Глава 21. Новый год
С той памятной ночи, когда Таичи впервые встретил Белого Клыка, минуло уже полгода. Время таяло, словно снег на ладони.
За эти месяцы связь между Ягами Таичи, Какаши и Майто Гаем крепла с каждым днем. Троица стала друг для друга чем-то большим, чем просто товарищи — они стали семьей.
Дуэт «вечных гостей» теперь приходил в дом Хатаке не только ради вкусного ужина. Сакумо, видя их рвение, взял на себя роль наставника, лично руководя тренировками сына и его друзей. Поначалу Какаши, ревнуя к вниманию отца и устав от постоянного присутствия этой парочки, излучал такую темную ауру, что, казалось, вот-вот выхватит клинок и продемонстрирует на них фамильное искусство фехтования Хатаке.
Но нельзя было не признать: Сакумо не зря носил титул «Белый Клык Конохи». Этот человек был живой энциклопедией войны. Его боевой опыт, глубочайшее понимание ниндзюцу и знание особенностей шиноби из других стран были поистине безграничны. К тому же, обучал он с такой самоотдачей и терпением, что прогресс не заставил себя ждать.
Под крылом Сакумо боевая мощь Таичи взлетела до небес. Теперь он мог сражаться с Майто Гаем на равных, не уступая «Зеленому Зверю» ни на шаг. Конечно, до уровня Какаши им обоим было еще далеко. Основная проблема Гая заключалась в невозможности использовать ниндзюцу: пока его тело не повзрослеет, он мог лишь оттачивать технику тайдзюцу, но прирост в силе и скорости начал замедляться — физиология брала свое.
Таичи же, напротив, не только окреп физически и подтянул владение клинком, но и значительно расширил арсенал. Помимо базового «Огненного Шара», он перенял у Сакумо технику «Стихия Ветра: Великий Прорыв».
Благодаря помощи Теневых Клонов, Таичи сумел создать свое первое комбинированное ниндзюцу — «Стихия Огня: Техника Яростного Пламенного Шара».
Поначалу он хотел придумать для своего детища какое-нибудь пафосное и сложное название, достойное легенд. Но, поразмыслив, остудил пыл: «Если я назову комбинацию техник ранга D и C как-то вычурно, то как же мне тогда называть техники S-ранга в будущем? Слов не хватит».
«Яростный Пламенный Шар» в исполнении Таичи по убойной силе мог соперничать с техниками ранга B, вроде «Великого Пламенного Выстрела». И хотя за полгода объем его чакры заметно вырос, эта техника требовала участия Теневого Клона, что делало расход энергии колоссальным.
...
За окном расцветали огненные цветы фейерверков. Таичи сидел у подоконника, глядя на праздничные огни, и сердце его сжимала тихая, тягучая тоска.
«Уже год... Как быстро летит время, — пронеслось у него в голове. — Интересно, как там родители? Живы ли, здоровы? Когда я исчез... наверное, только вы и помните меня до сих пор».
Одинокая слеза скатилась по щеке, прочертив влажную дорожку. В эту шумную, полную радости ночь, в деревне скрытого листа был один потерянный дух, чужак в этом мире, не знающий дороги домой.
— Таичи, ты дома? — Внезапный голос разорвал тишину, выдергивая его из омута печали.
Таичи поспешно смахнул слезу, нацепил маску спокойствия и направился к двери.
— Я здесь!
Щелкнул замок, дверь распахнулась.
— Какаши? — Таичи удивленно уставился на гостя. — Что ты тут делаешь?
Дом Хатаке находился неблизко, а на улице валил густой снег. Серебристые волосы Какаши и его плечи были припорошены белыми хлопьями, словно сахарной пудрой. Таичи посторонился, жестом приглашая друга внутрь, чтобы тот согрелся.
Но Какаши лишь мотнул головой:
— Отец приглашает тебя к нам.
— А? Зачем? — Таичи недоуменно моргнул. — Сегодня же семейный праздник, Новый год. Что мне там делать, я же посторонний?
— Я сам не знаю, пошли — узнаешь, — буркнул Какаши и махнул рукой, приказывая следовать за ним.
— Эй, дай хоть одеться! — Таичи, не успев толком обдумать происходящее, схватил куртку и выскочил следом.
Они шли по заснеженным улицам Конохи. Деревня сияла тысячами огней. Это была единственная ночь в году, когда отменяли комендантский час. Тень войны никуда не исчезла, и любой здравомыслящий шиноби понимал: Третья Мировая — лишь вопрос времени. Но именно поэтому сегодня люди праздновали с удвоенной силой, выплескивая накопившееся за год напряжение, стараясь забыть о грядущем мраке.
Таичи скосил глаза на идущего рядом друга:
— Так что случилось? Зачем звать меня так поздно?
— Наверное, он подумал, что ты там один киснешь, — не глядя на него, ответил Какаши. — Поэтому отец сказал притащить тебя встречать Новый год с нами.
Таичи замер на секунду. Теплая волна благодарности смыла остатки грусти.
— Спасибо.
Какаши, услышав это тихое «спасибо», даже не замедлил шаг.
— Лучшей благодарностью будет, если ты перестанешь объедать нас по вечерам.
— Ну уж нет, это невозможно! Твоя стряпня слишком хороша, чтобы от неё отказываться! — рассмеялся Таичи.
— Тогда не благодари. — Какаши резко остановился и повернулся, глядя прямо в глаза. — Нам это не нужно. Между нами не должно быть этих формальностей.
Таичи выдержал его взгляд, и на его лице расплылась широкая улыбка.
— Ты прав. Нам это не нужно.
«Какаши... Ты совсем не такой, как в аниме, — подумал Таичи. — Конечно, это ведь реальный мир, а может, параллельная вселенная. Но такой Какаши... черт возьми, он даже милый».
— Ну чего застыл?! — крикнул Какаши, заметив, что Таичи отстал. — Шевелись!
— Иду, иду! — Таичи плотнее закутался в куртку и побежал догонять друга.
В доме Хатаке их уже ждал накрытый стол. Сакумо встретил их в прихожей.
— Рад, что ты пришел, Таичи. Проходи скорее, грейся, — его глаза улыбались, излучая отеческое тепло.
Таичи почтительно поклонился:
— Простите за беспокойство.
— Раньше ты не был таким вежливым, а? — усмехнулся Сакумо. — Таичи, расслабься. Чувствуй себя как дома.
Таичи застенчиво улыбнулся. И правда, последние полгода он фактически жил у них, ужиная здесь каждый вечер. Но обычно рядом был шумный Майто Гай, разбавляющий атмосферу, а сегодня, в такой интимный семейный праздник, Таичи чувствовал себя немного не в своей тарелке.
Какаши, уже снявший верхнюю одежду и усевшийся за стол, фыркнул:
— Ты умеешь смущаться? Я думал, твоя кожа толще городской стены.
— Какаши, я же говорил тебе, будь вежливее, — Сакумо ласково взъерошил колючую прическу сына. — Садись, Таичи.
Таичи кивнул, скинул куртку и занял место за столом. Заметив, что гость всё ещё напряжен, Сакумо поднял чашку с саке:
— С Новым годом, дети! А вам пока — сок.
— С Новым годом!
— С Новым годом!
Звон бокалов, вкусная еда, тепло очага. Таичи смотрел на прозрачное саке в чашке Сакумо, и в нем проснулась ностальгия. В прошлой жизни он мог пить крепкий алкоголь литрами, а пиво — ящиками. А вот настоящего японского саке он так и не попробовал.
«Всего один глоточек...»
Как только рука Таичи потянулась к бутылке, её перехватила стальная хватка Белого Клыка.
— Таичи, несовершеннолетним алкоголь запрещен, — с той же неизменной улыбкой произнес Сакумо.
— Хе-хе, просто хотел узнать, какой он на вкус, — Таичи неловко одернул руку.
— Вырастешь — узнаешь, — Сакумо, посмеиваясь, опрокинул очередную чарку.
Тут в разговор вступил Какаши:
— И что в этом хорошего? Оно даже пахнет противно и резко!
— Вырастешь — поймешь, — философски повторил Сакумо.
Вскоре Сакумо поднялся из-за стола:
— Прошу прощения, я ненадолго отлучусь.
Едва хозяин дома вышел, взгляд Таичи магнитом притянуло к оставленной на столе бутылке.
Какаши, заметив этот плотоядный взгляд, насторожился:
— Ты же не собираешься пить тайком?
— А ты разве не хочешь попробовать? — в голосе Таичи зазвучали искусительные нотки. — Это напиток для настоящих взрослых мужчин! Кто знает, может, Сакумо-сан стал таким сильным именно благодаря этому эликсиру? Не хочешь проверить?
— Глупости. Как эта гадость может сделать кого-то сильнее? — фыркнул Какаши, но его глаза предательски скользнули к бутылке.
Таичи понял: клиент созрел. Не теряя времени, он схватил бутыль и до краев наполнил обе чашки — свою и Какаши.
— Таичи... — начал было Какаши, но его перебили.
— До дна! С Новым годом, Какаши! — Таичи залпом осушил свою чашку.
Какаши замер, не зная, что делать — пить или не пить. Видя колебания друга, Таичи решил помочь: он схватил чашку Какаши и поднес её прямо к его губам, настойчиво наклоняя.
Какаши, застигнутый врасплох, не пролил ни капли — все содержимое оказалось у него внутри.
— Говоришь «нет», а тело такое честное! — расхохотался Таичи. — Давай по второй!
В пылу азарта Таичи даже не заметил, как глаза гениального ниндзя вдруг стали мутными и расфокусированными.
...
Тем временем Сакумо, возвращаясь из уборной, размышлял:
«Таичи — славный малый. Добрый, честный, и с Какаши они отлично ладят. Пожалуй, присмотрюсь к нему еще немного и возьму в ученики официально».
За эти полгода Таичи не раз просил взять его в ученики, но Сакумо вежливо отказывал. Он наблюдал. Талант мальчика был посредственным, это правда, но его упорство и трудолюбие перекрывали всё. Да и в кендзюцу у него проклевывались способности.
С этими мыслями Белый Клык вошел в комнату... и застыл.
На полу, в картинных позах, валялись два тела. Рядом сиротливо лежала пустая бутылка из-под саке.
Сакумо тяжело вздохнул и покачал головой:
— Испытательный срок продлевается.
http://tl.rulate.ru/book/158753/9757821
Готово:
