Глава 102. Ловушка расставлена: Чэнь Юй выходит на бой
Закончив свою речь, Гу Фань по-хозяйски уселся в самом центре арены, приняв донельзя заносчивый вид. Однако, несмотря на столь явную провокацию, желающих помериться силами не находилось. Тишина затягивалась.
«Черт, перестарался», — мысленно выругался Гу Фань. Нужно было растянуть удовольствие и показать хоть какое-то подобие борьбы. Видимо, то, как он разделался с первым противником в одно касание, заставило остальных насторожиться. А ведь он планировал аккуратно «подсекать» одну крупную рыбешку за другой. В конце концов, даже в Нижнем Мире он, не прибегая к помощи Видения Лазурного Лотоса, мог на равных биться с практиками начальных этапов Истинного Ян. Что уж говорить о какой-то Ступени Первозданного Ян? Здесь ему точно нечего было бояться.
Пока Гу Фань размышлял о тактике, тишину площади прорезал пронзительный вопль:
— Младший брат Цзинь! Кто это сделал?! Кто посмел так обойтись с учеником Пика Сюми?!
К арене, расталкивая толпу, подлетел молодой мужчина. Он рухнул на колени рядом с бесчувственным телом юноши, и его лицо исказилось от ярости. Окружающие ученики, опасаясь попасть под горячую руку, поспешно отступили на несколько шагов.
— Надо же, это люди с Пика Сюми! — послышались шепотки. — Неудивительно, что тот малец мог сражаться с теми, кто сильнее его.
— Ха-ха, Пик Сюми… Шестое место в рейтинге Десяти Пиков. Судя по всему, этот парень тоже только недавно вступил в секту. Видимо, его отобрали в одну из главных ветвей, и он возомнил себя богом.
— Это точно. Секта Фаньшэнь не испытывает недостатка в гениях. Если ты можешь прыгнуть через четыре малых уровня, это еще не повод задирать нос. Поделом ему.
— Согласен, нарвался на кого-то еще более жесткого. Интересно, а тот, что на арене… он тоже из Десяти Пиков?
Пришедший практик, услышав, что его младшего брата избили, вскинул голову и вперил тяжелый взгляд в Гу Фаня. Тот по-прежнему расслабленно сидел на досках, словно всё происходящее его ни капли не касалось.
— Это ты покалечил моего младшего брата? — прошипел незнакомец.
Гу Фань лениво кивнул.
— Не то чтобы я горел желанием, — отозвался он с легкой усмешкой. — Твой младший сам настоял, чтобы я поднялся и преподал ему урок. Никогда еще не видел, чтобы кто-то так настойчиво напрашивался на тумаки.
Глаза мужчины опасно сузились.
— Ты хоть понимаешь, кого ты оскорбил своим поступком? Мой младший брат — ученик одного из Десяти Пиков! Раз ты посмел поднять на него руку, я дам тебе шанс. Лиши себя одного уровня культивации прямо сейчас в знак искупления, и, возможно, я проявлю милосердие!
— Чего-чего? — Гу Фань едва не расхохотался в голос. — Неужели это и есть всё величие учеников Десяти Пиков? Какая-то мелочная спесь?
Он не спеша поднялся на ноги и, стоя на краю арены, посмотрел на противника сверху вниз.
— Я ничего не путаю? Твой брат сам выставил условия, сам выбрал меня в качестве оппонента, а когда не сдюжил — я же остался виноват и должен просить прощения? Ты вообще в своем уме?
Однако его слова не вызвали у оппонента ни капли стыда. Напротив, тот лишь надменно задрал подбородок.
— Ученик Десяти Пиков априори не может проиграть какому-то рядовому выскочке. Я более чем уверен, что ты использовал какие-то грязные приемы или запрещенные артефакты! Повторяю в последний раз: кайся или сразись со мной!
Гу Фань бросил взгляд на свое одеяние. На нем не было знаков отличия Пика Сюми или любого другого элитного подразделения, поэтому его приняли за обычного внутреннего ученика. Очевидно, именно поэтому этот наглец решил, что может диктовать свои условия.
Этот случай помог Гу Фаню лучше понять порядки внутри секты. Привилегии — это всё. Твой статус определяет правду. Если ты силен и имеешь за спиной мощную фракцию, ты можешь творить что угодно прямо на глазах у всех. Они пытаются задавить его просто потому, что считают «безродным». Даже если у него есть талант, без покровительства он для них — пустое место.
Окружающая толпа хранила молчание. Люди лишь тихо перешептывались, стараясь не привлекать внимания. Никто не решился заступиться за правду.
— Хе-хе, вот оно как, — усмехнулся Гу Фань. — И на каком же ты этапе развития, «великий» ученик?
Мужчина на мгновение замер, решив, что противник наконец-то испугался.
— Чэнь Юй, ученик Пика Сюми, — с гордостью провозгласил он. — Моя база — полушаг к Ступени Истинного Ян!
К его удивлению, в глазах Гу Фаня не отразилось ни тени страха. Напротив, тот серьезно кивнул и сделал приглашающий жест рукой.
— Раз так, чего ты ждешь? Поднимайся и делом докажи свои слова!
Чэнь Юй не поверил своим ушам. Пока он стоял в замешательстве, Гу Фань пренебрежительно поманил его пальцем.
— Что застыл? Иди сюда и прими свою смерть!
Лицо Чэнь Юя потемнело от ярости. Он буквально выплюнул слова сквозь стиснутые зубы:
— Хорошо… Очень хорошо! Ты сам выбрал свою участь!
Боясь, что Гу Фань передумает и сбежит, Чэнь Юй бросил раненого товарища и одним мощным прыжком оказался на арене.
— Ради призрачной гордости ты решил бросить мне вызов? Глупец! — выкрикнул он.
Гу Фань лишь хмыкнул.
— Надеюсь, когда ты будешь молить о пощаде, в тебе останется хоть капля этой спеси.
Чэнь Юй не стал тратить время на пустую болтовню. С громовым выкриком он высвободил свою ауру, и мощная волна энергии ударила во все стороны. Он стремительно сложил пальцы в сложную печать: указательные пальцы соприкоснулись кончиками, большие образовали основание, создавая подобие треугольника.
— Сотрясение Небесного Потока! — взревел он.
В центре треугольника из пальцев мгновенно сконцентрировалась ослепительная духовная энергия. Она сжималась с невероятной силой, пока не превратилась в гудящий сгусток, который со свистом рванулся к Гу Фаню!
Гу Фань оценил атаку — техника была весьма недурна. Но против истинной мощи любые техники были лишь детской забавой. Впрочем, на этот раз он решил быть хитрее. Он намеренно подавил свои силы, решив разыграть спектакль и продержаться несколько раундов. Нужно было показать толпе, что победа далась ему с огромным трудом, иначе «рыба» больше не клюнет.
Приняв решение, он в последний момент «чудом» уклонился от удара, сделав вид, что едва успел. С искаженным от «напряжения» лицом он бросился в контратаку.
Завязалась яростная схватка. Гу Фань прижался к противнику, навязывая ближний бой и не давая Чэнь Юю разорвать дистанцию. Со стороны казалось, что Чэнь Юй доминирует, буквально вколачивая Гу Фаня в настил арены. Тот выглядел жалко: одежда местами порвалась, движения казались дергаными и отчаянными, но всякий раз, когда ситуация становилась критической, он каким-то немыслимым образом избегал решающего удара.
Так это выглядело для зрителей. Но сам Чэнь Юй с каждой секундой чувствовал, как по его спине ползет ледяной липкий пот. На бумаге он вел бой, но на деле… он кожей ощущал, что не контролирует ровным счетом ничего. Ритм сражения задавал не он. Гу Фань балансировал на грани поражения с пугающей точностью. Как бы Чэнь Юй ни наращивал мощь или ни менял темп, противник мгновенно подстраивался, сохраняя этот странный, пугающий баланс.
Это чувство было подобно острому лезвию, приставленному к самому горлу.
— Перст Великой Пустоши! — в отчаянии взревел Чэнь Юй, вкладывая все силы в свою сильнейшую технику.
Над ареной соткался гигантский призрачный палец изумрудного цвета. Воздух задрожал от избытка энергии, и даже зрители в первых рядах почувствовали, как их обдает волной жара и силы.
— Это же одна из секретных техник Пика Сюми! — ахнул кто-то в толпе.
— Похоже, это конец. Чэнь Юй решил не рисковать. Гу Фань и так прыгнул выше головы, продержавшись так долго.
Чэнь Юй оскалился в победной усмешке.
— Всё кончено! Гордись тем, что заставил меня использовать это!
Однако в этот момент он увидел нечто странное. Гу Фань перестал уклоняться. Глядя на летящий в него Перст Великой Пустоши, он… улыбнулся. И эта улыбка не предвещала ничего хорошего.
— Пожалуй, хватит, — прошептал Гу Фань так тихо, что услышал его только Чэнь Юй. — Подыгрывать тебе оказалось на редкость утомительным занятием. Я всё боялся, что случайно пришибу тебя раньше времени.
Сердце Чэнь Юя пропустило удар. Он понял — всё это время над ним просто издевались! Но было уже слишком поздно.
Гу Фань вскинул руку, и на кончике его пальца сконцентрировалась энергия. Никакого грохота, никакого пафоса — лишь едва уловимое дрожание пространства.
— Перст, Сокрушающий Небеса!
Бум!
В отличие от массивной атаки Чэнь Юя, техника Гу Фаня была подобна игле. Почти невидимый луч пронзил изумрудный призрак насквозь, словно тот был сделан из бумаги, и, не теряя скорости, вонзился точно в живот Чэнь Юя.
В воздухе расцвел алый цветок крови.
http://tl.rulate.ru/book/160887/10548715
Готово:
