Робин слегка приподнял брови и несколько секунд пристально смотрел на Джаббу, после чего отложил раскрывающий лунный камень на стол. Сосредоточив взгляд золотого глаза на одном из сосудов, он произнес: — Этот раскрывающий лунный камень был неплохим подспорьем, пока у тебя не было собственного ока. Но теперь он тебе ни к чему. Продолжай практиковаться, и ты сможешь использовать свое собственное микроскопическое зрение.
Хотя в прошлом он редко использовал глаза для столь сильного увеличения или созерцания мельчайших частиц, поскольку в этом не было нужды, Робин питал абсолютную уверенность в своих силах. Если его взор способен различать узоры, невидимые ни для одного живого существа, разве станет проблемой на мгновение сделать зрение чуть острее?
Ему и раньше доводилось обострять зрение на полях сражений, но эффект этой способности был весьма ограниченным — хватало лишь на то, чтобы лучше видеть происходящее на одном из флангов армии. Но использовать это для разведки на дальних расстояниях? Невозможно. Препятствием вставал неровный рельеф — высокие деревья и могучие горы, да и сферическая природа планеты делала подобные способности крайне ограниченными, даже если на пути ничего не стояло.
...Робин полностью сосредоточился на чаше. Прошла целая минута, пока он заставлял глаза повиноваться своей воле, и постепенно его видение начало меняться...
Картина перед ним преобразилась: вместо сосуда с красной жидкостью на деревянном столе возник целый мир, где не было ничего, кроме крови, хотя поначалу он видел лишь однородную массу.
Еще минута предельной концентрации — и точность его взора возросла в сотни раз. Наконец изображение дрогнуло: эритроциты, лейкоциты, тромбоциты и плазма, в которой плавали все эти элементы. Одного взгляда Робину хватило, чтобы определить название и назначение каждой частицы.
Пусть Планета Джура и не была передовой в плане науки, здесь достигли определенных успехов в изготовлении пилюль, изучении организмов и медицине. У них имелись артефакты, подобные раскрывающему лунному камню, позволяющие проводить молекулярные исследования, так что состав крови никогда не был тайной. Робин читал об этом вскользь в библиотеке Семьи Бертон еще до того, как отправился в пещеру. Именно поэтому он удивился просьбе Джаббы взглянуть на компоненты крови — что еще там можно найти?
Однако он промолчал и вновь попытался усилить взор, вглядываясь глубже в поисках чего-то иного. Зная Джаббу, тот определенно не стал бы просить о пустяке, тратя его время впустую. Здесь точно было нечто такое, чего раньше никто не замечал.
— Хм-м? — Когда проникающая способность его взора в тысячи раз превысила обычное человеческое зрение, перед ним наконец предстало нечто иное...
Там были круглые частицы, выстроенные в идеально ровную линию. Расстояние между ними было настолько выверенным, словно это были солдаты, замершие в строю батальона. А между этими крупицами сновали другие, более крупные частицы, покрытые выступами; они свободно перемещались в промежутках между ровными рядами.
Сосредоточившись еще сильнее, Робин сумел различить тонкую нить природной энергии. Энергия в крови была настолько слабой, что находилась на грани исчезновения — возможно, потому что Джабба взял эти образцы довольно давно...
Это не слишком удивило Робина. В теле нет отдельной системы для передачи силы из центра накопления энергии к остальным частям организма, поэтому энергия течет по артериям и венам вместе с кровью — это, по сути, общеизвестный факт.
Но внимание Робина привлекла не сама нить природной энергии, а то, как она двигалась. Она плавно скользила вдоль рядов правильных круглых частиц, пока одна из крупных крупиц не притягивала эту энергию к себе на долю секунды. Затем нить возвращалась на свой путь, пока не сталкивалась со следующей крупной частицей, и процесс повторялся снова и снова.
То, что видел Робин, напоминало игру на арфе: ровные круглые частицы походили на струны, а крупные бугристые крупицы заменяли человеческую руку, которая на мгновение оттягивает эти струны, прежде чем те вернутся на место!
Это также можно было сравнить с шеренгой солдат. Последний в строю передает оружие впередистоящему, и так далее, пока оно не доходит, к примеру, до четвертого бойца. Тут из строя выходит офицер, силой забирает оружие для осмотра, а затем возвращает его солдату, и оно продолжает свой путь вперед, пока другой офицер не решит проверить его снова... В этой аналогии солдаты — это обычные частицы, оружие — нить энергии, а офицеры — те самые крупные частицы с выступами!
Когда Робин осознал суть происходящего, выражение его лица изменилось. Он подался вперед, впиваясь взглядом в невидимый мир. Он оставался в таком состоянии несколько минут, пока в изумлении не вскинул брови...
Долго наблюдая за работой этих молекул, Робин понял, что движение энергетической нити не было случайным. Напротив, ритмичные колебания крупных частиц были ювелирно точными. Этот таинственный процесс на самом деле складывался в грандиозный и невообразимо сложный узор!
— Этот узор... — пробормотал Робин, нервно и в то же время возбужденно постукивая по столу. — ...Это не какой-то конкретный Небесный Закон. Движение энергии между частицами формирует общий массив, состоящий из фрагментов огромного количества Небесных Законов. Такой колоссальный массив дает своему владельцу множество преимуществ. Мне придется потратить немало времени, чтобы извлечь и классифицировать их все, но в целом, если я не ошибаюсь, обладатель этой крови имеет высокую сопротивляемость огню, грубую кожу, выдерживающую огромное давление, и великую силу рук. Неужели эти образцы принадлежат расе дварфов? Неудивительно, что у них такая тяга к кузнечному делу...
— ...Вы смогли понять это, лишь раз взглянув на кровь? — Джабба не скрывал шока. Он принес сосуды с кровью людей, гигантов, дварфов и астралов, но не говорил, где чья. Робин же с легкостью определил принадлежность образца.
Сам Джабба, используя целую гору сложенных друг на друга раскрывающих лунных камней, смог лишь заметить нити энергии и различные частицы, но не увидел никакого четкого узора, и уж тем более не мог понять, на что этот узор влияет!
Робин не ответил на вопрос Джаббы и быстро перевел взгляд на другую чашу, чтобы повторить процедуру.
В этой чаше он снова обнаружил ряды правильных круглых частиц, похожих на жемчужины, по которым точно так же скользили энергетические нити. Однако здесь частицы, сновавшие между рядами и притягивавшие энергию, были гораздо крупнее. Их движение в корне отличалось от бугристых крупиц в крови дварфов; они удерживали энергию намного дольше, прежде чем вернуть ее в массивы круглых жемчужин.
— ...Этот образец содержит узоры, вызывающие гигантизм и естественную высокую концентрацию энергии в коже и мышцах, что придает им синий цвет. Также здесь есть фрагмент узора, напрямую влияющий на разум, внушая высокомерие и самолюбование. А самолюбие в конечном итоге порождает врожденное презрение ко всему иному и естественную склонность к предательству. Неудивительно... Это твоя кровь до битвы с военачальником, кровь, которую носят Гиганты Нихари. — Голос Робина звучал уже без прежнего энтузиазма. Напротив, он словно вспомнил нечто такое, от чего вены на его лбу на мгновение вздулись от гнева.
Больше Робин не проронил ни слова и перевел взгляд на третью чашу. Джабба хотел было что-то сказать, заметив вспышку ярости на лице учителя, но лишь слегка нахмурился и промолчал, видя, как тот приступает к следующему образцу.
http://tl.rulate.ru/book/161385/12236180
Готово:
