Глава 7. Пятьсот кругов, о, пятьсот кругов!
— Меня зовут Майто Гай! Ты — первый, кто признал мою Юность! Прошу, скажи мне своё имя!
Едва закончив представление перед классом, Гай плюхнулся на скамью рядом с Таичи. Он схватил руку мальчика и сжал её в своих ладонях, глядя на него сквозь потоки слёз, струящихся по щекам.
— Я — Ягами Таичи. Зови меня просто Таичи, — он попытался деликатно высвободить руку, опасаясь, что фонтан эмоций Гая (вместе с соплями) забрызгает его одежду. — И я не первый, кто тебя признал. Ты сам это сделал! Твой успех — это результат твоих усилий и самодисциплины.
Услышав это, Гай, казалось, вот-вот взорвётся от переполняющих чувств.
— Как и ожидалось от человека, признавшего мою Юность! Твои слова бьют в самое сердце! С сегодняшнего дня ты — мой лучший друг! И человек, которого я буду защищать ценой жизни!
— Майто Гай! — грозный окрик учителя прервал их. — Не шуми на уроке! Ещё раз услышу — пойдёшь стоять в коридор!
— Есть, Рютао-сенсей! — гаркнул Гай, вскакивая по стойке смирно.
— Ха-ха-ха!
— Гляньте на этого придурка!
Весь класс покатился со смеху, и даже Таичи не смог сдержать улыбку, глядя на эту нелепую, но искреннюю сцену.
Урок пошёл своим чередом. Утро посвятили практике контроля чакры, а вот после обеда началась лекция о «Воле Огня».
«Ну началось... Техника промывания мозгов Третьего Хокаге в действии», — мысленно вздохнул Таичи.
Слушая монотонный голос учителя, он думал о том, как Хирузен извратил наследие Основателей. «Третий, ах Третий... Ты умудрился не перенять ни одного достоинства Второго Хокаге, зато мантру про "Злых Учих" вызубрил на отлично, да?»
Таичи не слушал. Сбежать он не мог, поэтому втихаря тренировал контроль чакры — занятие нудное, требующее терпения, как шлифовка камня водой. Без врожденного таланта только упорство и могло помочь.
Гай же, напротив, слушал, открыв рот. В его глазах время от времени вспыхивал фанатичный огонь.
«Эх, глупый ребенок... — с жалостью подумал Таичи, косясь на соседа. — Тебя обрабатывают по полной программе».
В другом конце класса сидел Какаши. Он демонстративно прикрыл глаза, всем своим видом показывая скуку. Иммунитет к пропаганде? Пока да. Но Таичи знал: когда погибнут Белый Клык, Минато, Обито и Рин, сломленный Какаши попадет в АНБУ, и там Третий лично займется полировкой его сознания.
«Впрочем, сейчас я ничем не могу помочь. Главное — личная сила. А с ней у меня беда... Потенциал этого тела низок. Моя чакра не то что до Какаши не дотягивает, она даже по меркам обычных детей из гражданских семей средненькая».
...
Шли дни. Дружба Таичи и Гая крепла. Каждый день после уроков они шли на полигон.
— Таичи! Чтобы наша Юность сияла ярче, мы пробежим вокруг площадки 500 кругов! Если не сможем — сделаем 1000 отжиманий! Вперёд, Таичи!
Гай срывался с места, словно спущенная пружина. После того как он преодолел барьер при поступлении, 500 кругов для него стали разминкой. Он словно сломал лимитер своего тела.
Но для Таичи 500 кругов звучали как смертный приговор. В лучшем случае он выдерживал пятьдесят, после чего падал без сил. И тогда Гай, этот монстр выносливости, взваливал его на плечи, добегал свои круги, оттаскивал Таичи домой, а потом бежал к себе!
— Зверь... Просто зверь, — стонал Таичи, наблюдая за удаляющейся зеленой спиной. Он завидовал. Завидовал этой невероятной способности восстанавливаться за ночь и встречать новый день полным энергии.
Но тренировки давали плоды. Таичи чувствовал, как крепнут мышцы, как немного, но всё же растёт резерв чакры. Прогресс был медленным, но верным.
Месяц пролетел незаметно. Скучно, но продуктивно. Таичи избавился от привычки спать до обеда, заменив её утренними пробежками. В Академии начались уроки тайдзюцу и метания сюрикенов. Таичи впитывал всё, кроме идеологической чепухи. Он знал: у него нет сюжетной брони и «глаз-батареек», чтобы раскидывать врагов налево и направо. В грядущей Третьей Мировой Войне эти базовые навыки станут его единственным шансом на выживание.
Рютао-сенсей как-то обмолвился, что объём чакры Таичи достиг уровня генина. Обычные упражнения перестали давать быстрый рост, требовались утяжелители или естественное взросление. Но с грузами нужно быть осторожным, чтобы не остановить рост костей. Не у всех же здоровье как у клана Сенджу или Майто Гая.
Таичи пытался выпросить у учителя простенькое ниндзюцу, но получил отказ. «Рано. Боевые техники первогодкам запрещены. Три базовые техники (Каварими, Буншин, Хенге) будут только на втором курсе».
Очередное напоминание, что бесклановым пробиться сложно. Какаши уже вовсю использовал низкоранговые техники — Таичи видел это случайно во время тренировки с Гаем. Тогда Хатаке лишь бросил на Гая холодный взгляд и ушёл, проигнорировав вызов.
Гай не унывал:
— Я! Майто Гай! Рано или поздно я побью тебя! Какаши, ты мой Вечный Соперник!
У Таичи оставалась надежда на дядю Окаву. «Бесплатный учитель на дому», — шутил он про себя. Но Окава пропал. Больше месяца ни слуху ни духу. Тревога начинала подгрызать сердце.
...
Закончив очередную пытку... то есть тренировку с Гаем, Таичи еле волочил ноги домой. Подойдя к двери, он замер: в окнах горел свет.
— Дядя! Ты вернулся!
Вбежав в дом, он увидел Окаву, живого и здорового. Эмоции захлестнули его, и Таичи с разбегу уткнулся носом в жилет джонина.
— Таичи! Скучал по дяде? А я привез тебе подарок! — Окава рассмеялся, подхватил мальчика на руки и взъерошил ему волосы.
— Конечно, скучал! Ты не ранен? — Таичи внимательно осмотрел его.
— Я же джонин! Как такая простая миссия могла меня задеть?
Он опустил Таичи на пол и достал из-за спины короткий меч — танто.
— Вот. Трофей. Достался от одного ниндзя Тумана. Качество отменное, думаю, тебе подойдет. Нравится?
Таичи принял оружие. Танто, длиной около пятидесяти сантиметров, легко выскользнуло из ножен. Лезвие хищно блеснуло в свете ламп, излучая холодную опасность.
— В сплав добавлена чакропроводящая руда. Он прочнее, острее и лучше проводит чакру, чем стандартное оружие. Попробуй напитать его.
Таичи сосредоточился и направил поток чакры в рукоять. Лезвие тут же окуталось голубоватым сиянием. Он подошел к старому столу и легонько махнул клинком по углу.
Вжик.
Танто прошло сквозь дерево, как раскаленный нож сквозь масло. Отрезанный кусок упал на пол, срез был идеально гладким.
— Какая острота! — выдохнул Таичи.
Он погасил чакру, вернул клинок в ножны и протянул его обратно Окаве.
— Дядя, это слишком дорогой подарок. Оставь его себе. С таким оружием твои миссии станут безопаснее.
Окава посмотрел на него с теплотой во взгляде.
— Не говори глупостей. Подарок есть подарок, назад я его не возьму. К тому же я полагаюсь на ниндзюцу, мне некогда учиться фехтованию. А тебе он нужнее. Даже если с ниндзюцу у тебя не заладится, с этим клинком ты вполне сможешь стать Токубецу Джонином (Особым Джонином).
— Дядя, ты меня недооцениваешь! — возмутился Таичи, хотя в душе был благодарен. — Я стану круче тебя, вот увидишь! И тебе придется забрать свои слова назад!
Слова Окавы звучали грубовато, но честно. Талант Таичи был посредственным, и этот меч давал ему запасной путь. Стать мастером кендзюцу — отличный план «Б». Особый Джонин — это тоже элита.
— Что ж, я буду ждать того дня, когда ты меня превзойдешь. И тогда я лично извинюсь перед тобой! — рассмеялся Окава.
http://tl.rulate.ru/book/158753/9757765
Готово:
