]
– Похоже, теперь наблюдать будет ещё интереснее.
Договорившись с Ноа о будущем сотрудничестве между S. C. H. A. L. E и Миллениумом и пообедав вместе с Коюки в столовой, я в одиночестве отправился на экскурсию в Инженерный клуб.
Когда я вошёл в распахнутые двери клуба, три девушки возились с каким-то механизмом в центре комнаты. Поглощённые работой, они заметили меня, только когда я подал голос.
Одна из них, высокая девушка со светло-фиолетовыми волосами, что-то тихо сказала двум другим и, отложив работу, подошла ко мне:
— Здравствуйте. Я – глава Инженерного клуба, Сираиси Утаха. Вы, должно быть, Сенсей из S. C. H. A. L. E?
У Утахи были немного мальчишеские черты лица, а её одежда и кожа были испачканы чёрным машинным маслом. Она вела себя дружелюбно и с энтузиазмом.
Убедившись в моей личности, она позвала остальных, и все вместе мы направились к ближайшему полигону, заваленному всевозможными механизмами.
По пути я узнал имена двух других членов Инженерного клуба…
Тоёми Котори – невысокая, но пышногрудая девушка в очках, с короткими рыжими волосами, очень разговорчивая.
И Нэкоцука Хибики – с собачьими ушками и хвостом, вьющимися чёрными волосами, в сетчатых чулках и с тёмными кругами под глазами. Она производила впечатление не очень общительного человека.
— Сенсей, это новейшая строительная техника, изобретённая нашим Инженерным клубом.
Утаха подошла к жёлтой машине, похожей на каток с огромным стальным барабаном спереди, и торжественно представила её:
— Эта машина способна уплотнять рыхлую почву под собственным весом.
«Так это же обычный каток», – хотел было спросить я, но Утаха продолжила:
— …И заодно закладывать под утрамбованную землю взрывчатку.
… А?
Хибики гордо улыбнулась:
— Я назвала его «Каток-картофелесажалка МК-1»!
Затем девушки из Инженерного клуба забрались в машину, завели её, и под какую-то странную, но бравурную музыку, доносившуюся из динамиков, ринулись вперёд…
… и, разумеется, тут же перевернулись, подорвавшись на только что заложенной бомбе.
Успев добежать до безопасного места, где стоял я, прежде чем началась цепная реакция, девушки, глядя на взмывающие в небо фейерверки, лишь с сожалением отметили:
— Эх, в прошлый раз ведь всё получилось. Похоже, стабильность взрывчатки ещё нужно дорабатывать.
Слушая это, я с трудом сдерживал смех.
Но я и не подозревал, что самое смешное ещё впереди…
Дальше Инженерный клуб продемонстрировал мне экскаватор с направленным взрывом, бульдозер на взрывной тяге, подъёмный кран с пороховым приводом, бетономешалку, ускоряющуюся с помощью самоподрыва…
Без исключения, запуск каждой машины сопровождался таинственной фоновой музыкой.
Без исключения, каждое испытание заканчивалось ослепительным фейерверком.
— Сегодня что-то не везёт, – с сожалением сказала Котори, поправляя очки. — Теоретическая вероятность успеха ведь была целых двадцать процентов. Если бы всё получилось, мы бы ещё хотели испытать их в комбинации, собрав в «Короля инженерных взрывов».
Хибики покачала головой:
— Ничего страшного. Неудача – мать успеха. Все данные этого провала записаны, в следующий раз мы обязательно создадим более совершенные образцы.
— Верно, именно такой энтузиазм и должен быть у мастеров Миллениума!
Утаха перевела взгляд на меня, всё это время хранившего молчание, и спросила моего мнения.
Я мог лишь сказать, что ничего не понял, но был глубоко потрясён.
Утаха моргнула и задумчиво произнесла:
— Это ведь тоже неплохо, правда? Даже забавно. Хоть мы и тестировали совершенно бесполезные изобретения, и все они с треском провалились.
— Но ведь изобретательство не всегда приносит удовлетворительные результаты. Неважно, что ты создаёшь, если ты наслаждаешься процессом, однажды ты обязательно достигнешь великих результатов.
Котори с воодушевлением подхватила:
— Точно! В ходе этого эксперимента я накопила опыт по объединению взрывчатки с различной строительной техникой. У меня есть предчувствие, что эта технология в будущем найдёт широкое применение, и я обязательно использую её в следующий раз!
«Вряд ли она найдёт широкое применение! Хотя… это же Кивотос… может, и найдёт…»
В общем, я всё понимал, но неужели они пригласили меня сюда только для того, чтобы я стал свидетелем их неудач?
И тут Утаха сменила тему:
— Однако, чтобы двигать науку вперёд и проводить больше экспериментов, нужны огромные средства.
Котори и Хибики согласно закивали:
— Да-да!
— Если бы у нас было больше денег, возможно, сегодня ничего бы и не провалилось. В конце концов, в Инженерном клубе собрались лучшие инженеры всего Миллениума, это элитный клуб с непревзойдёнными техническими возможностями!
— Точно-точно!
— К сожалению, этот беспощадный счетовод из Семинара из-за какого-то незначительного инцидента во время наших экспериментов безжалостно урезала нам финансирование, так что нам пришлось делать эти заведомо провальные изобретения из остатков материалов…
Тут до меня дошло.
Они пытаются разжалобить меня, чтобы получить финансирование?
Хм, возможно, технари все такие.
Судя по тому, что я знал об Инженерном клубе, это были мастера, одержимые изобретениями и исследованиями. Опираясь на щедрое финансирование Научной школы Миллениум, они, вероятно, никогда не испытывали недостатка в деньгах.
И, конечно же, у них не было опыта в выманивании денег у инвесторов.
Так что же это был за «незначительный инцидент», который так разозлил «беспощадного счетовода», что она урезала бюджет Инженерного клуба?
Мне стало ужасно любопытно.
А Утаха продолжала вздыхать, многозначительно намекая:
— Ах… вот бы нашёлся какой-нибудь клуб, подчиняющийся напрямую Генеральному Студенческому Совету, с кучей лишних денег, который согласился бы нас спонсировать.
Я решил не ходить вокруг да около и спросил прямо:
— А что взамен? Что Инженерный клуб может предложить S. C. H. A. L. E?
Утаха на мгновение растерялась, но честно ответила:
— Инженерный клуб готов предоставить S. C. H. A. L. E передовое технологическое оборудование, а также бесплатное обслуживание и модернизацию… того же уровня, что мы поставляем Генеральному Студенческому Совету по долгосрочному контракту… Насколько я знаю, многое оборудование в S. C. H. A. L. E уже устарело…
— Сколько вам сейчас нужно?
После вторжения Юкино я и сам подумывал о замене системы безопасности S. C. H. A. L. E и обновлении всей электроники. Я уже запросил средства у главы Финансового бюро Сэндзаки Аой, но ещё не нашёл подходящую команду для выполнения работ.
Это была двойная выгода: я достигал своей цели и налаживал отношения с Инженерным клубом.
Цена, которую назвала Утаха, была на удивление скромной, намного ниже моих ожиданий, поэтому я решил сам её повысить.
В два счёта мы с Утахой договорились о сотрудничестве.
Оригинальный арт Утахи нарисован ужасно, ей срочно нужно обновление спрайта, как у того любителя чая.
Обсудив с Инженерным клубом все детали и подписав контракт, я собрался уходить.
На прощание, из чистого любопытства, я всё же спросил о причине урезания их бюджета. Ответ был…
— Дело было так: мы изобрели инновационные весы, которые показывают вес намного больше реального. Когда Юка их опробовала, цифра в 100 кг так её напугала, что она упала в обморок.
— А когда она узнала, как устроены весы, то отругала нас, сказала, что раз мы тратим деньги на такие бесполезные изобретения, значит, у нас их слишком много, и тут же урезала финансирование на десять процентов!
— Это же явная личная месть!
Вот оно что.
Троица из Инженерного клуба искала у меня сочувствия, и я, как лицемерный взрослый, изобразил негодование их участью.
А про себя подумал только одно: «Сами виноваты».
Попрощавшись с Инженерным клубом, я отправился в семейный ресторан, где договорился встретиться с Юкой.
До назначенного времени было ещё далеко, поэтому я заказал кофе и принялся за удалённую работу через Ковчег Шиттим.
Текущие дела я планировал закончить в ближайшее время, а затем связаться с Инженерным клубом, чтобы они приступили к модернизации S. C. H. A. L. E. На те несколько дней, пока в здании будут идти работы и жить там будет неудобно, я собирался взять какое-нибудь долгосрочное выездное задание.
Предложения от Геенны и Красной Зимы я сразу отмёл.
Может, стоит рассмотреть предложение стать временным инструктором в тренировочном центре «Сливовый сад», который относится к старшей школе Шань Хай Цзин.
Это было вполне приличное задание. Раньше я его не брал, потому что там нужно было провести минимум три-четыре дня, но теперь его можно было внести в список кандидатов.
Я занимался текущими делами, одновременно размышляя о будущих, и не заметил, как превратился в жалкого офисного планктона.
Время летело, наступил вечер. Я выпил уже три чашки кофе и почти закончил работу, когда наконец, запыхавшись, прибежала Юка.
За те несколько дней, что мы не виделись, Юка осталась такой же юной, яркой и очаровательной.
Её лицо раскраснелось, на лбу выступили капельки пота, а грудь вздымалась от частого дыхания – очевидно, она бежала. Сев напротив меня, она немного отдышалась:
— Простите, Сенсей, заставила вас ждать. На дорогах были пробки, пришлось бежать.
Я был одновременно удивлён и тронут, и понял, что мои прежние догадки были неверны.
Такой искренний человек не мог меня ненавидеть. Я зря накручивал себя, не разобравшись в ситуации.
Поэтому, обменявшись парой любезностей и сделав заказ у знакомой официантки с кошачьими ушками, которую я, кажется, видел и в других заведениях, я прямо спросил Юку о том, что меня мучило:
— Юка, я так и не расслышал, что ты сказала в тот раз, перед тем как уйти.
— Можешь, пожалуйста, повторить?
То ли из-за тусклого освещения, то ли по другой причине, лицо Юки покраснело, её взгляд забегал, а голос звучал неуверенно:
— В тот раз? Я… я ничего не говорила, правда, ничего! Сенсей, не смотрите на меня так, с этой вашей улыбочкой! Ну правда!
По этой очаровательной реакции я понял, что мои новые догадки были верны.
Юка не только не ненавидела меня, но и испытывала ко мне симпатию.
Это была лучшая новость за последнее время.
Весь вечер я сидел с искренней улыбкой. Ужин, приправленный хорошим настроением, показался ещё вкуснее, и мы тепло попрощались у станции.
Ничего особенного не произошло, но именно такие простые и тёплые моменты дарили мне маленькое, но настоящее счастье.
Кажется, я влюбился в Юку.
По дороге в S. C. H. A. L. E я снова случайно наткнулся на знакомых студенток…
Пять дней назад, подавленный мыслями о том, что Юка меня ненавидит, и после нападения Вакамо, я видел на обочине четырёх девушек, игравших в русскую рулетку.
Их «игра» произвела на меня, находившегося в подавленном состоянии, неизгладимое впечатление, и я запомнил их лица.
На этот раз я встретил их в парке. Они сидели вокруг одной коробочки самого дешёвого бенто с ростками сои из супермаркета и делили её на четверых.
Это жалкое зрелище, по сравнению с ужасом, который я испытал от их прошлой «игры», вызвало у меня… смешанные чувства.
Наверное, это и есть Кивотос.
Я понял, что привыкаю к этому удивительному городу гораздо быстрее, чем предполагал.
Из сострадания я зашёл в ближайший супермаркет, купил четыре хороших бенто, оставил их неподалёку от девушек и ушёл.
Возможно, потому что я сделал доброе дело, в ту ночь я спал особенно сладко.
Мне даже приснилось, как я до отвала тискаю пушистые лисьи ушки Вакамо.
А потом…
Проснувшись, я первым делом ощутил в руке что-то тёплое и пушистое, а на груди – какую-то тяжесть…
Опустив взгляд, я увидел мирно спящее на моей груди прекрасное лицо.
Если бы не ручеёк слюны, стекающий на мою рубашку, я бы, наверное, влюбился по уши.
Полчаса спустя.
Умывшись, я сидел напротив Вакамо, которая ровно сидела передо мной с самым послушным выражением лица, ничем не выдавая свою сущность одной из Семи узников, и бессильно вздохнул:
— Вакамо… когда ты успела сюда пробраться…
— Сенсей, вы же сказали мне сегодня дежурить в S. C. H. A. L. E, – с самым естественным видом ответила Вакамо. — Вот я и пришла исполнить наш договор, как только наступило «сегодня».
«Ха-ха, надеюсь, ты не пыталась воспользоваться этим, чтобы получить преимущество».
Я строго сказал:
— Не мешай мне, когда я работаю.
Вакамо расцвела в улыбке:
— Слушаюсь!
Ещё мгновение спустя.
http://tl.rulate.ru/book/158387/9629591
Готово:
