Син Юэ чувствовал, что последние два дня прошли просто отвратительно.
С тех пор как его бросили в эти проклятые Плачущие Рудники, его мир сжался до двух вещей: махания киркой и бесконечной слежки.
В шахте было темно и сыро, и теперь он, словно обычный смертный каторжник, без устали повторял одни и те же движения, добывая руду.
Физической усталости он не чувствовал, но морально его подводил к грани срыва именно этот вездесущий взгляд.
Следили за ними не живые люди, а мертвенно-бледные Бумажные Люди.
Эти бумажные куклы называли себя учениками секты меча.
Они бесшумно рассредоточились по всем углам шахты. Что бы ты ни делал, стоило лишь поднять голову, как в темноте обязательно натыкаешься на пару небрежно нарисованных глаз, пристально уставившихся на тебя.
Буквально только что он усердно долбил твердую породу. Пот катился по лбу, заливая глаза.
Раздраженно вытерев лицо рукавом, он случайно скосил глаза и сердце пропустило удар.
Бумажный Человек, неведомо когда подкравшийся к нему, стоял менее чем в трех футах за спиной, совершенно неподвижно.
Его лицо было обращено прямо к затылку Син Юэ, а глаза, казалось, сверлили череп насквозь, подглядывая за самыми потаенными мыслями.
Син Юэ передернуло, руки, сжимавшие кирку, ослабли.
Еще абсурднее ситуация обстояла с посещением нужника.
В шахте была выкопана простая выгребная яма — единственное личное пространство для заключенных.
Но стоило ему присесть, чтобы справить нужду, в момент наибольшего расслабления, как по спине пробежал холодок.
Внутри всё сжалось. Он резко обернулся: в темном углу, склонив голову, на него смотрел Бумажный Человек своими вечно застывшими рыбьими глазами.
— Предупреждаю, даже не думай отлынивать, старший брат велел с вас глаз не спускать.
Син Юэ так вздрогнул, что почувствовал жар на руках.
Ему показалось, что задержись он над ямой хоть на минуту дольше, этот проклятый Бумажный Человек просто вытащит его оттуда силой.
Разве это заключенные? Это же просто скот в загоне!
Под этим ежедневным гнетом его раны, благодаря добыче руды, почти зажили, но отобранная Бай Юем энергия пока не возвращалась.
Он четко ощущал, что его уровень упал со Стадии Сердечного Кошмара третьего ранга до Ступени Сплетения Костей второго ранга.
Но он не сдавался. Он ждал. Ждал шанса на побег.
И сегодня ночью этот шанс наконец представился.
Глубокой ночью, когда все уже валились с ног от усталости, снаружи шахты вдруг поднялся шум.
В туннель влетели сгустки призрачного зеленого огня, осветив всё вокруг.
Вслед за ними вошли жители деревни в одинаковой униформе и начали командовать заключенными, заставляя выносить только что добытую руду и какие-то неизвестные материалы.
Похоже, в городе снова затевалось что-то масштабное.
Стремясь выслужиться перед надзирателями, все бросились помогать, создав невообразимую суматоху.
Сердце Син Юэ бешено заколотилось.
Сейчас!
Он смешался с толпой, несущей материалы, опустил голову и постарался выглядеть таким же усердным, как эти раболепные заключенные.
Следуя за потоком людей, он подмигнул товарищу и впервые вышел из этой удушающей шахты.
Свежий ночной воздух ударил в голову.
Он увидел, как вдалеке сияет мягкий белый свет — похоже, это был центр Города Напрасной Смерти, где он в прошлый раз заметил легендарного Драконьего Карпа.
Ха, как иронично.
Легендарный символ удачи снизошел в обитель Зловещей Нечисти.
Но раздумывать было некогда. Его взгляд был прикован к темноте вдали — там была окраина городской стены, там была надежда на свободу.
Спихнув ношу на соседнего заключенного, он воспользовался всеобщей суматохой и нырнул в тень, готовясь дать деру.
Однако он переоценил степень неразберихи.
— Стоять! Эй, ты, в черном, стоять, я сказал! — раздался пронзительный визг.
Сердце Син Юэ упало. Он оглянулся и увидел толстого управляющего, который, брызжа слюной, указывал прямо на него.
Это был Чжан Фугуй, бывший подручный Су Чжиюаня.
Заметили!
В панике Син Юэ перестал разбирать дорогу и рванул наутек.
Все его магические инструменты и талисманы были конфискованы, вокруг стояла непроглядная темень, так что он метался по незнакомому городу, словно безголовая муха.
— Побег! Заключенный сбежал!
Крик Чжан Фугуя мгновенно взорвал стройплощадку.
Бумажные Люди и бывшие люди Су Чжиюаня, только и искавшие способ выслужиться, тут же побросали работу.
Громко вопя, они побежали докладывать всем, кто имел хоть какую-то власть в Городе Напрасной Смерти.
— Преступник Достопочтенного Бога сбежал!
— Скорее сообщите госпоже Хунлин!
— Он побежал туда, лови его!
Слыша нарастающий гул за спиной, Син Юэ сгорал от нетерпения.
Не разбирая дороги, он влетел прямо на поле, источающее странный свежий аромат.
Под ногой раздался тихий хруст Крак!, словно он на что-то наступил.
Не успел он опомниться, как во тьме вокруг загорелись пары кроваво-красных глаз.
Ш-ш-ш!..
Из межей и из-под растений молниеносно выскочили несколько черных змей. Подняв головы, они яростно зашипели, выбрасывая раздвоенные языки.
Послышались голоса, полные гнева:
— Кто это?! Он наступил на моего брата!
— Убить его! Братва, защищайте Духовное Поле, берегите поле!
— Фу, какие у него вонючие ноги! Тьфу-тьфу-тьфу!..
— Не трогать, босс сказал людей зря не калечить! Быстро, Сяо Сань, зови Старшую Сестру!
Одна из змеек, с виду самая шустрая, черной молнией метнулась прочь и исчезла в конце межи.
Син Юэ и подумать не мог, что змеи-демоны, занимающиеся сельским хозяйством, могут быть настолько преданны своему делу.
Он хотел бежать, но маленькие черные змеи уже обвили его. Они не кусали, но своими гибкими телами намертво сковали его голени, не давая сделать и шагу.
В этот момент вдалеке послышался быстрый топот и яростная брань женщины:
— Какой, чтоб его разорвало, ублюдок?! Посмел тронуть мое сокровище! Я с него шкуру спущу!
Не успел стихнуть голос, как к ним ураганом подлетела крестьянка в пижаме, с растрепанными волосами, но весьма проворная.
Это была Чжан Цуйгу, которую змейка выдернула прямо из постели.
Чжан Цуйгу с первого взгляда увидела опутанного змеями Син Юэ и раздавленное им духовное растение, из которого сочился светящийся сок. Она мгновенно пришла в ярость.
— Ах ты подонок! Посмел топтать Духовное Поле Господина?
— С виду вроде человек, а творишь такие пакости, как мелкий воришка! Ты хоть знаешь, что это поле — дар Достопочтенного Бога?!
Син Юэ был в ужасе и гневе.
Он узнал эту женщину — именно её он видел несколько дней назад, когда его вели под конвоем; она работала в поле.
Хотя Син Юэ и считал её марионеткой, одурманенной Зловещей Нечистью, убивать её он не хотел. Ему нужно было только сбежать.
Холодно хмыкнув и не в силах освободить ноги, он собрал остатки духовной силы и ударил ладонью в грудь Чжан Цуйгу:
— Прочь с дороги!
Он не собирался убивать, вложив лишь треть силы, рассчитывая просто оглушить эту обманутую смертную.
Однако Чжан Цуйгу даже не подумала уклоняться от удара, в успехе которого он не сомневался. Она лишь нахмурила брови и встретила его ладонь своим кулаком.
Ее кулак был окутан слоем изумрудного света.
Бах!
Кулак и ладонь столкнулись с глухим звуком.
Син Юэ почувствовал, как от её кулака исходит сокрушительная сила, подобная горному обвалу. Его удар вполсилы был смят, словно бумажный.
Следом в его каналы ворвалась дикая, неукротимая энергия, заставив кровь вскипеть.
— Пф-ф! — он с силой рухнул на землю, выплюнув полный рот крови.
Син Юэ лежал на земле, в голове было пусто, а на лице застыло выражение крайнего недоумения.
Его... одним ударом свалила крестьянка?
Он отчетливо чувствовал колебания духовной силы в том ударе — это был пик второго ранга!
Всего шаг отделял её от Стадии Сердечного Кошмара третьего ранга!
Крестьянка, копающаяся в земле, обладает силой пика второго ранга?!
Это вообще законно?!
Это, мать вашу, вообще законно?!
Чжан Цуйгу, даже ударив, не успокоилась. Уперев руки в боки, она продолжала браниться:
— С такими жалкими трюками ты еще смеешь буянить в Городе Напрасной Смерти?
— Эй, люди! То есть, змеи! Свяжите этого ворюгу покрепче, отведем к Господину на суд.
Благодаря дару божества она обрела силу, а работая ради него — нашла смысл жизни. Она давно переродилась.
— Есть, Старшая Сестра!
— Будет сделано, Старшая Сестра!
Маленькие черные змеи, получив приказ, радостно зашипели и в два счета спеленали потерявшего волю к сопротивлению Син Юэ, превратив его в тугой кокон.
Тем временем на шум сбежались жители деревни, тыкая пальцами в валяющегося в грязи Син Юэ.
Син Юэ лежал в холодной грязи, чувствуя, как путы затягиваются всё туже, и ловил на себе взгляды — жалостливые, насмешливые, злорадные. Его лицо побагровело.
Он, Син Юэ, двадцать лет служивший капитаном Стражи Сюаньшуй, никогда еще не испытывал такого несмываемого позора!
* * *
http://tl.rulate.ru/book/159208/9927488
Готово:
