Глава 5: «Дракон в небесах»
Спустя три дня после кровавой расправы в Драконьей Горловине, в Башне Каменного Барабана обосновались четырнадцать мальчишек пяти-шести лет от роду. Как и говорил Джекейрис в Высоком Приливе, всё в этих землях принадлежит лорду: и камни, и деревья, и люди. По приказу принцессы Драконьего Камня стража просто отобрала детей у крестьян. Впрочем, нынешняя Рейнира была еще склонна к милосердию и щедрости. Она не только пожаловала родителям каждого мальчика по десять серебряных оленей, но и дозволила им видеться с сыновьями в конце каждого года. В этом суровом мире жизнь простолюдина ценилась немногим больше, чем пара откормленных быков, и жители Драконьей Горловины, ослепленные такой «добротой», не уставали возносить молитвы Семерым за свою госпожу.
Джекейрис же, став предводителем этой маленькой стаи, принялся за их воспитание, используя методы муштры из своей прошлой жизни. Прежде всего он вбивал в них дисциплину и привычку к беспрекословному подчинению. Так незаметно пролетело полгода. В Вестеросе смена сезонов не подчиняется привычному календарю, и понятие «год» здесь – лишь число прожитых дней. Конец года мог обернуться как изнуряющим зноем, так и лютой стужей. 120 год от В. Э. Выдался умеренным, но к его исходу температура упала, и над замком закружились первые редкие снежинки.
Поначалу Рейнира и Деймон с любопытством наблюдали за затеей принца, но быстро утратили интерес. Им казалось, что мальчик просто играет в солдатики: дети либо часами учились грамоте, либо маршировали ровными рядами, либо замирали как изваяния под дождем и снегом. В конце концов, Драконий Камень не обеднеет от прокорма четырнадцати лишних ртов – пусть будут товарищами по играм для Джекейриса и Люцериса. Маленький Люк тоже поначалу загорелся идеей тренировок, но быстро скис, сочтя это занятие скучным и тяжелым, и предпочел возиться с трехлетним Джоффри. Зато Бейла, старшая из сестер-близнецов, неожиданно примкнула к ним, решив во всём следовать за своим нареченным.
Для самого Джекейриса эти месяцы были полны трудов. Каждый день – упражнения со стражей, уроки высокого валирийского и уроки фехтования у Деймона. Но главной заботой оставался Вермакс. Без свежей крови врагов на счету, развитие дракона шло медленно: за полгода за счет одной лишь еды удалось накопить лишь три сотни очков. Этого не хватало для новых возможностей системы, и однажды Джекейрис, поддавшись азарту, решил рискнуть и сбросить свойства. Результат заставил его скрипеть зубами от досады: вместо чего-то стоящего выпала серая черта «Трусость», снизившая силу атаки на десятую часть. Горький опыт научил принца терпению – он поклялся копить очки, пока панель не изменится сама собой.
Впрочем, были и добрые вести. Драконьи стражи после долгих проверок подтвердили: Вермакс достаточно окреп, чтобы нести всадника. В день, когда Джекейрис должен был впервые подняться в небо, на смотровую площадку Башни Виверны пришла даже Рейнира, чья тяжелая беременность шла уже восьмой месяц. Раздался мощный хлопок крыльев, и Вермакс, оседланный в новые кожаные ремни, опустился на выступ башни. Седло, сшитое по образцу Сиракс, но выкрашенное в глубокий изумрудный цвет под стать чешуе ящера, манило своей новизной. Сердце Джекейриса бешено колотилось. Ступив на крыло дракона, он взобрался на мягкую кожу, проверил крепления и, вцепившись в рукояти, выкрикнул команду:
— В небо!
Вермакс издал пронзительный рев и, мощно оттолкнувшись когтистыми лапами, бросился вниз. Человек и дракон камнем падали к бушующим волнам Узкого моря. Секунда, вторая – сердце ушло в пятки от чувства невесомости, но на критической высоте Вермакс распахнул крылья. С резким хлопком они поймали поток воздуха, и зеленый змей понесся над самой кромкой воды, рассекая гребни волн, словно пущенная из лука стрела. Ветер свистел в ушах, лицо обдавало солеными брызгами. От избытка чувств Джекейрис закричал, выплескивая всю ярость и горечь, накопившуюся за две жизни.
Обычным всадникам нужны поводья, но Джекейрису, связанному с драконом на уровне души, хватало одной мысли. Повинуясь его воле, Вермакс свечой ушел вверх, пронзая облака. На высоте в несколько миль ледяной ветер должен был превратить принца в ледяную статую, но жар, исходящий от чешуи легендарного зверя, согревал его лучше любого очага. Полчаса они наслаждались танцем в золотых лучах солнца среди белоснежной ваты облаков, прежде чем повернуть к Башне Каменного Барабана. Спускаясь сквозь пелену снежных туч, Джекейрис внезапно выкрикнул:
— Дракарис!
Из пасти Вермакса вырвался оранжево-красный столб пламени. Огненная ярость дракона в мгновение ока испарила дождевые облака над замком, превратив их в клочья пара. Дракон сделал несколько кругов, выжигая серость небес, пока над Башней Виверны не засияло чистое солнце. На лицах тех, кто смотрел снизу – Рейниры, Деймона, детей – застыло разное выражение, от восторга до тревоги. Джекейрис не думал о них. Он чувствовал триумф. Пусть это было лишь крошечное изменение погоды, но это была власть, недоступная простым смертным. В тот миг он окончательно осознал свою цель: стать величайшим всадником этого мира и жить так, как велит его воля, не склоняясь ни перед кем.
Пролетел еще месяц. В самом конце 120 года от В. Э. Рейнира благополучно разрешилась от бремени сыном, которого нарекли Эйгоном. Джекейрис, помня о своей прошлой жизни, лишь покачал головой – называть ребенка в честь великого предка было делом обычным, но плодить тезок-принцев в одном поколении казалось ему верным способом создать путаницу и распри. Его четырнадцать подопечных, уже больше похожих на воинов, чем на детей, получили короткий отпуск, чтобы навестить родных, прихватив с собой объедки с пиршества в честь новорожденного принца. Однако даже эта щедрость не могла обелить репутацию Джекейриса. Слухи о том, как он скормил человека дракону, с подачи недоброжелателей разлетелись по всем Семи Королевствам. Принц-бастард в глазах знати стал «жестоким безумцем», а Рейниру порицали за неспособность воспитать наследника. Даже король Визерис прислал ворона с мягким, но твердым упреком. В итоге Рейнира заперла старшего сына на Драконьем Камне, и эта неволя продлилась долгих шесть лет.
http://tl.rulate.ru/book/160995/10467704
