Робин продолжал следовать за пятью гигантами, которые неслись от одного дерева к другому, словно спасая свои шкуры. Наконец на пути у них вырос Тео в сопровождении еще нескольких человек, преградив дорогу. В этот миг Робин потерял к ним всякий интерес; взмахом руки он сменил картину, возвращаясь к наблюдению за городом и тем, что в нем творилось.
Тем временем Цезарь и шесть Военачальников уже прибыли на место. Один из Военачальников распался на тысячи святых и мудрецов, которые принялись связывать и распределять пленных, в то время как остальные пять Военачальников замерли в полной боевой готовности.
Сам же Цезарь направился прямиком к Ричарду и Пиону. В последний раз он видел Ричарда вживую почти сорок лет назад, и эта встреча лицом к лицу выбила слезу у обоих. Однако состояние Пиона не располагало к празднованию: после долгого братского объятия двое разошлись, не проронив ни слова. Цезарь принялся переодевать нагого Пиона в чистые одежды, а Ричард снова начал вливать остатки украденной жизненной энергии в тело брата, завершая исцеление.
— Поверить не могу, что у тебя есть целых шесть этих штук, называемых Военачальниками, и ты даже притащил их всех с собой... Видимо, сегодня ты не собирался допускать никаких помех, а? — Холак вскинул брови и нарушил тишину; даже он был вынужден признать, что эти создания действительно могущественны.
— ... — Робин хранил молчание несколько мгновений, глядя на троих братьев, прежде чем заговорить: — Некоторое время назад ты спрашивал о причинах, побудивших меня довести Племя Азил до такого состояния. Я отвечу тебе, чтобы ты не вообразил, будто я дикарь или намерен истребить всех Великанов Нихари... Племя Азил зверски убило мою жену и больше тридцати лет пытало моего сына Ричарда — того самого мальчика, которого ты только что видел в городе. Достаточная ли это причина, по-твоему?
— Оу, это выглядит... скверно... — Холак слегка приподнял брови и почесал затылок.
Робин же лишь рассмеялся на такую реакцию: — Хотя бы притворись, что тебе не все равно.
— Да мне не все равно! Может, со стороны и не скажешь, но я пекусь о чувствах и прочем таком... Очень даже! — Холак выпрямился в кресле и провозгласил: — Ага, точно, раз уж у тебя есть такие силы, почему ты не отправил их с самого начала? Тот мальчишка, Ричард, очень силен и победил бы в любом случае. Я сам в этом убедился, но он бы не вышел из боя без потерь. Остальные твои последователи там тоже изрядно натерпелись, а некоторые получили тяжелые раны. Тебе не кажется, господин Избранный, что твое сердце немного очерствело? Это ведь противоречит самой цели твоего существования.
— Он сам об этом просил. Он хотел отомстить за мать и за себя. Все, что я сделал — лишь немного облегчил ему задачу... — В этот момент Робин наконец обернулся: — И во-вторых, что ты можешь знать о цели моего существования?
Холак посмотрел на небо и вздохнул: — Тысячи лет жизни даруют безошибочную проницательность. Одного взгляда мне достаточно, чтобы почувствовать тяжкое бремя, возложенное на твои плечи...
Робин не ответил, лишь скептически вскинул бровь, глядя на него.
— Ха-ха-ха, ладно, ладно! Я нашел библиотеку, принадлежавшую Второму Избранному Небесами, так что кое-какой информацией владею. Я знаю, что ты используешь Главный Закон Истины, — Холак громко расхохотался и с силой хлопнул Робина по плечу. — Разве ты не должен быть благоразумным мужем, который взращивает планету, объединяет её и занимается всей этой чепухой?
— Я буду благоразумным, когда встречу того, кто этого заслуживает. Что же до этого места, то смерть для его жителей — истинное милосердие, — Робин перехватил руку гиганта и отшвырнул её в сторону. — ...И ты сказал, что нашел целую библиотеку Второго Избранного Небесами? Неужели такими сведениями можно вот так просто разбрасываться?
Интерес Робина к этому гиганту резко возрос... Если разлетится весть о том, что Холак владеет целой библиотекой с трудами Второго Избранного Небесами, то будет неважно, сильнейший ли он в мире или подле него виверна — вся планета Нихари объявит ему войну.
— Честно говоря, господин Избранный, я не люблю ходить вокруг да около. Я говорю то, что нужно, и пусть будет что будет, — Холак небрежно отмахнулся и расслабился в своем кресле.
Робин на несколько секунд впился взглядом в гиганта... Эта саркастичная манера речи, то, как легко он бросил Племя Азил, будто ничего и не было, то, как он раскрывал тайны мироздания, словно сущие пустяки.
Все действия этого человека с момента его появления говорили о том, что ему действительно плевать на всех и вся. Он видел лишь себя, а окружающих считал второстепенными персонажами, существующими лишь для его забавы. Их жизни и смерти в его глазах не стоили и комариного крыла.
«Этот человек опасен», — подумал Робин, наблюдая за улыбающимся гигантом рядом с собой.
— Говоришь, не любишь ходить вокруг да около, а сам только этим и занимаешься... — Робин приподнял правую бровь. — Ты ведь не собирался брать моего сына в заложники и убивать моих людей только ради того, чтобы мы вместе попили чайку, верно?
— Ладно-ладно, не стоит нагнетать, — Холак быстро замахал руками. — С твоим сыном я бы обошелся как с гостем, а твоих людей всегда можно заменить. Они раздражающие — хоть и добросердечные, и верные, но жутко раздражающие, признай это. Если их устранение гарантировало нашу встречу, значит, ими пришлось пожертвовать, всё просто.
Робина выводил из себя тон Холака, и он окинул его оценивающим взглядом: — Тебе не кажется, что ты слишком высокого о себе мнения?
— Да брось! Открой-ка свой зеленый глаз, мой маленький друг, и используй его для чего-нибудь путного, — на лице Холака расплылась широкая улыбка, и он широко развел руки. — Неужели ты не видишь этого величия? Если у величия есть небо, то всё, что под этим небом — моё. Как я могу переоценить себя, даже если бы захотел? Братец, думай хоть немного, прежде чем открывать рот.
— Хе-хе... ХА-ХА-ХА! — Робин закинул голову к небу и громко расхохотался, ударив по подлокотнику кресла. — Забавно. Лягушка на дне колодца, но персонаж весьма любопытный.
— У всех нас в той или иной степени ограниченный кругозор. Ты можешь считать меня недалеким, но я по-прежнему уверен в обратном. И раз уж заговорили о любопытных личностях... — Странно, но Холак не разозлился, сохранив свою широкую улыбку. — Я до сих пор не могу понять, как ты сидишь здесь со мной один на один. Признаю, ты довольно храбр.
— Хорошо, раз уж знакомство началось на доброй ноте, перейдем к делу, — Робин хлопнул в ладоши, улыбаясь. — Чего ты от меня хочешь?
Холак откинулся на спинку кресла и замолчал на несколько секунд, после чего снова посмотрел Робину прямо в глаза и заговорил серьезно: — Мне нужен способ быстро поднять мою Силу души.
http://tl.rulate.ru/book/161385/14980648
Готово:
