Глава 28. Крах Теневого Клона
— Кхм-кхм…
Гай, вспомнив детали своей «великой победы», смущенно кашлянул и пробормотал, понизив голос:
— Камень-ножницы-бумага. Какаши все время выбрасывал «камень». Я разгадал закономерность его кулака и в решающий момент выбросил «бумагу». И победил!
«М-да…» — мысленно протянул Ханеда.
Это была воистину эпическая битва умов. Просто триллер. Какаши буквально вложил победу Гаю в руки, завернув ее в подарочную упаковку с бантиком.
Ай да Какаши, ай да хитрец.
Ханеда понимал, что объяснять прямолинейному Гаю тонкости саботажа бесполезно, поэтому просто кивнул:
— Ладно. Давай продолжим наше прошлое состязание в метании сюрикенов, идет?
— Нет! Ханеда! — Гай решительно мотнул головой. — Я знаю, что мои навыки в метании пока слабы. Я хочу бросить тебе вызов в своей лучшей форме! Ведь это и есть Юность!!
— И что это будет? Тайдзюцу?
Гай энергично закивал:
— Да, Тайдзюцу! Я изнурял себя тренировками целую неделю, и моя сила возросла многократно! На этот раз я предстану перед тобой в наилучшей форме и одержу победу!
Ханеда на секунду задумался, оценивая свои шансы (как клона), и покачал головой:
— Эм… боюсь, не выйдет. Давай завтра. Приходи завтра.
Лицо Гая мгновенно вытянулось. Разочарование было почти осязаемым.
Он установил для себя правило: «Если я не сделаю 5000 подъемов на гору и спусков, я не брошу вызов Ханеде». Но сейчас, когда Ханеда отказался, его самоограничение потеряло силу. Теперь ему придется ждать до завтра, чтобы снова начать цикл тренировок.
— Правда?.. Только завтра, Ханеда? — с надеждой в голосе спросил Гай.
Он вдруг упал на колени и обхватил ноги Ханеды, рыдая в три ручья.
— О, Юность, почему ты так жестока?!
От этой сцены у Ханеды по спине побежали мурашки. Выглядело это… специфически. Но ради [Восьми Врат] он был готов терпеть. К тому же, он всего лишь клон, его гордость не пострадает.
Зато Обито, наблюдавший за этим спектаклем, не выдержал. Назойливость Гая перешла все границы. И главное — какого черта?! Когда Обито в прошлый раз попытался обнять Ханеду во сне, тот его пнул! А этому зеленому чуду хоть бы что?!
— А ну отошел! Убери свои грабли, чертов арбуз! — взревел Обито, подлетая к ним.
— А ты кто? Друг Ханеды? — Гай поднял заплаканное лицо, с искренним недоумением глядя на Обито.
Лицо показалось ему смутно знакомым, но имя упорно ускользало из памяти.
— Ах ты, тупоголовый арбуз! Я тебе еще за ту подножку не отомстил, а ты меня уже забыл?! — Обито задохнулся от возмущения.
Его темперамент вскипел. Мало того, что этот тип липнет к Ханеде, так он еще и смеет игнорировать великого Учиху!
— Плевать мне, что ты там хочешь от Ханеды! Ты меня бесишь, и я сейчас начищу тебе физиономию!
Обито демонстративно выставил большой палец вниз, показывая знак презрения.
Услышав вызов, Гай мгновенно преобразился. Слезы высохли, а на лице снова засияла улыбка. Он в ответ показал большой палец вверх:
— Йош! Мне нравится твой боевой дух, друг Ханеды!
— Придурок!! Меня зовут Учиха Обито! Я тот, кто станет Хокаге и чье лицо высекут на скале! Запомни это имя!!!
— Понял, Учиха Грунто! Начнем же!
— Я ОБИТО, БАКА-ЯРО!!! Я тебя сейчас отправлю в полет, голова-арбуз!!
Обито, уже не контролируя себя от ярости, выхватил из подсумка три сюрикена и метнул их в противника.
Меткость хромала, но это заставило Гая отскочить, открываясь для атаки. Не теряя времени, Обито выхватил кунай, перехватил его обратным хватом и бросился вперед.
— Получай, арбузная башка!
Он вложил в рывок всю свою чакру, надеясь решить исход одним ударом. Обито понимал, что в затяжном бою ему не выиграть, поэтому ставил все на одну карту.
Гай, увидев эту решимость, пришел в восторг.
— Йош, Учиха Грунто! Я признаю твой энтузиазм! Прими же мой новейший, сильнейший удар как апогей нашей Юности!
— Вихрь Листвы!!
С этими словами Гай взмыл в воздух, концентрируя всю мощь своего тела в правой ноге.
Ученики на полигоне замерли, раскрыв рты. Казалось, Гай собирается не просто победить, а вбить Обито в землю по самую макушку.
— Обито, Гай… два идиота… — прошептал Какаши, наблюдавший из укрытия, и рванул с места, чтобы предотвратить катастрофу.
Учителя тоже спохватились. Один машет острым железом, другой бьет ногой с силой парового молота — добром это не кончится.
— Эх… Обито, балбес, ну что с тобой делать… — Ханеда устало потер виски и поднялся.
Он не ожидал, что ситуация выйдет из-под контроля так быстро.
В тот миг, когда кунай и нога были готовы встретиться, Ханеда прыгнул. Он вклинился между бойцами, левой ладонью отталкивая Обито в сторону, а правой ногой встречая удар Гая своим собственным Вихрем Листвы.
Вот только он переоценил возможности клона, который провел полдня на скучных лекциях, и недооценил нынешнюю мощь Гая…
Бам!
Удар Гая снес защиту Ханеды. Тело мальчика отлетело назад и с громким хлопком превратилось в облако белого дыма.
— Чего?! — глаза всех присутствующих полезли на лоб. — Ханеда исчез?!
— Ханеда!! Чертов арбуз, ты что наделал?! — Обито, забыв о драке, в ужасе уставился на место, где только что стоял друг.
Он уже собирался броситься на Гая с кулаками, когда путь ему преградил Какаши.
— Успокойся, Обито. Это был Теневой Клон. Настоящий Ханеда, скорее всего, сейчас в… — Какаши осекся.
Он догадывался, где находится оригинал, но сдавать друга не собирался. Тем более, учитель уже стоял рядом, нависая грозной тенью.
— Какаши, ты знаешь, где Ханеда? — мрачно спросил Такакура Бунта.
Прогулы Ханеды стали притчей во языцех, но прислать вместо себя клона — это уже верх наглости. Это ранило учительское сердце.
— Простите, сенсей, не знаю, — Какаши покачал головой, твердо решив хранить тайну.
Но просто промолчать было бы невежливо, поэтому он добавил:
— Я уверен, Ханеда сам все объяснит вам лично.
…………
До переезда клана Учиха на окраину, путь от их квартала до Академии занимал немного времени. Ханеда, будучи быстрым шиноби, добрался за десять минут.
В учительской царила гнетущая атмосфера. Сенсей Бунта, поигрывая указкой, отчитывал понурых Гая и Обито.
Тук-тук.
Ханеда вошел в кабинет с самым невинным видом.
— Простите, учитель. Вчера вечером меня продуло, чувствовал себя ужасно, боялся заразить остальных, — выдал он свою коронную фразу.
Глядя на его лицо, на котором было написано «Искренне раскаиваюсь (и в следующий раз сделаю то же самое)», учитель лишь тяжело вздохнул.
Ругать его? Бесполезно. Ханеда был лучшим учеником за всю историю Академии. Но почему, во имя Рикудо, он каждый раз использует одну и ту же отговорку? Хоть бы фантазию проявил, из уважения к седине учителя!
Такакура Бунта отложил указкой и с грустью произнес:
— Ханеда… Как твой учитель, я иногда задаюсь вопросом: а есть ли мне чему тебя научить? Каждый раз, думая об этом, я чувствую себя несостоятельным педагогом. Моя карьера кажется мне бессмысленной…
— Ну что вы, сенсей! — поспешил утешить его Ханеда. — Вы отлично преподаете!
— Да, учитель! Вы очень хорошо учите! — поддакнул Обито.
— Ханеда и Учиха Грунто правы! Вы — самый пламенный учитель, которого я встречал! — поддержал Гай.
Один худший ученик и двое с конца списка. Три главных «хвоста» класса в сборе… И каждый из них на уроках либо спит, либо считает ворон.
Учитель почувствовал, как дергается глаз. Если бы эти слова сказал кто-то другой, он бы прослезился. Но от этой троицы это звучало как издевательство.
«Ладно, доложу Третьему Хокаге… Пусть сам решает, что делать с этим гением».
В итоге, прочитав короткую нотацию о безопасности, он отпустил их с миром.
…………
http://tl.rulate.ru/book/158751/9720357
Готово:
