Баранина «шуанъянжоу» оказалась настолько сочной и вкусной, что все ели, не в силах оторваться.
Вэй Синпин обжигался, беспрестанно дул на мясо, но всё равно жадно запихивал его в рот.
— Сэцзы, как ты только додумался до такого диковинного способа? — приговаривал он с набитым ртом. — Будь мы сейчас в морозном Гуаньбэе, это было бы неописуемо вкусно.
За столом шёл оживлённый разговор, атмосфера была весёлой. Лишь Вэй Юйбай, в отличие от своего легкомысленного брата, оставалась хмурой и тревожной — мысли её, судя по всему, были заняты отцом.
Ли Е положил ей в тарелку два ломтика баранины.
— Не беспокойся, — сказал он. — Девчушка ведь говорила, что «честный человек» Хэ Чжао сегодня днём отправился во дворец. Скорее всего, решение уже принято, так что всё будет в порядке.
— Какого ещё честного человека ты имеешь в виду? — Хэ Цянь сердито уставилась на него, покусывая палочки и выставив два острых клыка.
Ли Е, пытаясь её задобрить, подложил ей кусочек редьки.
— Да это я твоего отца хвалю, — пояснил он. — Говорю, что Хэ Чжао — настоящий, искренний добряк.
— Вечно ты называешь моего отца по имени! Наглец, никакого почтения к старшим... Мы же с тобой одного поколения, — всё ещё ворчала девчонка.
Ли Е положил ей говяжью фрикадельку.
— Если не называть его Хэ Чжао, мне что, вместе с тобой звать его папочкой?
— Кто тебе позволял так его называть! Ах ты, негодяй... — Хэ Цянь густо покраснела и поспешно оттолкнула его палочки, принявшись сосредоточенно варить мясо в котле.
Глядя на их шутливую перепалку, Вэй Юйбай невольно улыбнулась, но тревога не покидала её.
— Благодарю вас, сэцзы. И всё же, несмотря на ваши слова, сердце не на месте...
Ли Е уверенно хлопнул себя по груди и усмехнулся:
— Ха-ха, когда это слова этого сэцзы оказывались ложными? Впрочем, полагаю, господин Вэй выйдет на свободу не сразу. Выпустить его сейчас — значит спугнуть змею, если только император не совсем дурак.
— Но разве вы не говорили, что за этим стоит Удэсы?
— В Удэсы служат тысячи людей. Кто именно это сделал? Кто отдал приказ и с какой целью? Где свидетели и доказательства? — вопросом на вопрос ответил Ли Е.
Вэй Юйбай растерялась, не зная, что на это ответить.
— Все эти дела нужно расследовать шаг за шагом, всё зависит от того, хватит ли у главного исполнителя способностей.
— А если ничего не найдут? — поспешно спросила Вэй Юйбай.
— В лучшем случае виновных отыщут, и ты сможешь отомстить за отца. В худшем — даже если ничего не найдут, господин Вэй всё равно будет спасён, — непринуждённо ответил Ли Е. На самом деле он с самого начала наметил общий план действий, и пока они придерживались этого пути, ошибок быть не могло. Теперь, когда дело приняло такой оборот, беспокоиться было не о чем.
Вэй Юйбай всё поняла, и на её лицо постепенно вернулась улыбка.
— Оказывается, наследник всё предвидел. Похоже, я снова зря тревожилась.
С этими словами она подцепила палочками тонкий ломтик ягнятины, обмакнула его в кипящий бульон и, улучив момент, внезапно положила в чашу Ли Е. Словно напроказивший ребёнок, она тут же отвела взгляд, не решаясь посмотреть на него.
— Знаете ли вы, наследник, что за заставой Гуаньбэй раскинулась бескрайняя пустыня? В детстве я бывала там несколько раз, и мне казалось, что это, должно быть, самое просторное место в мире, — в её глазах промелькнула тоска. Она налила себе вина и протянула чарку Ли Е. — Теперь же мне кажется, что сердце наследника, пожалуй, будет пообширнее той пустыни.
Сказав это, она по-мужски лихо осушила чарку до дна.
— Еще недавно это был вопрос жизни и смерти, кризис, перед которым я была бессильна. Но не прошло и нескольких дней, как всё развеялось словно дым. Это кажется чем-то нереальным.
Она замолчала на мгновение, а затем продолжила:
— С вашим талантом и широтой души вам стоит когда-нибудь взглянуть на пустыню Гуаньбэй. Тогда вы поймёте, сможет ли ваше сердце вместить в себя весь этот необъятный мир. Если же вам когда-нибудь что-то понадобится, Вэй Юйбай без колебаний пойдёт ради вас и в огонь, и в воду.
Она говорила твёрдо, её взгляд был решительным, совсем не как у слабой женщины. В этом порыве было нечто такое, что заставляло сердце трепетать. Ли Е выпил в ответ и кивнул:
— Если представится случай, я обязательно там побываю.
А в другой стороне стола Цю-эр и Юэ-эр уже вовсю резались с Хэ Цянь в хвацюань — весёлую игру на пальцах, которой их научил Ли Е, — и проигравший должен был пить.
Янь Шэнь и Цзи Чуньшэн, вдоволь набегавшиеся за день по поручениям, тоже присоединились к Вэй Синпину. За огромным столом царило шумное оживление...
* * *
— Господин Хэ, благодарю, что замолвили за меня словечко, — произнёс Вэй Чаожэнь, отвешивая поклон перед залом Яньцзюй. — Но позвольте спросить: как поживает моя дочь? В тюрьме я был отрезан от всех вестей. Она редко бывает в столице, и я места себе не нахожу от беспокойства.
Хэ Чжао сложил руки в приветственном жесте:
— Господин Вэй излишне тревожится. Вашей дочери действительно пришлось несладко поначалу, она повсюду натыкалась на закрытые двери — сами понимаете, какая обстановка сложилась в столице. Но сейчас всё хорошо. Она живёт в поместье принца Сяо, и при каждом её выходе в город её сопровождает охрана.
Тан Чжоувэй тоже вставил слово:
— Да-да, я бывал в поместье. Наследник относится к молодой госпоже Вэй очень хорошо, прямо как к родной сестре. И, честно говоря, я осмелился просить за вас перед Его Величеством именно по просьбе наследника.
— По просьбе наследника?! — в один голос переспросили Хэ Чжао и Вэй Чаожэнь.
— Именно так, — кивнул Тан Чжоувэй. — Господин Вэй, не беспокойтесь, я обязательно докопаюсь до истины и найду злодеев, чтобы свершить месть.
С этими словами он попрощался и решительно зашагал прочь, оставив их созерцать свою пухлую спину.
Выслушав его, Вэй Чаожэнь преисполнился благодарности:
— Оказывается, это потомок принца Сяо... Дух покойного принца Сяо на небесах защитил старика...
Хэ Чжао же нахмурился, в раздумьях бормоча под нос:
— Ли Синчжоу... Опять этот Ли Синчжоу. Неужели и он приложил к этому руку...
* * *
Тан Чжоувэй шёл величественной и широкой походкой. Все, кто встречался ему на пути, думали, что этот человек, хоть и полноват, обладает незаурядной статью. Не зря он занимает пост главы налогового ведомства — в нём сразу чувствуется настоящий государственный муж.
Но стоило ему миновать полуденные ворота и сесть в карету, как лицо Тан Чжоувэя тут же исказилось в плаксивой гримасе.
— Император велел мне расследовать дело, но как?! Это же такое громкое преступление, что же мне делать... Ох-хо-хо... И почему в последнее время все беды сыплются именно на меня? И дёрнуло же меня пойти к государю именно в тот момент!
Карета тронулась, занавески опустились, и толстяк скрылся во тьме. Он продолжал что-то бормотать себе под нос, а потом, словно осознав нечто важное, вскинул голову:
— Хэ Чжао тоже был там. Он — правитель округа Кайюань, раскрыл бесчисленное множество дел и сам вызвался помочь. Почему же Его Величество не поручил это ему, а доверил такому дилетанту, как я? Неужели...
Толстяк, казалось, о чём-то догадался. Он принялся сосредоточенно загибать пальцы, ведя подсчёты. Со стороны можно было подумать, что он какой-нибудь гадатель-провидец. Наконец, до него дошло, и он изумлённо воскликнул:
— Государь хочет оставить себе место для маневра!
При этой мысли от недавней унылой мины толстяка не осталось и следа. Лицо его озарилось самодовольной улыбкой, и теперь он напоминал жизнерадостного Хотея. Когда повозка поравнялась с углом улицы, он в предвкушении откинул занавеску:
— Эрдэ, домой пока не едем! Правь к павильону Фумэн, у хозяина сегодня душа поёт, ха-ха-ха!
Возница с сомнением на лице обернулся:
— Господин, если хозяйка прознает, она с нас обоих шкуру спустит. Вам разве не боязно?
— Чего бояться? Настоящему мужчине не пристало трепетать перед женой! — вальяжно махнул рукой толстяк. — Сказано тебе — поезжай, значит, поезжай!
— Слушаюсь, господин... — пробормотал кучер, едва не плача.
— Эй, ты куда это свернул? Зачем крюк делаешь?
— Нужно за мазью заехать, — сокрушённо ответил тот. — А то потом, как гроза над нами разразится, поздно будет.
— ...
http://tl.rulate.ru/book/160620/12372909
Готово:
