Глава 5. Миссия в Коноху
После того как Пакура отвесила ему «дружеский» подзатыльник и скрылась в ночи, Камидай ещё долго сидел, потирая ушибленное место.
— Вот ведь зараза... — пробормотал он, запихивая в рот сразу пять штук суши, чтобы заесть обиду. — А я ещё думаю, как её спасти от предательства в будущем. Мой гениальный мозг — достояние человечества, а она по нему руками машет! А если я от этого удара поглупею?
Впрочем, злиться на Пакуру долго было невозможно. Камидай знал: это её способ проявлять заботу. Он доел остатки деликатеса и завалился на кровать, закинув ноги на спинку.
«Скукотища... — размышлял он, глядя в потолок. — В этом мире ведь уже есть телевизоры, да? Жаль, Суна такая нищая, что их тут днем с огнем не сыщешь. Сделал бы пару марионеток на продажу, купил бы себе телек... Хотя какой толк, тут даже каналов нормальных нет. Никаких развлечений, одна сплошная пыль».
Повалявшись ещё немного, он снова сел за стол и принялся ковыряться в деталях. Работа с механизмами была единственным, что успокаивало его нервы.
...
Дни летели один за другим. Пакура больше не появлялась — видимо, её действительно отправили на границу. Без её визитов дом Камидая окончательно превратился в обитель затворника.
Прошло полмесяца. Глубокой ночью, когда Камидай уже видел десятый сон, дверь его хижины внезапно распахнулась.
В ту же секунду сработали ловушки. Десятки отравленных сенбонов со свистом прорезали воздух, устремляясь к дверному проему. Мальчик вскочил как ошпаренный, его пальцы уже сплетали нити чакры, соединяясь с Синназуки. Марионетка мгновенно открыла глаза, готовая к бою.
— Кто здесь?! — выкрикнул он, чувствуя, как холодный пот стекает по спине.
Но, разглядев фигуру в дверях, Камидай тут же оборвал нити чакры. Его лицо мгновенно преобразилось: страх сменился подобострастной, чуть виноватой улыбкой.
— Ой, дядя Кайто! — Камидай спрыгнул с кровати. — Что же вы так пугаете? Зачем же вы так поздно?
Третий Казекаге стоял на пороге, мрачно глядя на россыпь сенбонов, вонзившихся в косяк двери.
— Ты зачем в собственном доме такие ловушки ставишь? — сухо спросил он.
— Так ведь береженого бог бережет! — запричитал Камидай, потирая затылок. — Вы же знаете, дядя, я слабый, беззащитный... Мало ли кто решит ограбить честного марионеточника. Нужно же как-то выживать. Но... что привело вас ко мне в такой час? Неужели что-то случилось?
Казекаге прошел в комнату и сел на единственный стул. Его лицо было серьезным как никогда.
— Собирайся. У меня есть для тебя задание государственной важности.
У Камидая внутри всё похолодело. «Важное задание»? У него? У «слабого и беззащитного» генина? Это не сулило ничего хорошего.
— Дядя Кайто, — начал он, стараясь придать голосу максимум энтузиазма, — я всегда готов послужить Суне! Я буду работать в две смены, буду собирать марионетки день и ночь, чтобы наши шиноби были во всеоружии!
Он лихорадочно соображал, как бы половчее увильнуть от любой полевой работы.
Казекаге жестом прервал его поток красноречия.
— Марионетки подождут. Я решил отправить тебя шпионом в Коноху.
В голове у Камидая словно что-то взорвалось. Шпионом? В Коноху?! В логово самого сильного зверя, когда мир вот-вот рухнет в пучину войны?
— К-куда?.. — заикаясь, переспросил он. — Дядя, вы, должно быть, шутите. Я же... я же даже в другой район деревни без карты не хожу! У меня топографический кретинизм! И меня укачивает в дороге! А климат Конохи? Там же влажно, у меня начнется аллергия, сыпь, расстройство желудка... Какой из меня шпион? Меня любой школьник из их Академии раскусит в два счета! Это же погубит всё дело! Нет-нет, я не могу так подставить родную деревню!
— Камидай, это не обсуждается, — голос Казекаге стал стальным. — Ты — шиноби Песка и мой соплеменник. Деревня нуждается в тебе. Тебе не придется сражаться. Твоя единственная цель — внедриться и затаиться.
Мальчик был готов разрыдаться.
— Дядя, ну пожалуйста! Я же врать совсем не умею! Я приду туда, и у меня на лбу будет написано: «Я шпион из Песка». Найдите кого-нибудь другого, более талантливого!
Он понимал, что сейчас Коноха — самое опасное место на земле. Там уже вовсю идет мобилизация, там Минато Намиказе, там Данзо с его «Корнем». Попасть туда в такое время — всё равно что добровольно прыгнуть в пасть льву. А если начнется война, его, как человека с неясным прошлым, первым делом отправят на передовую в качестве смертника.
Казекаге с силой ударил ладонью по столу.
— Довольно! Ты ведешь себя как трус! Твое нежелание исполнить долг граничит с дезертирством!
— Но я никогда и не хотел быть ниндзя! — в отчаянии выкрикнул Камидай. — Это вы мне всучили этот протектор!
На мгновение на лице Казекаге промелькнуло замешательство. Он действительно сам присвоил племяннику звание генина, надеясь, что талант к марионеткам — лишь верхушка айсберга. Ожидания не оправдались, но сейчас это не имело значения.
— Это приказ, — отрезал Казекаге, поднимаясь. — Даже если бы ты был гражданским, ты — часть деревни и член моей семьи. Если Суне нужно, чтобы ты пожертвовал собой — ты это сделаешь. У тебя есть два пути: либо ты отправляешься в Коноху, либо я объявляю тебя дезертиром, и ты сгниешь в тюрьме строгого режима до конца своих дней. Выбирай.
Камидай смотрел на дядю, не веря своим ушам. «Семья», «долг»... Красивые слова, за которыми скрывалась холодная готовность пустить его в расход ради политических выгод. Выбора у него действительно не было.
http://tl.rulate.ru/book/159062/9837171
Готово:
