— Что всё это значит? — С недоумением спросил Мурад, глядя на собравшихся.
Колонна замерла, и все – от простых солдат до высших офицеров – теперь толпились у его кареты. Странное зрелище заставило Мурада похолодеть.
По спине пробежал озноб.
«Неужели мой план раскрыт? Осман Нури и остальные решили схватить меня и вернуть назад?» – в ужасе подумал он.
Его панические мысли прервал голос Османа Нури:
— Ваше высочество, молим вас, вернитесь с нами в Стамбул!
Мурад в шоке обвел взглядом присутствующих.
Здесь стояли те, кому он доверял больше всего!
Осман Нури, последовавший за ним в Пловдив; Топор, присягавший на верность; те самые черкесы, которых он приютил.
Неужели все они предали его?
Пока в голове Мурада разыгрывалась драма, Осман Нури заговорил снова:
— Преступник Абдул-Азиз низложен! Ваше величество, просим вас немедля отправиться в Стамбул, дабы занять престол Османов!
— Что? Преступник Абдул-Азиз? — Мурад смотрел на него, не веря своим ушам.
Как это – взяли и свергли?
Не дожидаясь ответа, Осман Нури первым пал на колени, а за ним и вся толпа. Раздался оглушительный клич:
— Да здравствует султан Мурад!
Тот еще и на трон не сел, а Осман Нури уже титуловал его по-новому.
— Да здравствует султан Мурад!
— Да здравствует султан Мурад!
Крики становились всё громче, сливаясь в единый гул.
Мурад беспомощно смотрел на ликующую толпу. Он и помыслить не мог, что его вот так, на обочине дороги, провозгласят правителем империи.
— Да здравствует великий император Османской империи Мурад! — Внезапно прорезал воздух чей-то голос.
Мурад увидел Пак Чи Хи, который подбежал к нему с куском желтой ткани в руках. Набросив её на плечи принца, кореец пояснил:
— Великий государь, таков обычай на Востоке! Тот, кто облачен в желтое, станет новым императором!
— Мы в Османской империи, нам не нужны восточные лохмотья, — буркнул Мурад, всем видом показывая пренебрежение к подношению.
Однако руки его непроизвольно вцепились в ткань, плотнее запахивая её на груди.
Сомнений не оставалось: крики Османа Нури и солдат разбудили в нем жажду власти.
Раз можно остаться и править, идея бегства мгновенно вылетела у него из головы.
Быть султаном – риск, но кто в здравом уме откажется от короны, которая сама идет в руки!
Тем не менее, верный своей осторожности, он решил сначала во всем разобраться.
— Кхм, — он откашлялся и, подозвав Османа Нури поближе, шепнул:
— Осман Нури-бей, что здесь происходит на самом деле?
— Государь, как видите, мы провозглашаем вас тридцать третьим султаном империи, — почтительно отозвался тот.
Мурада такой ответ не устроил. — Я спрашиваю про Абдул-Азиза, — уточнил он.
— Про Абдул-Азиза? — Осман Нури склонился к самому уху принца. — Всё именно так, как я сказал. Али-паша на днях покончил с его правлением.
— Сейчас Стамбул ждет своего нового господина. Ждет вас, ваше величество.
В голосе Османа Нури звучал чистый соблазн.
— Откуда такие вести? — Спросил Мурад.
— Сегодня мне сообщил мой учитель через офицера жандармерии, — смиренно ответил Осман Нури.
Мурад кивнул. Это объяснение казалось логичным.
Он поверил. В конце концов, кто станет выдумывать свержение действующего султана, чтобы заманить наследника в столицу на верную гибель?
Выбравшись на крышу кареты, Мурад обратился к собравшимся:
— Султан Абдул-Азиз был свергнут за свою тиранию. Я, как наследник престола, ныне отправляюсь в Стамбул, чтобы принять бразды правления!
— Верные мои воины! Мне нужно, чтобы вы сопровождали меня в столицу. Как только я взойду на трон, каждый из вас получит достойную награду!
Речь была короткой.
Мурад поначалу хотел приписать Абдул-Азизу еще пару грешков – вроде любви к женским платьям, содомии или тайного перехода в христианство, чтобы окончательно подорвать его легитимность.
Но, поразмыслив, решил не пересаливать.
Всё-таки Абдул-Азиз – член правящей династии, и чернить его значило чернить весь их род.
Мурад рассудил, что в войне, которая и так выиграна, лишняя грязь ни к чему.
— (Мурад поверил Осману Нури на слово, ни на секунду не усомнившись в успехе переворота.)…
Как только речь закончилась, воодушевленные солдаты начали разворачивать коней. Теперь их целью был не Бургас, а Стамбул.
Весь путь Мурад терзался волнением вперемешку с безграничными ожиданиями.
Но если Мурад просто нервничал, то Османа Нури буквально трясло. Он ведь тоже не знал наверняка, начался ли мятеж Али-паши и увенчался ли он успехом.
Поэтому всю дорогу он старался нарастить их силы. В каждом военном лагере, где еще не было телеграфа, он именем Мурада забирал людей под начало, объясняя это почетным эскортом будущего султана.
Когда появлялся сам Мурад, офицеры не смели перечить – никто не хотел наживать врага в лице нового правителя.
Благодаря такому наглому обману к моменту подхода к окрестностям Стамбула войско Мурада разрослось до двенадцати тысяч человек. Почти шесть тысяч новых штыков Осман Нури вовлек в эту авантюру по пути.
У столицы на дорогах стало людно. Огромная армия привлекала всеобщее внимание.
Впрочем, люди не слишком тревожились: ну, идет какое-то войско к Стамбулу, что с того? Не мятежники же, в самом деле.
Долгие годы мира внутри империи притупили в людях чувство опасности.
Лишь когда авангард Мурада показался у самых стен, столичная знать и чиновники почуяли неладное.
http://tl.rulate.ru/book/159136/9956517
Готово:
