***
В тренировочном зале крейсера «Неукротимый» капитан Адриен Виктус стоял на ринге, разогреваясь перед боем. Напротив него противник, некий капитан Ферокс Клейтос, занимался тем же самым: он отрабатывал в воздухе резкие джебы, не сводя с Адриена яростного, колючего взгляда. Виктус лишь хмыкнул про себя. Если Ферокс надеялся запугать его одним только видом, ему стоило придумать что-то посерьезнее «свинцового» взора.
Адриен понимал: рано или поздно всё должно было закончиться именно так. Они с Фероксом были готовы вцепиться друг другу в глотки чуть ли не с того самого момента, как ступили на борт. Подобное случалось часто, даже среди турианцев. Любой солдат подтвердит, что ожидание — самый изматывающий этап войны; ты невольно гадаешь, что готовит тебе судьба в пункте назначения, и это напряжение копится внутри. Именно поэтому тренировочные залы никогда не пустовали: бойцам требовался выход для скопившейся тревоги. В условиях долгого перелета даже лучшие друзья могли разругаться из-за пустяка, и честный поединок оставался лучшим способом решить дело миром.
Впрочем, Адриен и Ферокс друзьями никогда не были. Клейтос недолюбливал коллегу по многим причинам, но главной была его собственная косность. Ферокс слыл закоренелым служакой и следовал армейским уставам с почти религиозным рвением. Неудивительно, что нестандартный подход Адриена к тактике он воспринимал как личное оскорбление. Его не волновало, что креативное мышление Виктуса уже не раз приносило блестящие победы; в глазах Клейтоса тот оставался позорным выскочкой, недостойным своего звания. Своё мнение Ферокс высказывал охотно и зачастую весьма ядовито.
Последней каплей стала недавняя перепалка в столовой. Клейтос намекнул, что Адриен получил капитанские нашивки только благодаря связям своего дяди, известного генерала, — дескать, старик и сам наверняка грешил любовью к сомнительным методам. Адриен мог стерпеть многое, но оскорбления в адрес семьи в этот список не входили. Он подошел к столу, за которым сидел Ферокс, и прямо заявил: если тот готов подтвердить свои слова делом, они могут забронировать ринг.
И вот теперь, облаченные в тренировочное снаряжение, они приготовились к акту «благопристойного» насилия. Вокруг ринга уже собралась толпа сослуживцев-турианцев, и Адриену были слышны отголоски споров — бойцы вовсю делали ставки. Позади Виктуса стоял его первый лейтенант, Сирос Грациан, внимательно наблюдая за тем, как Ферокс продолжает избивать пустоту.
— Знаете, капитан, я еще не видел, чтобы кто-то так жаждал снести вам голову, — заметил Сирос, когда Ферокс провел особенно яростный апперкот. Лейтенант даже слегка поморщился. — Духи, он смотрит на вас так, будто узнал, что вы переспали с его женой.
— Считай, так оно и есть, — согласился Адриен. — Ну, и какие на нас ставки?
— Если верить слухам, три к одному в пользу Ферокса.
— Ты шутишь? — проворчал Виктус. — Неужели его так ценят?
— Ну вы только гляньте на него, сэр, — Сирос кивнул в сторону другого капитана. — Он же сложен как танк.
Тут Адриену пришлось признать правоту лейтенанта. Сам Виктус был ростом ровно шесть футов, но Ферокс превосходил его почти на целую голову, а его мощная фигура состояла из одних лишь литых мускулов. У Клейтоса определенно было преимущество в дистанции удара, и Адриену хватило бы одного точного попадания в челюсть, чтобы отправиться в глубокий нокаут.
— Что ж, по крайней мере те, кто поставил на меня, сорвут неплохой куш, когда я выиграю, — заметил Адриен.
Сирос с любопытством склонил голову набок.
— Сэр, вы, наверное, хотели сказать «если» выиграете?
— Нет.
В этот момент на ринг вышел инструктор спортзала. Это был бывалый турианец с суровым взглядом и повадками человека, который не терпит ничьих выходок. И хотя он был всего лишь унтер-офицером, здесь, в тренировочном зале, его слово было законом, утвержденным самим командиром корабля. Он окинул бойцов коротким взором и приказал подойти к центру. Когда противники замерли друг напротив друга, инструктор огласил правила.
— Итак, я понимаю, что у вас есть личные счеты, и я здесь для того, чтобы вы свели их надлежащим образом. Никаких попыток нанести серьезную травму: запрещены удары в горло, глаза и другие уязвимые зоны. Когти на протяжении всего поединка должны оставаться в перчатках — это не обсуждается. Если кто-то их обнажит, виновный будет наказан по всей строгости. Бой продолжается до тех пор, пока один из вас не сдастся, не окажется в нокауте или пока я не скомандую «стоп». Болевые и удушающие приемы разрешены, но если я велю отпустить противника — делайте это немедленно. Я ясно выразился?
Адриен и Ферокс синхронно кивнули, не разрывая зрительного контакта.
— Хорошо. Пожмите друг другу руки.
Капитаны сцепили ладони, словно старые приятели после долгой разлуки, но в этом жесте не было ни капли дружелюбия. Они сжимали пальцы с такой силой, будто пытались раздробить кости противника. Через несколько секунд хватка разомкнулась, и бойцы разошлись на шаг. Инструктор поднял руку.
— По моей команде.
Его рука замерла в воздухе на несколько мгновений, а затем резко опустилась вниз.
— БОЙ!
Адриен мгновенно вскинул руки в защитной стойке. Ферокс сделал то же самое, и они принялись кружить друг напротив друга, словно варрены в яме, выжидая момент для атаки. Толпа взревела, подбадривая своих фаворитов.
Будучи военизированным обществом, турианцы веками оттачивали искусство убивать себе подобных, и рукопашный бой не стал исключением. Все военнослужащие проходили базовую подготовку, но желающим предлагались курсы по различным боевым стилям. Ферокс специализировался на Омис Виас — крайне прямолинейной дисциплине, ставящей атаку превыше защиты. Для этого стиля были характерны взрывные, стремительные движения, опирающиеся на физическую мощь, которой у Клейтоса было в избытке. Суть Омис Виас заключалась в том, чтобы бить быстро и тяжело, сокрушая врага прежде, чем тот успеет среагировать. Кроме того, этот стиль активно задействовал когти: опытный мастер мог разделать оппонента на филе за считаные минуты. Адриен не стыдился признать: он был искренне рад, что тренировочные перчатки не позволяли пустить когти в ход.
Сам Виктус не ограничивался какой-то одной школой. Он предпочитал изучать разные стили и смешивать их элементы, владея техниками как минимум шести различных боевых искусств. Мастер любого из них без труда уложил бы Адриена на лопатки, попытайся тот состязаться на его поле, но в сочетании с приемами из других форм его манера боя становилась непредсказуемой и опасной. Теперь оставалось проверить, хватит ли этого для победы.
Первым атаковал Ферокс. Его правый кулак с сокрушительной силой устремился к голове Адриена. Если бы этот хук достиг цели, поединок закончился бы в ту же секунду. К счастью для Виктуса, он вовремя заметил замах и легко нырнул под удар, одновременно нанеся короткий, но чувствительный джеб в корпус гиганта. Как он и ожидал, Ферокс почти не обратил внимания на выпад и тут же попытался ответить круговым ударом ноги. Адриен уклонился и от этой угрозы, просто отпрыгнув назад.
«Он довольно быстр для своих размеров, — отметил про себя Адриен, разрывая дистанцию. — Но действует слишком открыто, слишком предсказуемо»
В этом и заключалась слабость Омис Виас. Весь стиль был заточен под молниеносное подавление. Как следствие, если противник улавливал ритм и не давал себя смять в первые секунды, противостоять такому напору становилось сравнительно несложно.
http://tl.rulate.ru/book/160484/10810708
Готово:
