— Травы упакованы. Осталось четыре золотых монеты, — Старый Ми завершил сделку с довольным выражением лица. На этой сделке он заработал как минимум два золотых. Для мага два золотых, может, и не деньги, но для него — вполне приличный навар.
Дорай кивнул, упаковал вещи, закинул мешок за спину и сказал:
— Я буду приходить раз в месяц.
Услышав это, Старый Ми вздохнул с облегчением и стал еще более радушным:
— Буду очень рад. Твое зелье духовной силы очень хорошее, чистое, клиентам нравится.
Дорай поправил мешок:
— Зелье силы тоже неплохое, а вот зелье ловкости похуже. Если бы у меня был рецепт, я бы не пользовался их товаром.
На самом деле рецепт у Дорая был, он просто не хотел раскрывать все карты.
Старый Ми кивнул:
— Многие ученики специализируются только на чем-то одном. Освоить другое очень сложно. Но обмен — это отличный выход.
Завершив сделку, Дорай покинул аптеку и быстро вернулся домой. Он заперся в лаборатории, чтобы приготовить специальное зелье для Феллера.
Он купил немного того самого наркотика и собирался добавить в него кое-что от себя.
Он успокоился и задумался. До сих пор он помнил, как Феллер пришел за ним — высокомерный, властный, словно он был хозяином жизни и смерти. Его взгляд, которым он смотрел на Дорая как на мертвеца... Дораю очень не нравился этот взгляд, он стал его ночным кошмаром.
Для мага ясность ума была критически важна. А Феллер, Кармен и Дис стояли перед ним как горы, вызывая ненависть и гнев, что замедляло рост его духовной силы.
Поэтому они должны умереть.
После смерти отца и сына Аодо разум Дорая прояснился, и в ту же ночь он смог визуализировать еще две монеты. Если умрут эти трое, его сила должна значительно возрасти. Неважно, из-за кошмаров или ради душевного спокойствия, эти три подонка должны умереть.
Раз они считали его муравьем, пусть не обижаются, что он тоже считает их муравьями.
Потратив немного времени, он смешал яд с наркотиком. Все было готово. Он совсем не паниковал, наоборот, был очень спокоен.
На четвертый вечер Дорай, снова сменив внешность на образ молодого аристократа, пришел в военный бар, когда Феллер был на дежурстве.
Прождав до десяти вечера и не увидев Феллера, Дорай мысленно посетовал на невезение. Он тихо пробрался в Северный район и обнаружил, что Феллера нет и дома.
Куда же он делся? Дорай решил устроить засаду.
Плотность патрулей в Северном районе была очень высокой. Дорай потратил большую часть своих сбережений на дорогую одежду, чтобы не вызывать подозрений на улице. Если бы он был одет как простолюдин, его бы сразу остановили для допроса или забрали в участок и избили.
У него теперь была психологическая травма, связанная с полицией.
Вечером он спрятался на дереве снаружи, замерев и замедлив циркуляцию крови.
В десять вечера издалека послышался стук копыт, и вскоре к переулку подъехала повозка.
В этом переулке жило много людей, и Дорай не знал, кто это.
Вскоре он увидел, как изящная карета остановилась у входа в переулок. Из нее вышли двое мужчин, а затем вытащили пьяного человека.
В темноте было не разобрать лиц, но пьяный бормотал что-то невнятное, и по голосу Дорай узнал Феллера. Взглянув на троицу, Дорай не испытал ни радости, ни грусти. Похоже, сегодня снова ничего не выйдет.
Он замер, не сводя глаз с троицы, идущей по переулку.
Двое мужчин шли, смеясь и болтая, таща Феллера. Вскоре они подошли к его дому.
Они небрежно бросили его у двери, слегка постучали и сразу же ушли, не желая задерживаться.
Уходя, они обсуждали, чья дочь красивее, у чьей жены задница больше, а у чьей невестки грудь пышнее. Ни одного приличного слова, на лицах — похоть.
Дорай смотрел, как они уходят, затем перевел взгляд на лежащего у двери Феллера. Он был в недоумении.
Вскоре двое мужчин сели в карету и исчезли в конце переулка.
А в доме Феллера по-прежнему было темно. Казалось, никто не услышал стука.
Глаза Дорая медленно загорелись, сердце забилось чаще. «Неужели это шанс, посланный небесами?»
Понимая важность момента, он тихо спустился с дерева, подкрался к двери и прислушался.
Внутри было тихо.
Дорай опустил голову и пристально посмотрел на лежащего у его ног Феллера. Тот валялся как куча грязи, в темноте лица было не разобрать.
Этот паразит империи.
Почти не раздумывая, Дорай надел перчатки, перевернул Феллера, достал из-за пазухи флакон, открыл его и положил пробку в карман.
Приложив некоторые усилия, он открыл рот Феллера и с бесстрастным лицом влил в него все содержимое флакона. Феллер выпил все до последней капли и даже пробормотал: «Еще стаканчик».
Дорай холодно усмехнулся, в его глазах мелькнуло удовлетворение. «Следующего стаканчика не будет», — подумал он. Осторожно положив Феллера, он сильно постучал в дверь, быстро отбежал и скрылся в темноте.
Через мгновение внутри зажегся свет, дверь открылась, и вышла женщина в небрежно накинутой одежде. Она затащила Феллера внутрь. Увидев это, Дорай тихо удалился. Он чувствовал, что еще один груз свалился с его души, и дух его воспрял.
Выйдя из переулка, Дорай вздохнул с облегчением. Он поправил одежду и с невозмутимым видом покинул Северный район.
Остались Кармен и Дис. Только двое.
…
Дис сидел в кабинете начальника полиции и с беспомощным видом слушал доклад из военного ведомства.
Младший капитан городской стражи умер на животе собственной жены. Что тут расследовать? Все эти коррумпированные стражники одинаковы!
— Я надеюсь, полиция возьмет это дело на себя. Расследование преступлений — не в компетенции военного ведомства. Хотя смерть Феллера и не была славной, полиция должна провести расследование.
Военное ведомство стояло выше полиции, поэтому говоривший держался уверенно.
Смерть Феллера была слишком позорной, поэтому военное ведомство решило придумать более пристойную версию окончания его грешной жизни.
Инспектор полиции Морено кивнул:
— Не волнуйся, Грей. Мы все сделаем красиво.
Грей пожал плечами и кивнул:
— Тогда полагаюсь на вас. Приятно иметь с вами дело.
— Взаимно.
Грей быстро ушел.
В кабинете остались только Дис и инспектор Морено. Дис с бесстрастным лицом посмотрел на Морено:
— Инспектор, что будем делать?
Морено скривил губы:
— Как обычно.
Лицо Диса слегка дернулось:
— Сейчас сделаю.
Он медленно встал и вышел из кабинета.
«Как обычно» означало найти козла отпущения и представить все как убийство! И выплатить семье Феллера компенсацию, иначе военное ведомство будет недовольно.
Аристократы заботились о своей репутации, особенно в насквозь коррумпированном военном ведомстве. Какая к черту репутация!
Но делать было нечего.
Дис вернулся в свой кабинет и вызвал Кармена:
— Сверху спустили задание. Разберись.
Он бросил папку Кармену.
Кармен, с его обычной небрежностью, лишь мельком взглянул на документы, все понял и ухмыльнулся:
— Предоставьте это мне.
…
Через два дня Дорай, изменив внешность, тихо подошел к входу в бар Гильдии Убийц.
Глядя в темный проем, он немного нервничал, но все же вошел. Два золотых — это немного, но и комариная ножка — мясо. К тому же, ему придется часто иметь с ними дело. Когда он станет сильнее, то сможет брать задания за тридцать, пятьдесят, а то и за сто золотых.
В баре по-прежнему было темно. В тусклом свете сидело несколько человек.
Он взглянул на них, они взглянули на него. Затем он с невозмутимым видом подошел к стойке.
http://tl.rulate.ru/book/159042/9814510
Готово:
