одно было несомненно: образ юноши, чьи ладони окутывали ветер и молнии, подобного богу грома с девятых небес, навсегда запечалится в его памяти…
…
– Дерзкий даос! Ты осмелился нарушить законы Черной горы и самовольно даровать упокоение душам! Посланник Черной горы уже в пути! Немедленно сдавайся!
Путь У Мину преграждали трое духов.
Один из них был одет в форму судебного пристава, его лицо было мрачным, а в облике смешались властность служителя закона и хитрость старого чиновника. Половину его лица покрывали таинственные и пугающие черные узоры.
Два других духа, с синими лицами и клыками, уже не походили на людей, но их аура была заметно слабее. Сияние, которое в загробном мире было почти синонимом силы, говорило о том же. Над головой духа-пристава клубилась черно-красная энергия высотой в три чи, а над его спутниками – черная, высотой в один-два чи.
Сам У Мин был защищен чистым светом высотой в один чи, а над ним полыхала красная аура удачи высотой в три чи, подобная столбу огня. Их силы были примерно равны. Неудивительно, что старый пристав не был уверен в победе и решил устроить засаду.
– Нельзя даровать упокоение душам?
У Мин на мгновение опешил, не ожидая, что причина в этом, но тут же холодно усмехнулся:
– Какая дерзость! Кто ты такой? И кто этот посланник Черной горы?
– Я – посланник злого духа, служу под началом генерала Пяти Путей, подчиненного Его Величества, вана Черной горы! – проревел дух, и от него действительно повеяло зловещей аурой.
Но в следующее мгновение ему в лицо врезался кулак, наполненный яростной силой грома.
– Идиот! Похоже, от долгой жизни в виде призрака у тебя мозги заплесневели. Даже не знаешь, когда нужно нападать… – усмехнулся У Мин.
Увидев, что в засаде всего трое, он не стал давать им ни шанса. Он атаковал первым, нанеся внезапный удар посланнику злого духа в лицо. Среди вспышек молний тот отлетел назад. Два свирепых духа, увидев это, яростно взревели и бросились на У Мина.
– Убить!
Но У Мин, будучи воином, обладал решимостью и хладнокровием. Устрашающий вид противников его не испугал. Он нанес еще два удара, и мощные разряды молний врезались духам в грудь, обратив их в пепел.
http://tl.rulate.ru/book/16183/8816981
Готово:
