В свисте и грохоте винтов вертолёта Сяо Мин изо всех сил втащил себя в салон, и с первого же взгляда увидел там Розу, которая, всхлипывая от радости, смотрела на него, словно из другого мира.
«Сестрица Гуаньинь, как это ты на облачке за мной прилетела…» — только начал он шутить, как вдруг всё перед глазами потемнело, и он без чувств повалился прямо в объятия Розы.
Ночь была черна, как тушь, чёрные тучи давили сверху. Вдруг — резкий треск, вспышка молнии разорвала бескрайнюю тьму, и из этого ослепительного света вышла высокая фигура. Пистолет в его руке плюнул во все стороны ослепительными вспышками, пули разлетались во тьму, разбивая окутывавший небо и землю мрак в мелкую пыль!
«Шур-шур-шур…» — осколки мрака разлетались в стороны, и в каждом расколотом провале слышался детский смех, визг автомобильных клаксонов, а порой даже тянуло свежим ароматом трав и цветов. Всё это сливалось в пёстрый, полный звуков, красок и запахов живой, кипящей жизнью мир.
В нос ударил цветочный аромат. Он скосил глаза — запах из сна оказался настоящим: у подушки стоял букет алых роз. За окном серело, ночь уже прошла.
Похоже, в палате больше никого не было, но он тут же почувствовал у ног кровати чьё‑то хрупкое сидящее тело и машинально спросил:
— Роза, это ты?
Услышав недовольные нотки в её тоне, Сяо Мин готов был отвесить себе звонкую оплеуху: ну как так — в самый неподходящий момент снова обознался!
— Ван… Вань Жо, я… я не это… не в этом… дело… — его лицо вспыхнуло, как мак, он торопливо стал оправдываться и от волнения ещё больше начал заикаться, чем только усугубил впечатление.
— Ах ты шельма, дразнишь меня! — до него вдруг дошло, в чём подвох. Он рывком сел, не глядя на то, что к его руке была подключена капельница, и крепко сжал её в объятиях, словно хотел разом выплеснуть всю тоску по ней.
— Паршивец… — сердце Вань Жо тоже дрогнуло, в такие моменты никакие слова не могли выразить, что творится у неё внутри.
Он и она — словно воссоединившаяся через время и пространство разлучённая пара влюблённых, которой понадобилось несколько веков, чтобы вновь встретиться. Они обнимались так крепко, будто хотели выдавить из воздуха между собой всю пыль и пустоту разлуки нескольких жизней.
Да, ничто не сможет помешать им быть вместе! Даже смерть не в силах разлучить их! Сяо Мин в эту секунду поклялся этому в сердце.
Лишь спустя долгое время он отпустил её, всю пунцовую, как спелый персик:
— Это Роза разрешила тебе прийти?
Вань Жо покачала головой:
— Я сама не знаю. Электронный дисплей прислал уведомление: подняться на тринадцатый этаж, в эту палату, навестить тебя.
— Угу. Я на восьмом, 800‑я, — вздохнул он. Его это угнетало: вроде рядом, а будто целые моря и горы между ними.
— Я слышала, это Роза спасла тебя. Я так хочу поблагодарить её! — она прикусила губу. Сказать, что в душе при этом ничего не шевельнулось, — значило бы соврать.
Видимо, у Розы проснулся голос совести, раз уж она устроила им с Вань Жо эту встречу. Сяо Мин понимал, какая это редкая возможность: впереди ещё больше десяти дней до Сезонного турнира, а дальше выкроить время для свидания будет почти нереально.
— Бабуля, подвинься ко мне, мне нужно тебе кое‑что сказать! — по всему телу у него шли бинты, и после недавних объятий он даже не знал, сколько ран успел снова разодрать, поэтому мог лишь попросить её придвинуться ближе.
Вань Жо всё поняла без слов. Она помогла ему удобнее сесть, сама опустилась на край койки и наклонилась, подставляя ухо.
Как только он оказался в сантиметре от её уха, его накрыл её тонкий аромат, исходящий от шеи. Увидев тоненькие пушинки у неё у виска, он едва не задрожал всем телом от нахлынувшего чувства — почти сорвался и потянулся к её губам.
Вань Жо тут же это ощутила, нервно откинула голову назад, и волна румянца лишь мгновение, казалось, спадала, чтобы тут же накрыть её лицо ещё плотнее. Но она быстро вновь наклонилась — паршивец и так ранен до полусмерти, дать ему немного нежности не помешает.
Он же с усилием задавил в себе желание целоваться. Тратить время не на то нельзя. Прижал губы к самому её уху и шёпотом, который могла услышать только она, сказал:
— Я виделся с сестрой.
Услышав это, Вань Жо напряглась всем телом, её плечи вздрогнули, и она уже с трудом удерживала самообладание.
— Ты только слушай, ещё много важного… — Сяо Мин обнял её за талию; со стороны казалось, что это она поддерживает его, а на деле он притянул её к себе. Для тех, кто бы посмотрел на них со стороны, это были просто двое подростков, шепчущих на ушко глупые нежности.
Но это был настоящий шёпот — только для Вань Жо, только для неё одной! Сяо Мин почти обо всём ей рассказал: где держат Вань Жу, про навязываемый Водокачкой брак и все запутанные отношения между ним и Розой…
Он хотел, чтобы она реально смотрела на происходящее, заранее морально подготовилась, отбросила розовые иллюзии и не стала действовать сгоряча.
Однако кое‑что он всё же утаил. Например, превращение Вань Жу в мутанта, свою вражду с главарём группировки «Пища» Ху Вэем, заключённую с Толстяком сделку. И главное — ни словом не обмолвился о своём окончательном, последнем плане.
Когда он, наконец, выговорил всё, что считал нужным, Вань Жо мягко сжала его ладонь, придвинулась и тоже прижалась губами к его уху:
Он кивнул. До чего же она умна, всё схватывает на лету.
— Я верю тебе…
Он понял, что она имеет в виду: она доверяет не только его здравому смыслу, но и его чувствам к ней. Его тронуло это до глубины души. Он чувствовал её тёплое дыхание, ланьиный запах, её мягкие губы почти касались его щеки. Сердце дрогнуло, и он враз не сдержался — чуть повернул голову, так что её губы как бы случайно скользнули по его щеке и как раз задели его рот.
Вань Жо совершенно не ожидала, что пока они обсуждают такие серьёзные вещи, у него ещё найдётся сила на подобные шуточки. Со стороны могло показаться, что это она сама первой его поцеловала, — мысль об этом так её смутила, что лицо полыхнуло огнём. Она пискнула в притворном негодовании:
— Ах ты, паршивец, ты…
— Хе‑хе… — Сяо Мин самодовольно хохотнул, но смех дёрнул раны, и он тут же застонал от боли.
— Ой, не дёргайся! — Вань Жо поспешно поддержала его, уже забыв, что он только что так ловко воспользовался моментом.
Вань Жо на секунду застыла, потом скрестила ладони и показала ему какой‑то странный знак, уже набирая в грудь воздух, чтобы объяснить…
В этот момент дверь внезапно распахнулась, и в палату неторопливо вошёл человек, вежливо произнёс:
— Простите, что прерываю. Время посещения закончилось, госпожа Вань Жо, прошу вас вернуться к себе.
На нём было старое чёрное пальто, на голове — потёртая шляпа, большую часть лица закрывала чёрная маска. Такой облик в памяти Сяо Мина был связан только с одним человеком.
Он сразу понял: появление этого человека сейчас явно не случайно. Поэтому лишь улыбнулся Вань Жо:
— Иди, всё в порядке.
— Сяо Мин, береги себя! — с неохотой, оборачиваясь на ходу, она вышла.
Дверь за её спиной закрылась, Толстяк опустился на стул у стены и внимательно оглядел Сяо Мина:
— Вот это парень, живучий! Любой другой, нарвись он на такое количество ядерных зомби, живым бы уже точно не выбрался.
Сяо Мин был искренне признателен, приподнялся и чуть склонил голову:
— Господин Толстяк, благодарю вас.
— За что ещё? — удивлённо приподнял брови Сяо Мин.
— За то, что устроил вам с девчонкой свиданку, — в голосе Толстяка звучала почти приятельская насмешка.
— А как же. Иначе ты всё равно рано или поздно пришёл бы ко мне с очередным предложением обмена. Я просто сделал это заранее, — Толстяк усмехнулся.
У Сяо Мина отнялся язык. Он правда планировал именно так: дождаться, когда Толстяк организует ему встречу с Вань Жу, а затем уже просить свидания с Вань Жо. Выходит, этот человек просчитал его на шаг вперёд. Нет, если считать его врагом, то это уже просто пугающе.
— Господин, насчёт нашей договорённости, — напомнил главное Сяо Мин.
— Я как раз ради этого здесь, — кивнул Толстяк. — Послезавтра вечером ты сможешь сразиться с Золушкой. Только запомни: это не настоящий бой, не упирайся до смерти! Мне совсем не улыбается, если кто‑то из вас двоих пострадает. Такую ответственность я на себя не возьму…
Он был краток. Озвучил главное — и тут же поднялся, попрощался и исчез так же стремительно, как появился, оставив за собой ореол тайны.
В дверь постучали: «тук‑тук‑тук». В щель просунулась гладко зализанная голова, и её владелец, оскалившись, произнёс:
— Ц‑ц‑ц, наш великий герой. Говорят, ты чуть не отдал концы, спасая Розу. Пришёл навестить тебя.
— Это ты… — у Сяо Мина всё внутри напряглось, он резко сел.
Перед ним стоял ещё один человек, которого он меньше всего ожидал увидеть: Ху Вэй, глава «Пищи», держа в руке коробку с пирожными, прошёл в палату. Его взгляд тут же упал на букет роз у изголовья.
— Господин Ху, благодарю, что заглянули, — Сяо Мин держался ровно, без заискивания, но в глазах его теплилась настороженность. Сейчас он ранен и слаб, и если Ху Вэй решит воспользоваться моментом, защищаться он не сможет.
— Ха‑ха, не нервничай. Я не собираюсь с тобой тут ничего делать, — Ху Вэй сразу уловил его напряжение и говорил легко, почти фривольно. — Я пришёл специально, чтобы повидать тебя и заодно сообщить новость: на Сезонном турнире ты с честью падёшь на поле боя. Вот заранее и пришёл попрощаться.
— Забочусь о вас, господин Ху, — в тон ему хмыкнул Сяо Мин. — Если вдруг мне удастся каким‑то чудом выжить на Сезонном турнире, я непременно вместе с Розой наведаюсь лично.
— Ладно, ладно, я тогда сам выйду к плите и накрою вам шикарный стол, — кивнул Ху Вэй. — Только боюсь, такой удачи у тебя не будет. Умереть под Розой — и мёртвым остаться поэтом, — не худшая судьба! — он холодно фыркнул и, развернувшись, вышел.
Сяо Мин ещё долго сидел, не шевелясь, на кровати. По спине стекал холодный пот: нутром он чувствовал, что слова Ху Вэя не простая бравада. Тот явно уже что‑то запланировал на Сезонный турнир, и план этот нацелен на его голову.
Сяо Мин внезапно заметил, что раствор в капельнице когда‑то успел закончиться, и так перепугался, что во всю глотку заорал:
— Медсестра! Медсестра!..
http://tl.rulate.ru/book/158685/9724913
Готово:
