Готовый перевод Expelled Genius: Master's Eternal Regret / Изгнанный Гений: Вечное Сожаление Наставниц: Глава 4. Всеобщее признание, проводы на тысячу ли

Не только Фея Белого Журавля, но и все остальные были потрясены холодностью Мо Люсу.

Нужно было умудриться проявить такую беспощадность к собственному ученику.

«Сам ищет смерти, не вини меня!»

Тан Ци едва сдерживал торжество в глазах. Он так сильно сжал кулаки, что ногти впились в ладони – только это мешало ему закричать от радости.

Главная помеха устранена. С его талантом и умением играть на публику он со временем растопчет всех и превратит в своих слуг!

При этой мысли его взгляд на Мо Люсу стал откровенно жадным, полным вожделения.

До чего же она хороша… Холодная, гордая – настоящий яд для любого мужчины.

Если наступит день, когда он сможет сокрушить эту надменность и благородство, придавить ее к земле, заставить плакать и молить о пощаде – тогда и умереть будет не жалко!

Однако вскоре его лицо омрачилось.

Он заметил, что Мо Люсу не отрывает взгляда от Зеркала, где все еще отражалась спина уходящего Чжоу Туна.

Эта сцена вызвала у него приступ тошноты.

«Смотри, сколько влезет, – он уже уничтожен и больше мне не конкурент!»

Почему-то в груди Тан Ци вскипела ярость. Ему нестерпимо захотелось подвергнуть Мо Люсу самым изощренным унижениям, чтобы в ее глазах существовал только он один.

— Байхэ, ты куда собралась?

Голос Мо Люсу прозвучал внезапно. Она увидела, что Фея Белого Журавля намеревается покинуть зал.

— Путь впереди опасен. Как-никак, Чжоу Тун – наш младший, я хочу проводить и защитить его.

Глаза Мо Люсу гневно вспыхнули.

— Не смей!

— Это еще почему?

Лицо Феи Белого Журавля исказилось от негодования. Даже если узы разорваны, лишать человека последнего шанса на спасение – это уже за гранью.

— Байхэ, не забывай, кто ты. Ты – старейшина секты, и защищать предателя тебе не по чину!

Едва договорив, Мо Люсу высвободила мощную ауру, которая мгновенно подавила силу Феи Белого Журавля. Даже другие старейшины побледнели.

Ничего не скажешь – истинный гений. Среди сверстников Мо Люсу почти не знала равных, и даже мастера старшего поколения относились к ней с почтением.

Она сделала резкое движение ладонью, и Фея Белого Журавля, не в силах сопротивляться, отлетела назад, сплевывая кровь.

— Взять её!

По команде члены Зала Правосудия окружили Фею Белого Журавля, сковав её движения.

— Ты!!

Старейшина Байхэ дрожала от ярости, но была бессильна.

— Слушайте все! С этого дня любой, кто посмеет тайно помогать или защищать этого предателя, пеняйте на себя. Буду карать по всей строгости правил секты!

Старейшины переглянулись и погрузились в тяжелое молчание.

— Не слишком ли много шума из ничего? — Пробормотал один из стариков.

— Хм! Это был его выбор. Разве он не мнил себя великим?

Я сегодня же докажу ему, что без поддержки секты он – всего лишь жалкая ряска, которую может растоптать любой встречный!

Даже если он сейчас раскается и приползет просить прощения, ему придется на каждом шагу бить поклоны до самой моей резиденции, а потом три года пахать на самых грязных работах, прежде чем я подумаю о помиловании!

Ледяной голос Мо Люсу через Проекцию Небесного Дао разнесся повсюду, достигнув ушей каждого зрителя – и ушей самого Чжоу Туна.

Этого она и добивалась. Она хотела растоптать его достоинство суровой реальностью, заставить его ползать у своих ног ради выживания, чтобы он больше никогда не смел перечить!

Однако в отражении Зеркала спина Чжоу Туна оставалась всё такой же прямой. Он шел, не выказывая ни тени сомнения.

«Посмотрим, надолго ли тебя хватит. Наверняка поджилки уже трясутся», – думала Мо Люсу. Она была уверена: стоит ему столкнуться с первой же опасностью, и он тут же сдастся.

— Без моей опеки ты – пустое место!

Мо Люсу была убеждена: каждый шаг за воротами секты станет для Чжоу Туна невыносимым испытанием.

Внезапно в Зеркале показались другие ученики. Они начали окружать Чжоу Туна, и их становилось всё больше, что привлекло внимание старейшин.

— Что эти мальчишки задумали? Неужели решили поглумиться над павшим? — Хмуро заметил один пожилой мастер. Он не раз видел подобную подлость.

— Видишь? Это отродье даже из секты не выйдет спокойно!

Мо Люсу торжествующе покосилась на Фею Белого Журавля.

Однако в следующую секунду улыбка на ее лице застыла.

Раздался глухой стук: сотни учеников одновременно опустились на колени. В их взглядах, устремленных на Чжоу Туна, читалась искренняя благодарность.

— Старший брат, прими наш глубокий поклон за твою великую милость!

В Зале Суда воцарилась гробовая тишина. Даже сам Чжоу Тун замер в изумлении.

— О какой милости вы говорите?

— Старший брат, неужели ты забыл? В тот день, когда я чуть не погиб от одержимости демонами во время тренировки, именно ты спас меня и сохранил мне жизнь…

— И меня! Помню, когда я еще был обычным человеком, а мои родители умирали от неизлечимой болезни, ты щедро помог мне, спас их и открыл передо мной путь совершенствования…

— Старший брат тринадцать раз вытаскивал меня из самой гущи звериного прилива, неужели ты забыл об этом?

— Старший брат научил меня искусству алхимии и помог достичь просветления. Твое добро я не забуду до самой смерти!

Одна за другой всплывали истории из прошлого. След, оставленный Чжоу Туном, был подобен запыленной дороге, которая после очистки предстала перед всеми во всей своей ясности.

— И мне! И мне ты помог!

Всё больше людей подходило к нему, выражая почтение. Каждый говорил от чистого сердца, с глубочайшим уважением.

Только сейчас старейшины осознали, как много Чжоу Тун сделал для других втайне. В зале стало еще тише.

— Всё это в прошлом, к чему ворошить былое? Теперь я вне секты. Пути наши расходятся, и вряд ли мы встретимся вновь.

Чжоу Тун небрежно махнул рукой.

— Старший брат, постой! Позволь нам проводить и защитить тебя!

Ученики поднялись и окружили его плотным кольцом, не принимая отказов.

— Посмейте только!

В этот момент через магическую связь раздался яростный голос Мо Люсу.

— Любой, кто приблизится к этому предателю, ответит по законам секты!

Она ожидала, что ученики в ужасе бросятся врассыпную, но результат превзошел все ожидания.

— Старший брат спас мне жизнь. Если я не помогу ему в беде, чем я буду отличаться от скотины?

Если секта попытается помешать мне, я уйду из нее! А если и это не поможет – что ж, убивайте!

Несколько учеников впереди выкрикнули это в унисон, и остальные тут же подхватили их клич!

— За милость старшего брата ответим без сожалений!

Голоса юношей слились в единый гул, который громом отозвался в Зале Суда.

Лицо Мо Люсу стало землистым, она мелко дрожала от гнева.

Даже она не могла наказать столько учеников сразу – последствия для нее самой были бы слишком тяжелыми.

Но больше всего её бесило то, что Чжоу Тун, оказывается, за её спиной сумел расположить к себе столько людей!

Это явно был заранее спланированный заговор!

http://tl.rulate.ru/book/160764/10316470