Ни Су не дождалась угощения, потому что у невестки в том доме начались тяжёлые роды. Когда до них донеслись обрывки разговоров соседей, собравшихся у входа напротив, она пошла вместе с госпожой Цзян.
Услышав из комнаты испуганный возглас повитухи: «Плохо дело!», муж роженицы тут же запаниковал и бросился звать врача, но его остановила собственная мать:
— Сынок, как же можно допустить, чтобы какой-то врач смотрел твою жену?
— Но Юэнян… — мужчину удерживала пожилая мать, он был весь в поту от волнения. — Но что же тогда с Юэнян? Что с моим сыном?
— Я пойду посмотрю.
Ни Су не собиралась дальше наблюдать за семейными разборками. Завернув рукава, она лишь бросила эту фразу, вымыла руки и вошла в комнату.
Оставшиеся переглянулись, никак не припоминая, чья это девушка.
— Госпожа Цзян, а чья это молодая госпожа?
Кто-то заметил, что она пришла вместе с госпожой Цзян, и подошёл к ней спросить.
— Э-э… — госпожа Цзян тыльной стороной ладони провела по виску. Откуда она могла знать семейные дела этой девушки, которую только что подобрала на дороге? — Её фамилия Ни, она здесь проездом.
Одна из женщин, заходившая внутрь, выбежала обратно:
— Кажется, она знахарка!
Что? Знахарка?
Все снова переглянулись. На лице госпожи Цзян тоже отразилось изумление:
— Какая же это знахарка в таком молодом возрасте? На вид ей всего лет пятнадцать-шестнадцать.
Да и манеры у неё были не как у обычной крестьянской девчонки, скорее, как у обедневшей барышни из благородной семьи. Но какая же барышня станет заниматься ремеслом знахарки?
Стемнело. Люди снаружи ждали долго, и вот наконец раздался плач младенца. Муж роженицы почувствовал, как ослабла напряжённая струна в его мозгу, и уставился на дверь.
Повитуха вышла, осторожно прижимая к себе младенца. Сначала она взглянула на старуху, а затем с улыбкой подошла к мужчине:
— Старший сын семьи Сунь, у вас дочка.
Услышав это, мужчина лишь осторожно взял ребёнка из рук повитухи, чтобы рассмотреть. А вот лицо старухи омрачилось. Она тяжело ткнула пол посохом, бросив взгляд на дверь:
— Родила дочку! Да какой в ней толк?!
Соседи не знали, что сказать, и делали вид, будто не слышат.
Однако старуха говорила достаточно громко, и молодая невестка, только что вернувшаяся с того света, услышала её. Слёзы выступили на её глазах, побледневшие губы слегка задрожали:
— Благодарю молодую госпожу за милость спасения жизни.
— Хорошо отдохни.
Чистой воды в комнате не осталось. У Ни Су были руки в крови, и на одежде тоже было много кровавых пятен. Она взглянула на женщину на лежанке и вышла за дверь. Услышав, как старуха продолжает ворчать, выражая презрение к новорождённой внучке на руках у сына, она сказала:
— Разве госпожа сама не женщина?
Старуха бросила на неё злобный взгляд.
Сначала старуха испугалась, увидев её окровавленные руки, но тут же принялась разглядывать её. Черты лица у девушки были правильные, платье, судя по всему, из хорошей ткани. Волосы были уложены в три пучка, и хотя никаких украшений не было, это лишь подчёркивало чистоту и неземную красоту девушки.
— Ох, молодая госпожа Ни, скорее пойдём ко мне домой, вымоешься! — госпожа Цзян прекрасно знала, каков нрав у этой старухи.
Видя, что выражение лица старухи становится всё хуже, она поспешила взять Ни Су под руку и увести её сквозь толпу.
— В молодые годы заниматься знахарством… — старуха фыркнула им вслед, уставившись на спину Ни Су, и пробормотала вполголоса.
— Матушка, ну она же, по крайней мере, спасла жизнь Юэнян и твоей внучке, перестань! — мужчина, державший на руках дочь, с досадой вздохнул.
Госпожа Цзян привела Ни Су обратно в свой двор и подтолкнула в боковую комнату.
— Молодая госпожа, иди скорее мой руки, потом переоденешься. Не получилось поесть в их доме — ничего страшного, я сама приготовлю тебе угощение!
Ни Су не раз помогала крестьянкам при родах. Она, конечно, знала о неписаном правиле: даже если в доме рожает невестка, представительниц «шести старух» не оставляют на пиршество.
Ни Су было всё равно. Войдя в комнату, она вымыла руки и уже собралась развязать пояс, но вдруг остановилась. Затем она огляделась и неуверенно спросила:
— Ты… здесь?
Дочка госпожи Цзян во дворе играла с камушками. Вдруг она услышала порыв ветра, подняла голову и увидела, как на большом дереве в их дворе закачались ветви. Из-под тени дерева выпорхнула лёгкая дымка, растворившись в свете фонаря, и исчезла.
Ни Су в комнате не услышала никакого движения и уже немного успокоилась, как вдруг раздался глухой стук — деревянная табуретка упала.
Она вздрогнула. Сквозь простую ширму она смутно увидела тень, стоявшую у стола. Его движения были несколько странными, да и глаза, казалось, выглядели необычно.
Ни Су снова завязала пояс, взяла светильник и подошла ближе. Действительно, его глаза были пусты, в них не было ни искорки. Она помахала рукой у него перед лицом. Тень закачалась, но его ресницы не дрогнули, никакой реакции.
— Твои глаза…
Ни Су остолбенела.
Днём он ещё мог видеть, но, вспомнив ту ночь с разбойниками, когда он был снаружи повозки и, кажется, был в таком же состоянии, она вдруг поняла:
— Неужели это… куриная слепота*?
П.п.: * Куриная слепота (никтало́пия) — нарушение сумеречного и ночного зрения при сохранении нормального зрения днём. Возникает из-за недостатка витамина A, реже — из-за наследственных заболеваний сетчатки.
Но разве у призраков тоже бывает куриная слепота?
Сюй Хэсюэ не ответил. Но Ни Су увидела, что, когда он поднял руку, подул ветерок, и светильник в её руках погас. В комнате стало намного темнее, лишь свет фонаря снаружи под карнизом проникал сквозь оконную решётку.
Сюй Хэсюэ, недвижимый, скрывался в густой тени. Понюхав запах тлеющего фитиля, он произнёс:
— Зажги его.
Ни Су ничего не понимала, но всё же достала из своего свёртка огниво, снова зажгла свечу в светильнике и поставила его на стол. Затем она подняла голову и прямо встретилась с его взглядом.
Словно весеннее солнце играет на ряби волн, кристально чистое и пронзительно холодное.
— Ты… — Ни Су с изумлением смотрела на него несколько мгновений, затем перевела взгляд на светильник, потом на свои руки.
Наконец она поняла.
Оказывается, только если она сама зажжёт свет, он сможет видеть ночью.
— У всех призраков и духов так?
Ни Су показалось это абсурдным.
— При жизни мои глаза были повреждены. Без зажжённого тобой света я не вижу ночью, — спокойно ответил Сюй Хэсюэ.
Он был душой с увечьем. Если не вернуться в Тёмную столицу, то ночью, без света, зажжённого рукой призывающей души, он не мог видеть.
Ни Су замерла. Спустя некоторое время она внезапно задула свечу.
Без всякого предупреждения перед глазами Сюй Хэсюэ снова воцарилась кромешная тьма.
— Я зажгу тебе свет чуть позже.
Сказав это, Ни Су вернулась за ширму.
Сюй Хэсюэ услышал шорох ткани. Кажется, он понял, что она делает. Его длинные ресницы опустились, и он отвернулся.
— Тебе необязательно было подвергаться этим пересудам.
Ни Су только сняла окровавленную одежду, как вдруг из-за ширмы донесся его голос. Поняв, о чём он говорит, Ни Су обернулась. Сквозь щель она увидела, как он стоит в той тени, словно сосновая ветвь, покрытая инеем и снегом.
— Я слышала эти слова не в первый раз. Но женщины, которых я спасла, никогда не презирали меня. Они видели во мне спасительную соломинку, и я охотно была для них этой соломинкой. Что касается того, что говорят другие, я не могу заткнуть им рты. Я лишь стремлюсь, чтобы мои поступки были честны, а совесть оставалась чиста.
http://tl.rulate.ru/book/159845/11050705
Готово:
