Глава 46. Гу Фань: Всё верно, мы их всех перерезали!
Под пристальными взглядами сотен людей золотая дорожка света, мерцая, протянулась к самой платформе острова. В следующее мгновение на ней возникли две фигуры — одна в чёрном, другая в белом. От них исходила такая мощная, бьющая в самое небо аура смерти, словно в мир смертных сошли истинные демоны во плоти.
Толпа заворожённо взирала на прибывших. Линь И, облачённый в белоснежные одежды, выглядел бы безупречно, если бы не алые пятна крови, рассыпавшиеся по ткани подобно лепесткам зимней сливы. Рядом с ним стоял Гу Фань в чёрном одеянии; он слегка прищурился и улыбался так кротко, словно и мухи в жизни не обидел.
Прошло несколько долгих мгновений, прежде чем люди начали приходить в себя. Близнецы-Звёзды Пути Зла стояли перед ними уже довольно долго, но где же остальные? По толпе поползли тревожные шепотки, быстро переросшие в гул голосов. Пятнадцать человек от пяти праведных сект — и до сих пор ни один не показался из пелены тумана!
Ситуация становилась более чем двусмысленной. Даже принцы, восседавшие на возвышении, заерзали от охватившего их беспокойства. Хотя гибель приглашённых практиков формально не была их виной, каждый из этих бойцов был ценнейшим активом, верным клинком в борьбе за власть.
Лишь Чжоу Жун чувствовал, как в груди бешено колотится сердце. Эти двое оказались по-настоящему свирепы: сказали — убьют, и убили. Но как?! Как они смогли прикончить даже тех, кто находился в шаге от Первозданного Ян?
— Что происходит? Где все остальные? — доносилось из толпы.
— Неужели они все погибли?
— Да быть того не может! Пусть между пятью праведными сектами и есть раздоры, но они связаны узами братства. Никто не стал бы действовать столь беспощадно!
— Вот именно! Я думал, что обнуление очков у принцев — это лишь результат поражения и грабежа, но чтобы убивать...
— А вам не приходило в голову... — чей-то голос дрогнул от ужаса, — что, возможно, праведники вовсе не убивали друг друга?
— Смотрите! Смотрите на их пояса! У Гу Фаня и Линь И всё увешано сумками-хранилищами!
После этого выкрика взгляды всех присутствующих разом переместились на талии Близнецов. Рассмотрев количество трофейных пространственных мешочков, люди синхронно втянули в себя воздух.
— Это правда... Посмотрите, они оба с ног до головы в крови, но на них самих ни царапины! Это чужая кровь!
— Невероятная жажда убийства, аура смерти застилает небо... Эти двое — истинные Близнецы-Звёзды Пути Зла. Неизвестно, сколько жизней они уже оборвали!
— И всё же я отказываюсь верить. Бог с ними, с остальными, но как же Лянь Хо? Практик, почти достигший ступени Первозданного Ян, был убит двумя юнцами на середине Ступени Моря Духа?
— Если это так, то первый ученик секты Шанцин — просто посмешище!
Площадь превратилась в растревоженный улей. Люди строили самые дикие догадки, перекрикивая друг друга. Пока принцы на трибунах пытались осознать масштаб катастрофы, временно исполняющий обязанности главы секты Шанцин не выдержал первым. Он поднялся со своего места и, взирая на Гу Фаня и Линь И сверху вниз, прошипел ледяным тоном:
— Жалкие недоноски, отвечайте: где ученики моей секты и остальные последователи праведного пути?
Это дело перестало быть просто соревнованием. Секта Шанцин отправила пятерых своих лучших представителей, среди которых был гениальный Лянь Хо и дочь одного из влиятельнейших старейшин. Старик уже представлял, какой поднимется вой среди старейшин-затворников, когда вести дойдут до горного придела.
И это было лишь верхушкой айсберга. Все пять праведных сект отправили своих лучших талантов, надеясь укрепить позиции в борьбе за трон Империи Дацянь. Если все они полегли на острове Минчжун, последствия будут катастрофическими. Молодое поколение праведников окажется обескровлено как минимум на десятилетие. А главное — это был сокрушительный удар по престижу. Пятнадцать гениев, цвет праведного мира, вырезаны двумя отродьями из секты Небесного Зла! С каким лицом им теперь показываться в мире практиков?
От этих мыслей лицо Даоса Юйцина становилось всё мрачнее, а атмосфера вокруг платформы — всё тяжелее, словно перед грозой. Гу Фань вскинул голову и посмотрел на старика. Тот выглядел как истинный бессмертный — одухотворенный, в расшитых одеждах, — вот только лицо его сейчас исказила едва сдерживаемая ярость.
— А ты ещё кто такой? — с вызовом бросил Гу Фань. — С какой стати я должен перед тобой отчитываться?
В этот момент в разговор вмешался Император Куньу, чей голос, хоть и звучал мягко, мгновенно заставил всех замолчать.
— Юный друг, я — правитель этой империи. Не мог бы ты прояснить ситуацию с остальными участниками?
Гу Фань широко осклабился:
— Раз спрашивает Ваше Величество, то, конечно, можно. Вы — организатор этого праздника жизни, и имеете полное право знать правду.
Не дожидаясь, пока кто-то ещё вставит слово, Гу Фань взмахнул рукой. В воздухе материализовались жетоны участников, которые он с грохотом высыпал прямо на камни платформы.
— Ни больше ни меньше — ровно пятнадцать штук!
Толпа ахнула. Люди замерли, не в силах поверить своим глазам. Как он смеет?! Значит, Близнецы-Звёзды Пути Зла действительно перебили всех? Включая Лянь Хо, который был в полушаге от новой ступени силы? И это при том, что перед ними стоит глава великой секты! На что они надеются?
Бум!
Внезапно над трибуной начала подниматься мощная аура. Она росла, подобно палящему солнцу, подавляя всё живое своей тяжестью.
— Щенок! — взревел Даос Юйцин. — Я спрашиваю тебя в последний раз: на острове действительно не осталось никого живого?!
Гу Фань даже бровью не повел.
— А что такое? Разве в правилах Осенней охоты сказано, что чьих-то учеников нельзя убивать? Неужели великая секта Шанцин не умеет проигрывать?
Линь И, стоявший рядом, усмехнулся и добавил:
— Здесь столько свидетелей... Неужели секта Шанцин собирается позориться, позволяя старшим нападать на младших?
Их слаженная перепалка тут же нашла отклик в толпе. Люди — существа ведомые; стоит кому-то занять позицию "угнетаемого меньшинства", как толпа начинает сочувствовать. Многие из простых практиков, привыкших к высокомерию великих сект, зашептались в поддержку дерзких юнцов.
Глаза Даоса Юйцина налились кровью, но он заставил себя говорить спокойным, почти безразличным тоном:
— Секта Шанцин и другие праведные школы, разумеется, выше этого. Я лишь хотел подтвердить статус участников.
— Ха-ха! Ну, тогда я повторю для глухих: все пятнадцать человек от пяти праведных сект, включая вашего хвалёного Лянь Хо, были прирезаны нами на месте!
Толпа взорвалась криками! Подтверждено! Они действительно вырезали их всех! Те, кто ещё надеялся на случайность или междоусобицу среди праведников, замолчали. Близнецы-Звёзды Пути Зла только что во всеуслышание признали свою вину — или, скорее, свою победу.
— И у нас не было выбора, — продолжил Гу Фань, разводя руками. — Едва мы ступили на остров, как эти праведники скопом накинулись на нас. Не могли же мы позволить им убить нас, не сопротивляясь? Надеюсь, многоуважаемый старший не станет нападать на нас за то, что мы просто защищали свои жизни?
Даос Юйцин сделал несколько глубоких вдохов, изо всех сил стараясь сохранить лицо.
— Разумеется... нет.
— Вот и славно! — рассмеялся Гу Фань и кивнул Линь И, подавая знак уходить. — В таком случае мы откланиваемся.
Но стоило им сделать шаг, как голос Даоса Юйцина снова хлестнул их, словно бич:
— Стоять!
Гу Фань нахмурился, и в уголках его губ заиграла холодная, хищная усмешка.
— Что такое? Неужели почтенный старец решил взять свои слова назад?
— Моё слово твердо, как скала! — отрезал Даос Юйцин, холодно улыбаясь в ответ. — Однако сумки-хранилища на ваших поясах — это имущество моей секты. Они — память о павших учениках, связующее звено между ними и их домом. Будьте добры, оставьте их здесь!
— Верно! — тут же подхватил кто-то из толпы учеников праведных сект. — Наследие наших братьев и сестер должно вернуться к нам! Это наш долг памяти! Отдайте сумки!
Крики одобрения посыпались со всех сторон. Гу Фань лишь презрительно фыркнул. Какая к чёрту память? Какие узы? Всё это было пустой болтовней. Им просто были нужны сокровища. Пятнадцать лучших учеников — это не просто люди, это огромные ресурсы, вложенные в них сектами. Собранное ими добро стоило целого состояния.
— Хе-хе, и вам самим не стыдно такое нести? — голос Гу Фаня так и сочился ядом. — Я — практик секты Небесного Зла, и моё правило просто: то, что попало мне в руки, останется моим навсегда!
— То есть вы отказываетесь их выдать? — прищурился Даос Юйцин.
— С какой стати мне отдавать свои законные трофеи?!
Губы старика дрогнули в торжествующей ухмылке. Именно этого он и ждал — сопротивления, которое даст ему повод ударить.
— Раз вы столь неблагоразумны и не ведаете почтения, мне придётся преподать вам урок вместо ваших учителей!
С этими словами аура Даоса Юйцина вспыхнула с новой силой. Огромная призрачная ладонь, сотканная из чистой энергии, обрушилась на юношей, стремясь раздавить их в пыль!
http://tl.rulate.ru/book/160887/10487266
Готово:
