Нянюшка Цай, пошатываясь, отступила за спину Тан Жуна. Тот, с ледяным спокойствием, обратился к Синь Ань:
— Прошу прощения, невестка, если напугал. Благодарю за ваше прощение. Если что-то понадобится, я всегда к вашим услугам. Не позволяйте этому инциденту омрачать ваш дух.
Синь Ань хотела продолжить свою тираду, но присутствие отца Тан Жуна заставило ее сдержаться. Она пожалела, что упустила момент. Любая резкость или гнев были бы оправданы. Как этот самопровозглашенный образец добродетели, Тан Жун, смел возразить? Если бы он хоть словом перечил, она бы заставила его дорого заплатить. Но упущенное не вернуть.
— Молодому господину тоже не стоит заострять внимание на этом, – ответила Синь Ань с холодной улыбкой. — Второй молодой господин, несмотря на первоначальный гнев, не стал мстить или оскорблять меня. Напротив, он проявил заботу, провел всю ночь рядом, должным образом одетый. Это свидетельствует о его благородстве. Он красив, статен, и хотя, возможно, ему не хватает выдающихся талантов, у него честный характер. Выйти за него замуж для меня – не унижение.
Тан Мо стоял спокойно, лишь слегка выпрямив спину, излучая уверенность. Тан Ган внимательно наблюдал за ним и признал: его второй сын действительно приятной внешности. С вечера и до утра Тан Мо не доставлял хлопот, демонстрируя, что, несмотря на обычную безрассудность, способен проявить стойкость в критические моменты.
— Твоя жена – замечательная женщина. Ты должен уважать и ценить ее, – заявил Тан Ган.
Тан Мо поклонился:
— Я так и сделаю, отец.
— Хорошо, – кивнул Тан Ган. – Теперь, когда ты женат, пришло время повзрослеть. Через несколько дней ты явишься в Северную гвардию.
Тан Мо застыл. Недоверие сменилось бурной радостью. Он годами мечтал вступить в Северную гвардию, но отец неизменно отказывал. В отличие от Южной гвардии, известной своими смертельными схватками, Северная гвардия служила тренировочной площадкой для сыновей знати. Несколько лет службы там, в сочетании с нужными связями, могли обеспечить стремительное продвижение по службе.
— Спасибо, отец! Я не разочарую тебя! – воскликнул Тан Мо, едва сдерживая волнение.
Видя восторг сына, Тан Ган почувствовал прилив тепла и немного смягчился. Ван Ши, подавив собственное волнение, вмешалась, чтобы сгладить ситуацию и, наконец, положить конец возникшему хаосу.
Губернатор Тао, наблюдавший за всей этой сценой, нахмурился. Его не покидало чувство неловкости. Контраст был разительным: его дочь не получила ничего, кроме неприятностей, в то время как семья Тан Мо извлекла бесчисленные выгоды.
Толпа быстро разошлась. Синь Куаня вернули в главный зал, чтобы он продолжил пить, а Тан Жуна, который планировал утешить Тао Иран, вместо этого отправили в зал предков для размышлений.
Ван Ши обратила все свое внимание на Синь Ань, ее слова были теплыми и ласковыми. Госпожа Синь вздохнула с облегчением. Когда-то она высоко ценила Тан Жуна, но сегодня увидела его в совершенно ином свете. Его толстокожесть и бесстыдное поведение были просто поразительны.
Однако теперь даже Тан Мо, которого она раньше недолюбливала, казался ей гораздо более терпимым. Ван Ши расточала похвалы Синь Ань, упомянув, что через три дня передаст ей права на ведение домашнего хозяйства.
Синь Ань, которая в прошлой жизни уже вела домашнее хозяйство, прекрасно понимала, что это влечет за собой. Она вежливо отказалась, ее тон был решительным.
— Мама, я глубоко ценю вашу доброту, но сейчас я не в том состоянии, чтобы брать на себя такие обязанности. В моей голове все еще царит смятение. Я вынужден попросить вас продолжать вести домашнее хозяйство.
Ван Ши, которая поначалу не хотела расставаться с контролем, почувствовала себя увереннее. Она приготовилась передать бразды правления, утешая себя тем, что, по крайней мере, хозяйство достанется ее собственной невестке, а не Тао Иран.
Видя искренность Синь Ань, Ван Ши смягчилась еще больше.
— Я понимаю твои чувства. Ты только что вошла в этот дом, и тебе нужно время, чтобы освоиться. Когда будешь готова, приходи ко мне, и я поделюсь всем, что тебе нужно знать. Управление домашним хозяйством всегда будет твоим, когда ты этого захочешь.
Синь Ань поклонилась в знак благодарности. Затем Ван Ши перешла к вопросу о приданом матери Тан Жуна. Синь Ань, прекрасно осведомленная о ситуации, решительно отказалась.
— Мама, я вышла замуж за Тан Мо и посвящу себя ему. Это приданое принадлежало матери молодого господина, и было бы неприлично с моей стороны его принимать. Я не могу его взять. Пожалуйста, распорядитесь им по своему усмотрению.
Семья Тан, несмотря на свой благородный титул, не обладала значительным состоянием. Переход от военной службы к гражданской жизни заставил их бороться за сохранение своего статуса, и большая часть их внешнего лоска поддерживалась за счет долгов. Синь Ань не собиралась вкладывать ни гроша в домашнее хозяйство, если не будет иметь полного контроля над ним. К тому же, она не хотела быть связанной приданым, которое впоследствии могло быть использовано против нее.
Ван Ши, видя ее твердость, была преисполнена радости. Она почувствовала, что все ее усилия и жертвы были не напрасны. Сказав еще несколько слов утешения, Ван Ши отправилась проведать Тао Иран во дворе Весенних Цветов, понимая, что ей необходимо соблюдать приличия по отношению к семье Тао.
***
Как только комната была приведена в порядок, Синь Ань выпроводила Тан Мо и заперлась с госпожой Синь.
— Не могу поверить, что семья Тан посчитала приемлемым использовать приданое матери Тан Жуна в качестве компенсации за тебя! – госпожа Синь была в ярости.
Синь Ань тихо усмехнулась.
— Видимо, у них с домашними делами действительно туго. Это неудивительно.
— Слава богу, что ты не взяла на себя ведение домашнего хозяйства. Эта няня Цай невыносима, и даже Ван Ши не может ее контролировать. Если бы ты вышла замуж за Тан Жуна, тебе пришлось бы терпеть ее тиранию. Честно говоря, тебе не стоило вмешиваться. Им следовало наказать ее.
Синь Ань слабо улыбнулась.
— Пощадив ее, я проявила великодушие. Домочадцы будут считать меня милосердной. Иногда небольшие жертвы ведут к большой выгоде. Мой так называемый «муж», вероятно, уже празднует это в соседней комнате.
Госпожа Синь рассмеялась вместе с ней.
— Я заметила, что Ван Ши совсем не нравится Тао Иран. Сегодня я несколько раз видела ее ухмылку. С ее поддержкой и новым положением Тан Мо твоя жизнь не будет слишком сложной. А мой предприимчивый зять не так прост. Если вы двое будете держаться вместе, все сложится удачно.
http://tl.rulate.ru/book/160971/10484653
Готово:
