В жилых комнатах Адама, залитых мягким сиянием мерцающих свечей, юноша сидел перед чистым холстом, погруженный в глубокое сосредоточение. В его руке была лишь простая кисть; ни палитры, ни красок поблизости не было.
Ему предстояло впервые опробовать технику Картины, которую он почерпнул из воспоминаний последнего мастера, чью душу он поглотил.
Основной принцип этой техники заключался в использовании маны в качестве кисти, чтобы через рисование оттачивать контроль над энергией. Но, будучи новичком, Адам решил для начала просто покрыть ворс кисти слоем маны.
Воздух вокруг него запульсировал, когда мана начала медленно собираться на кончике кисти. Он визуализировал цвета, которые хотел использовать, постепенно наполняя свою ману сутью желаемых оттенков.
Юноша медленно открыл глаза; взгляд его был спокойным и глубоким. Плавным движением руки Адам высвободил ману, позволяя ей течь подобно реке прямо на холст.
Произошло нечто невероятное: с каждым мазком кисти на пустом полотне начали проступать те самые цвета, которые желал Адам!
Благодаря сосредоточению, визуализации и магическому кругу, который он заранее выгравировал на кисти, Адам насыщал ману нужными красками, придавая ей яркость и сочность.
Однако процесс оказался невероятно изнурительным. Адам только начал, а его одежда уже промокла насквозь от пота, и запасы маны стремительно истощались. Это стало для него настоящим потрясением.
Подобное истощение было немыслимо, даже когда он обрушивал на врагов каскады заклинаний. Более того, требовалось предельное внимание, чтобы не испортить холст сырой маной, пляшущей на кончике кисти.
«Как и ожидалось от техники, способной развить контроль над маной!»
Кисть Адама танцевала по поверхности холста, выводя замысловатые узоры и формы, которые, казалось, странным образом пульсировали собственной жизнью.
— Угх-х! — юноша поморщился, когда его рука задрожала. — Я не могу...
В следующий миг кисть и часть холста взорвались. Адам жадно хватал ртом воздух, вытирая пот со лба. Он взглянул на уничтоженную картину и криво усмехнулся: — С чего я взял, что всё будет так просто?
Уцелел лишь крошечный клочок холста, на котором виднелось нечто, напоминающее младенческую мазню. Картина, мягко говоря, выглядела ужасно.
Впрочем, одна деталь заслуживала внимания — невероятно живые цвета. Каждый оттенок был ярче и пленительнее предыдущего.
Мгновение спустя краски на холсте начали тускнеть. Они вновь превратились в частицы маны и растворились в окружающем пространстве.
Видя это, Адам лишь покачал головой: «Как я и думал».
В воспоминаниях того мастера он видел, как тот использовал эту же технику, создавая полотна, выходящие за рамки простого искусства. Цвета на картинах, созданных тем Магом, могли сохраняться сотни, а то и тысячи лет.
Таков был филигранный контроль над маной, которым обладал эксперт. Адам искренне восхищался этим, особенно прочувствовав на себе, насколько трудной может быть эта техника.
— Однажды и я достигну этого, — решительно произнес юноша, вставая со своего места и направляясь к подсвечнику.
Он осторожно задул свечи, и комната постепенно погрузилась во тьму. Лишь мягкое сияние Селены и Луны проникало сквозь окно, едва заметно освещая помещение.
Адам лег на кровать и закрыл глаза, его сознание медленно перенеслось в таинственное пространство белого лотоса.
…
В уединенном месте города, в тускло освещенной зале, собрались все Маги Ранг 2, участвовавшие в битве за Стардейл. Присутствие стольких могущественных практиков в одном помещении сделало атмосферу гнетущей.
К счастью, Маги первого ранга здесь не присутствовали, иначе они не смогли бы даже дышать под тем колоссальным давлением, что исходило от этих титанов.
— Нападают на рассвете, отступают на закате... — начал лысый Маг, облаченный в вычурные золотые одежды. — Что замышляют эти ублюдки?
— Согласна. Будь я на месте врага, я бы покончила со всем одним махом. Какой смысл отзывать волну зверей? Это лишь дает нам время прийти в себя и восполнить силы, — вставила слово женщина-Маг.
— Не могут же орки быть настолько тупыми, верно?
— Кто знает, что творится в их свиных мозгах?
Толпа разразилась смехом после этого замечания. Однако нашлись и те, кому было не до шуток.
— У вас еще есть время паясничать? — отрезала профессор Кимберли. — Сколько наших людей уже погибло?
Маг, пошутивший ранее, лишь презрительно хмыкнул: — Это война, Маг Кимберли. На войне всегда есть жертвы. Неужели нам стоит понурить головы только потому, что мы теряем солдат? Это не тот настрой, который нам нужен!
Профессор Кимберли хотела было возразить, но Эсмонд взглянул на нее и покачал головой. Увидев это, рыжеволосая дама проглотила готовые сорваться слова и промолчала.
— Я получила такие же отчеты из других пограничных крепостей, — заявила элегантная красавица с длинными черными волосами и карими глазами. — Полагаю, орки хотят измотать нас и подорвать наши силы.
— Я согласен с Магом Марселлой.
— Верно. Прошел месяц, а мы до сих пор не видели ни одного орка.
— Поддерживаю.
Большинство присутствующих Магов согласно закивали. Трудно было сказать, действительно ли они разделяли ее мнение или просто заискивали перед ней. В конце концов, она происходила из одной из самых влиятельных семей Магов в Южной Федерации.
— Такая вероятность существует, — добавил Эсмонд. В следующий миг его глаза сузились. — Но что, если все это — лишь дымовая завеса?
Один из Магов громко расхохотался: — О, Маг Эсмонд, неужели вы верите, что орки способны на стратегическое планирование и ведение войн? Вы слишком высокого о них мнения. У них полно мышц, но почти нет мозгов.
Эсмонд поднялся на ноги и вышел из комнаты, оставив после себя холодные слова, эхом отозвавшиеся в ушах каждого.
— Если вы недооцениваете врага, считайте, что поражение уже стоит у вас на пороге.
http://tl.rulate.ru/book/161389/11432129
Готово:
