Тем же вечером Чэнь Цзинъань взял из кладовой два талисмана первого ранга.
Один — Талисман Золотой Брони, стоимостью в два духовных камня. При активации он создавал на теле защитный слой золотой брони. С его нынешней силой такой талисман мог защитить его от атак практика пятого уровня Конденсации Ци, не имеющего магического артефакта.
Второй — Талисман Огненного Снаряда, стоимостью в один духовный камень. Его эффект зависел от уровня пользователя и мог значительно усиливать атаку.
Говорить так было, конечно, невежливо, но Чэнь Цзинъань не мог не отметить, что стоимость этих двух талисманов превышала стоимость его собственной жизни. Впрочем, с другой стороны, это означало, что и сам он стал дороже.
Вернувшись домой, он спрятал земельный договор и дарственную, а затем пошёл утешать свою жену Юэ Шань, которая всё ещё отходила после родов. Усталости он не чувствовал. Впереди его ждала долгая и одинокая ночь. Глядя на спящих жену и сына, он чувствовал, что жизнь полна надежд.
На следующее утро он верхом на Пятаке отправился к подножию горы, где находилось его новое поле. Путь был недолгим. Гора эта называлась Гора Сосен и Бамбука, и раньше принадлежала одному уездному богачу, который разводил здесь сосны и бамбук. Но когда люди из клана Чэнь обнаружили на ней духовное поле, гору у него попросту отобрали.
Чэнь Цзинъань, глядя на уходящую вдаль горную тропу, почувствовал в себе задатки настоящего горного короля. Он прикрепил Талисман Золотой Брони под одежду, сжал в руке Талисман Огненного Снаряда и верхом на демоническом скакуне поехал вдоль тропы.
По пути ему встретилось несколько диких зверей. Почуяв запах демонического скакуна, они тут же бросились врассыпную. Это был самый простой способ отличить демона от обычного зверя. Его Пятак, хоть и был всего лишь «четвёртым поколением», всё же был демоном и обладал огромным преимуществом перед обычными животными. Если же скакун вдруг начинал вести себя странно, это означало, что в горах остался какой-то необнаруженный демон. В таком случае Чэнь Цзинъаню пришлось бы просить помощи у старших.
В первый день он не стал заходить слишком далеко. Почувствовав, что солнце клонится к закату, он повернул назад — темнота была ему не на руку. По его расчётам, чтобы обойти всю Гору Сосен и Бамбука, ему понадобится три-четыре дня. Это было похоже на открытие новой карты в игре. Но это была не игра, и умереть здесь можно было лишь однажды, поэтому Чэнь Цзинъань не рисковал.
Все эти дни он был так занят, что даже не заглядывал в своё любимое заведение — Павильон Весенней Радости. Это был самый большой и известный бордель в уезде Чистой Реки, который посещали в основном знатные и влиятельные люди. Чэнь Цзинъань ходил туда не только для того, чтобы с критической точки зрения оценить местных красавиц, но и, что более важно, для общения со сверстниками из трёх других бессмертных кланов.
Таковы были социальные ритуалы бессмертных кланов. Четыре великих клана уезда Чистой Реки, хоть и конкурировали между собой, чаще всё же сотрудничали. Во-первых, чтобы сообща противостоять чужакам и защищать свои интересы. Во-вторых, над ними, бессмертными кланами уездного уровня, стояли кланы уровня провинции, возглавляемые практиками Царства Заложения Основ.
Говоря прямо, если кучка практиков Царства Конденсации Ци, чья жизнь и так коротка, начнёт резать друг друга, это лишь даст возможность другим поживиться за их счёт. Если уж и воевать, то лучше наблюдать, как воюют другие, а самим в это время ловить рыбку в мутной воде.
Основатели бессмертных кланов были старыми лисами, и они не давали другим такого шанса, если только не были доведены до крайности. И даже если дело доходило до драки, это не мешало им при встрече называть друг друга братьями. Раз уж воевать было нельзя, оставалось только общаться!
Чэнь Цзинъань не особо рассчитывал извлечь из этого какую-то выгоду, но Павильон Весенней Радости был для него самым дешёвым источником информации в уезде Чистой Реки. Отказываться от него было нельзя. Он твёрдо решил, что как только закончит с делами, обязательно заглянет туда.
...
Следующие два дня прошли спокойно.
На четвёртый день Чэнь Цзинъань, как обычно, углубился в горы. Перед болотом его Пятак вдруг забеспокоился, захрапел и стал бить копытами. Это заставило Чэнь Цзинъаня насторожиться.
Он направил духовную энергию в уши, и его слух обострился, позволяя улавливать малейшие шорохи.
Ш-ш-ш…
Он отчётливо услышал шаги, доносившиеся не из болота, а из кустов по его краям. Кто-то двигался там. Он бросил взгляд в ту сторону и встретился с парой свирепых глаз. Это были глаза волка!
Чэнь Цзинъань с детства учился распознавать демонов по их внешнему виду и почти никогда не ошибался.
В тот же миг, как он заметил волчьего демона, тот выпрыгнул из кустов. Пятак от страха взвился на дыбы, едва не сбросив седока.
Чэнь Цзинъань мысленно выругался на дешёвку, но в тот же миг активировал Талисман Огненного Снаряда, прикреплённый к его руке. Из него вырвался поток обжигающего пламени.
Бум!
Волчий демон, размером с чёрного медведя, замер в воздухе. Огненный снаряд ударил его в живот, подпалив шерсть. Демон взревел от ярости.
Увидев, что атака сработала, Чэнь Цзинъань, не жалея талисмана, выпустил в демона второй огненный снаряд. После двух выстрелов сила талисмана иссякла. Чэнь Цзинъань вцепился в гриву скакуна, заставил его развернуться и изо всех сил помчался прочь.
Волчий демон, с трудом потушив пламя, увидел, что его добыча уже в сотне метров от него. В его глазах сверкнула убийственная ярость, но, взглянув на болото, он всё же решил снова спрятаться в кустах.
...
Добравшись до подножия горы, Чэнь Цзинъань всё ещё чувствовал, как бешено колотится его сердце. Сила этого волчьего демона, вероятно, была сравнима с практиком пятого уровня Конденсации Ци. Он выдержал два огненных снаряда и почти не пострадал. Если бы Цзинъань замешкался хоть на пару секунд, и демон убил бы его скакуна, ему самому было бы несдобровать.
Хоть у него и был Талисман Золотой Брони, это был защитный талисман. Он мог спасти его на время, но сражаться с волчьим демоном, превосходящим его по силе, с помощью одного лишь талисмана было бы безумием. Если бы всё было так просто, ученикам бессмертных сект не нужно было бы изучать столько техник — можно было бы просто закупиться талисманами.
Спасшись от верной смерти, Чэнь Цзинъань посмотрел на своего дешёвого скакуна и поклялся, что как только заработает духовных камней, обязательно купит себе скакуна посмелее. Этот Пятак в критический момент подвёл его. Малейшая ошибка — и он бы не выбрался.
Но раз уж он выжил, то этому волчьему демону не поздоровится. Сам он с ним не справится, но у него есть дед, практик восьмого уровня Конденсации Ци, и второй дядя, практик шестого уровня. Любого из них хватит, чтобы прикончить этого демона.
Чэнь Цзинъань, уже предвкушая, сколько духовных камней он получит после убийства демона, шёл с грозным видом.
В этот момент раздался весёлый голос:
— Цзинъань, кто это тебе опять духовных камней задолжал, что у тебя такое кислое лицо?
Чэнь Цзинъань, который был в подавленном настроении, услышав этот голос, широко раскрыл глаза и воскликнул:
— Шестой дядя!
Обернувшись, он увидел молодого человека лет двадцати с небольшим, с благородной осанкой. Это был его шестой дядя, Чэнь Яодун. Хоть он и выглядел так молодо, на самом деле ему было уже тридцать пять.
Чэнь Цзинъань по-медвежьи обнял дядю, затем схватил его за руку и серьёзно спросил:
— Шестой дядя, какой у тебя сейчас уровень совершенствования?
...
http://tl.rulate.ru/book/160880/10501028
Готово:
