История могучей Хань и процветающей Тан — важный источник национальной гордости китайского народа, и оружие этих двух династий также пользуется горячей любовью и почитанием среди молодёжи.
А костюмы Фэйюйфу и мечи Сючуньдао, благодаря популярным фильмам, и вовсе стали хитом.
В прошлой жизни, до банкротства, Чу Сюань тоже потратил немало денег на коллекционирование холодного оружия и даже специально записался на курсы ушу.
Тренер говорил, что у него природный дар, и если бы он начал тренироваться года на три-пять раньше, то мог бы участвовать в профессиональных соревнованиях.
Однако, когда Чу Сюань обнаружил, что в стандартном списке навыков Системы есть даже «Золотые Пальцы», но нет навыков владения мечом, он понял, что его надули.
Изначально Чу Сюань собирался выбрать Тандао или Сючуньдао, но, взяв оружие из рук Сюй Чжию, тут же передумал.
Хотя все три клинка были заточены, Тандао и Сючуньдао оказались слишком лёгкими, да и качество исполнения оставляло желать лучшего — ненамного лучше фруктового ножа. Вероятно, стоили они пару сотен юаней, не больше.
Зато Восьмигранный Ханьский меч был иным. Изящный клинок, великолепная отделка, внушительная тяжесть. В руке он лежал солидно, весил килограммов пять-шесть. И длиной, и весом он отличался от ширпотреба на рынке; такой вряд ли стоил дешевле трёх-пяти тысяч.
Раньше Чу Сюань вряд ли смог бы долго махать такой тяжестью, но сейчас его Сила достигла 9 очков, и он управлялся с мечом играючи. К тому же восьмигранная заточка отлично подходила для рубящих ударов.
Вжих!
Чу Сюань резко взмахнул мечом. Дверца шкафа с треском переломилась надвое, рассечённая без всякого труда.
— Тандао оставим Тан Чжэну, а этот Сючуньдао возьми себе для самообороны.
Чу Сюань протянул меч Сюй Чжию, но тот неожиданно оттолкнул его обратно.
Сюй Чжию покачал головой:
— Отдай Чэнь Инхао. Он физически крепче меня, ему нужнее. А у меня в руках это просто трата ресурса, я вряд ли смогу убить монстра.
— Хочешь, чтобы я сделал этот подарок от своего имени?
Чу Сюань прищурился. Видя, что Сюй Чжию мнётся, он сказал прямо:
— Ты специально вытащил меня сюда. Говори, что хотел.
Сюй Чжию резко вскинул голову:
— Я надеюсь, что ты не рассматриваешь меня как пешку, которую можно сбросить.
Чу Сюань слегка опешил, а затем усмехнулся:
— Если ты мне не веришь, зачем пошёл со мной? Я никогда вас не заставлял. Наоборот, это вы сами просили взять вас с собой.
Сказав это, Чу Сюань взял мечи и вышел из 115-й комнаты.
Лицо Сюй Чжию изменилось. Он поспешил следом и, понизив голос, заговорил на ходу:
— Хоть ты и говоришь, что мы можем разойтись, на самом деле ты всё время подталкивал нас к тому, чтобы мы пошли с тобой.
Чу Сюань лишь хмыкнул и продолжил осматривать другие комнаты.
Сюй Чжию заволновался и выпалил:
— Я не знаю, правда ли то, что ты сказал про прыжок с крыши. Я просто боюсь, что если не пойду с тобой, ты угробишь нас так же, как Хуан Гуанмина.
Чу Сюань резко остановился, оглянулся на него и мрачно произнёс:
— Следи за языком. Хуан Гуанмин сам искал смерти, и все это видели.
— Хуан Гуанмин действительно сам напросился, но возможность ему дал именно ты! Тогда, в комнате коменданта, времени было в обрез. Ты мог, пока снимал дверь, приказать остальным двигать кровать, чтобы сэкономить время.
Сюй Чжию глубоко вдохнул и продолжил:
— Но ты этого не сделал. Ты сначала вместе с нами двигал кровать, намеренно давая Хуан Гуанмину шанс украсть ключ. И только когда он запер нас и сбежал, ты пошёл снимать дверь и лишь потом сказал, что через главный выход не уйти.
Чу Сюань спокойно ответил:
— Это всего лишь твои домыслы. И самое главное: если бы Хуан Гуанмин не украл ключ и не сбежал, он бы не умер.
— Верно, в этом он сам виноват. Но даже если бы он не украл ключ, ты бы придумал другой способ от него избавиться.
Тон Сюй Чжию был абсолютно уверенным:
— Ты знал, что Хуан Гуанмин затаил на тебя злобу. Он вечно хитрил, и ты боялся, что он снова всё испортит. Но убить его прямо ты не мог: боялся, что если убьёшь нормального человека, мы начнем тебя бояться, отвернёмся и не будем служить тебе верой и правдой!
— Если бы ты действительно собирался действовать в одиночку, тебе незачем было раз за разом объяснять нам повадки монстров. И уж тем более незачем было после убийства Тощего намеренно демонстрировать свою нечеловеческую силу. Всё это — чтобы заставить нас поверить в тебя, внушить, что только с тобой мы в безопасности.
— Ты никогда не планировал идти один, потому что чем больше людей, тем безопаснее тебе самому. Взять ту же Ночь, которую мы пережили: ты сильнее нас, знаешь о монстрах больше, твои шансы выжить куда выше, чем у других.
— И то, что ты собираешься искать выживших... может, есть и другие причины, но главная цель, скорее всего, та же. С нами у тебя есть временная команда. Сработает стадный инстинкт, и одинокие выжившие естественно подчинятся тебе. Они будут выполнять твои приказы, а в критический момент послужат живым щитом!
— И ещё одно. У тебя какая-то фанатичная жажда убивать монстров! Другие не заметили, но я давно обратил внимание. Сейчас ты сильно отличаешься от того, каким вышел из 412-й комнаты на четвёртом этаже. Убийство монстров повышает твою силу, верно?
— Иначе, если бы ты просто искал Цинь Цин, мы могли бы просто прокричать на каждом этаже. Быстро и просто. Зачем обыскивать каждую комнату?
Договорив, Сюй Чжию немигающим взглядом уставился на Чу Сюаня, пытаясь прочитать что-то на его лице. Но, к сожалению, лицо Чу Сюаня оставалось спокойным, не выражая никаких эмоций.
В этот момент они закончили осмотр последней комнаты. Повсюду были лишь трупы, ни одного живого. Но Чу Сюань сразу заметил на одном из столов фонарик.
Он тут же подошёл и взял его. Яркость и дальность луча уступали тактическому, но для помещения этого было более чем достаточно, куда лучше самодельных ламп.
— У тебя богатое воображение. Но... даже если ты во всём прав, что с того?
Чу Сюань остановился, повернулся к Сюй Чжию и вдруг улыбнулся:
— Хуан Гуанмин, Хань Мэймэй, да и те бедолаги, которых заразил Тощий и которые всё равно пытались сбежать... Как они умерли? Помнится, ты дал им всем одну и ту же характеристику.
— Горе от ума!
Произнеся эти слова, Сюй Чжию тоже улыбнулся:
— Я знаю, умников никто не любит, особенно тех, кто умничает не к месту. Но разве я разоблачил тебя при всех? Нет! Я говорю это тебе сейчас не для того, чтобы доказать, какой я умный. Я хочу сказать, что я достаточно ценен, чтобы быть тебе полезным.
— Вот, например, только что. Ян Хуаньчэн, Хэ Жухай и Чэнь Инхао просто хотели сбежать. Но под моим влиянием они в итоге сами умоляли тебя позволить им работать на тебя! Теперь в их картине мира единственный шанс выжить — это следовать за тобой!
— И я могу с уверенностью сказать: если в дальнейшем мы столкнёмся с неизбежной опасностью, у меня есть способ заставить их отказаться от шанса на спасение и добровольно остаться прикрывать отход!
http://tl.rulate.ru/book/159211/9895207
Готово:
