Готовый перевод A House Full of Descendants, Endless Lifespan—Forging an Eternal Immortal Clan / Создание вечного клана бессмертных: Глава 81. Разоблачение правды

— Почему ты снова и снова идёшь наперекор моей семье Чжоу? — Старший из Чжоу замедлил шаг и, искоса взглянув на Ли Чэньхая, задал вопрос, который давно его мучил.

Он никак не мог взять в толк, откуда у этого батрака, этого оборванца, которому по счастливой случайности удалось подняться из грязи, берётся такая дерзость, чтобы смотреть в глаза самой семье Чжоу.

Откуда эта самоуверенность?

Если бы не великодушие семьи Чжоу, сохранившей ему дело по продаже Очищающих пилюль, он бы до сих пор оставался тем самым голодранцем, которому и на еду не хватало.

Разве в такой ситуации он не должен был, подобно старому чудаку Чэню, вилять хвостом и быть послушной собакой?

— Это не я иду против вас, это ваша семья Чжоу слишком властна и жестока, — с непроницаемым лицом ответил Ли Чэньхай и начал медленно, одно за другим, перечислять события минувших лет.

— Вы безжалостно эксплуатировали бедняков, сдирали с них последнюю шкуру. Каждый год, в самое голодное время, когда старые запасы подходили к концу, а новый урожай ещё не созрел, вы сидели на мешках с зерном и не продавали его. Вы смотрели, как люди умирают от голода, лишь бы поднять цену ещё на одну жалкую монету.

— А помнишь тот год, когда беженцы собирали для вас пшеницу? Пять шэнов проса. Всего лишь пять несчастных шэнов проса, и вы устроили кровавую бойню, перебив несметное число людей.

— И это проблема семьи Чжоу? — Старший из Чжоу изумлённо вытаращил глаза и принялся яростно спорить: — Да ты открой глаза и посмотри вокруг! Где не так?

— Во всём государстве Укан, да и во всём мире, так было испокон веков! Я что, виноват, что не продаю своё зерно? Если следовать твоей логике, то кем тогда считать всю эту продажную знать, что одним словом решает судьбы десятков тысяч людей?

— А что до беженцев, так разве они люди? Ты хоть подумал, что если бы не семья Чжоу, которая дала им работу и миску жидкой каши, сколько бы из них умерло от голода за те пять дней?

— Да пошёл ты к чёрту! Лицемер, строящий из себя святошу! — вскричал Ли Чэньхай, чувствуя, как в нём закипает ярость. Он впился взглядом в глаза собеседника и снова прорычал: — Семья старика Чэня с Западной улицы! Твой сын изнасиловал их дочь, после чего она бросилась в реку! Это правда или нет?

— Вы отбирали у арендаторов последнее зерно, каждый год повышая плату и вынуждая честных людей продавать себя в рабство! Это правда?

— Вы избили отца и сына из семьи Тан, отняли у них лавку, да ещё и сожгли таблички с именами их предков! Было такое?

— Неужели ты не знаешь, сколько мерзости вы натворили?

— А тебе-то какое до этого дело! — Старший из Чжоу по-прежнему не видел своей вины и, прищурившись, бросил ответный вопрос: — Так было заведено с древних времён. Тебе это не по нраву, и потому ты решил враждовать с моей семьёй?

— Да, но это не назовёшь враждой, — Ли Чэньхай тяжело вздохнул, и на его лице промелькнула насмешливая улыбка. — Я не настолько велик. Те люди, конечно, вызывают сочувствие, но ко мне они не имеют никакого отношения.

— А насчёт «вражды»… я, право, не понимаю. Одно слово поперёк — и я уже враг?

— Может, при виде членов вашей семьи нужно тотчас же падать ниц и ползать на коленях, чтобы считаться послушным?

— Ты! — Старший из Чжоу задохнулся от возмущения, не в силах вымолвить ни слова. Его багровое лицо исказилось от безмерной ненависти.

— Тогда ответь мне, ты знал о деле управляющего Суня?

— Знал! — В сгущающихся сумерках Ли Чэньхай посмотрел на одинокую надменную фигуру перед собой и решил больше ничего не скрывать. — Это я его убил. И тех его прихвостней — тоже всех до единого.

— Правда?! — У Старшего из Чжоу дико задергался глаз, а ноги против воли задрожали.

Он отчётливо помнил, как коронер из ямэня лично осматривал тела и заключил, что убийца — мастер на пике Царства Силы Ци.

Если Ли Чэньхай говорит правду, и это действительно его рук дело, то… значит ли это, что он и есть тот самый мастер?

При этой мысли икры Старшего из Чжоу свело судорогой, а в голове на миг стало пусто.

«Что это значит?!»

«Почему он признался?!»

Он решил, что семья Чжоу ослабла и больше не представляет для него угрозы? Или он уже приготовился убить меня и не боится, что тайна выйдет наружу?

— И ещё… — Заметив мертвенно-бледное лицо собеседника, Ли Чэньхай усмехнулся, обнажив белоснежные зубы, и медленно произнёс: — Чжоу Пэнсина тоже убил я. И духовные камни, и техника — всё у меня!

Гу-дун…

Услышав это, Старший из Чжоу почувствовал, как у него подкосились ноги, и рухнул на землю. Он смотрел на Ли Чэньхая глазами, полными немыслимого ужаса.

Дрожащая рука едва успела подняться, как его тело забилось в конвульсиях. Словно в припадке эпилепсии, он дёргался на земле, изо рта шла пена.

Слишком сильный удар!

Эта новость была куда более ошеломляющей, чем смерть Фан Эра!

Разум Старшего из Чжоу не выдержал такого потрясения, что спровоцировало обострение скрытой болезни.

Четвёртого брата убил он?!

Он мог бы поверить, если бы это сказал кто угодно, но только не Ли Чэньхай.

Весь Нагорный посёлок знал этого парня как тихого, скромного работягу, из которого и слова не вытянешь. Он даже нищим кланялся с уважением.

Никому и в голову не могло прийти, что этот известный всем тюфяк окажется убийцей четвёртого брата.

— Хе-хе-хе, никак не можешь принять? — Ли Чэньхай присел на корточки и, глядя сверху вниз на бьющегося в конвульсиях Старшего из Чжоу, на его вытаращенные глаза, добавил ещё одну порцию яда.

— Фан Эра тоже похоронил я. Тот труп, что ты видел сегодня, — это он. И то руководство по ремеслу тоже у меня.

— Вам же было интересно, откуда у меня деньги на покупку земли? Я их получил, выковав божественное оружие.

— Кхэ…

Узнав всю правду, Старший из Чжоу лишился дара речи.

Лицо его застыло, превратившись в безжизненную маску, половина тела онемела и не двигалась. Лишь правая рука ещё могла дрожаще подниматься.

Видя, что виновник всех его бед прямо перед ним, он отчаянно пытался встать, но, как ни старался, не мог сдвинуться с места.

— Что ж, теперь ты, по крайней мере, умрёшь, зная правду. А раз всё знаешь, отправляйся к своим братьям.

Ли Чэньхай мягко улыбнулся и коснулся пальцем его лба.

Но даже перед последним ударом он не удержался от ещё одной колкости.

— Кстати, раз уж ваша семья Чжоу так меня ненавидит, давай покончим с этим раз и навсегда. Убив тебя, я отправлюсь в город и вырежу всю вашу семью.

— Семья должна быть вместе, не так ли? Чтобы никому не было одиноко!

— И не надейся, что я пощажу детей. Правило «вырывать сорняки с корнем» вы знаете лучше меня!

— Кхэ… — Глаза Старшего из Чжоу мгновенно налились кровью. Он отчаянно пытался что-то сказать своей сведённой челюстью, но не мог издать ни звука.

Он струсил. На этот раз по-настоящему!

Он хотел молить о пощаде, умолять Ли Чэньхая пощадить детей, но небеса сыграли с ним злую шутку, в самый ответственный момент лишив его голоса.

— Не благодари. Вы это заслужили! — Выплеснув все тайны, Ли Чэньхай почувствовал необычайное облегчение.

В следующую секунду на кончике его пальца собралась духовная энергия, и он пронзил лоб Старшего из Чжоу.

Так начался путь семьи Чжоу к гибели. Глава первого и второго поколения пали!

...

http://tl.rulate.ru/book/160892/10689702