Атмосфера мгновенно накалилась, и в помутневших глазах Хирузена Сарутоби читалась с трудом сдерживаемая ярость.
Глядя на молодого человека, на которого он возлагал такие надежды, сердце Хирузена Сарутоби наполнилось горьким разочарованием.
Неужели он отвергает его?
Отвергает всё, над чем он так усердно трудился?
Хирузену Сарутоби было больно.
Неужели этот юноша – да и всё молодое поколение – считает его действия проявлением слабости и некомпетентности?
А ведь он делал всё ради Конохи!
В конце концов, разум возобладал над гневом. Десятилетия опыта научили Хирузена Сарутоби встречать любую ситуацию с хладнокровием. Мгновенная вспышка была лишь мимолетным порывом ярости.
Хирузен Сарутоби подавил гнев в сердце и холодно посмотрел на юношу.
— Ты никогда не рассматривал возможность того, что война разразится снова?
— Рассматривал.
Молодой человек оставался спокойным, ничуть не смущенный гневом Хирузена Сарутоби.
— Теперь, когда Делегация Облака уничтожена и остался лишь один выживший, как нам следует поступить?
— Не говори мне, что ты не подумал о том, как разобраться с Кумогакуре.
Слова Хирузена Сарутоби были ледяными, а взгляд – словно у стареющего льва – был прикован к Какаши.
— Хокаге-сама…
— Вы боитесь?
Неожиданно Какаши не ответил Хирузену Сарутоби прямо, а вместо этого спросил, боится ли он Кумогакуре.
«…»
Хирузен Сарутоби не ответил, просто продолжая холодно смотреть на него.
Боится?
Хирузен Сарутоби боялся.
Он боялся возрождения войны.
Он боялся, что Коноха снова увязнет в конфликте.
Он также боялся, что Коноха потеряет свой статус сильнейшей в мире шиноби.
Но… необъяснимое колебание в сердце не давало Хирузену Сарутоби ответить Какаши.
Он боялся.
Он боялся запятнать свою репутацию на закате лет, боялся, что Коноха, никогда не знавшая поражений, впервые испытает унижение.
Он боялся, что его безупречное наследие как Третьего Хокаге будет испорчено несмываемым пятном.
Он всегда побеждал, так почему же Коноха постепенно слабеет?
До такой степени, что ему приходится возлагать надежды на будущее Конохи на этого молодого человека?
Хирузен Сарутоби не мог этого понять, не хотел понимать и уж тем более не желал копаться в том, где кроется настоящая проблема.
— Вы боитесь, что война вспыхнет снова, так почему же этого не должны бояться ниндзя Скрытого Облака?
— С точки зрения ресурсов, ниндзя и общей силы, как может какая-то Кумогакуре сравниться с нами?
— В конце концов, всё сводится к…
Глаза Какаши встретились с глазами Хирузена Сарутоби, и от их пронзительности Хирузен почувствовал слабое желание отвести взгляд.
Такой взгляд…
Когда-то он и сам обладал таким.
Это был взгляд молодости, переполненной жизненной силой.
В этот момент к Хирузену Сарутоби пришло слабое осознание.
Он стар.
Он стар, и всё руководство Конохи старо.
Настолько, что сама Коноха состарилась.
Ничего не делай – не совершишь ошибок; делай больше – больше ошибешься.
Стареющее руководство Конохи хотело лишь избежать ошибок на склоне лет, не стремясь к заслугам, а лишь стараясь держаться подальше от провалов.
«Я… стар?»
Хирузен Сарутоби не хотел признавать этот факт, отказывался принимать его.
Но пигментные пятна на руках говорили правду прямо в лицо.
Он был стар.
Некогда энергичный герой-ниндзя, Хирузен Сарутоби, теперь был дряхлым стариком.
Он стал осторожным.
— В конечном счете, причина в том, что Райкаге находится в расцвете сил, а люди на этом этапе часто бывают наиболее амбициозны.
Слова Какаши заставили Хирузена Сарутоби молча уставиться на него.
Даже не говоря об этом прямо, подтекст был ясен:
«Вы стары».
— Райкаге Деревни Скрытого Облака всегда был сильнейшим. Это правило – что сильнейший ведет за собой – означает, что сверху донизу Деревня Скрытого Облака непоколебимо придерживается принципа «сила превыше всего».
— Сильные амбициозны, обладают несгибаемым духом и лелеют самые обширные замыслы.
Слушая слова Какаши, Хирузен Сарутоби равнодушно посмотрел на него и безжалостно спросил:
— Это то, что ты считаешь сильным человеком, Какаши?
Какаши покачал головой и серьезно ответил:
— Не совсем. На мой взгляд, по-настоящему сильный человек должен обладать этими качествами, но также и самым важным из всех.
Услышав это, взгляд Хирузена Сарутоби слегка изменился.
— Самообладание.
Видя, что отношение Хирузена Сарутоби немного смягчилось, Какаши продолжил:
— Если бы я обладал подавляющей силой и увидел на обочине красивую девушку, я бы силой заставил её пойти ко мне домой; если бы увидел прохожего, преграждающего мне путь, я бы убил его одним ударом; если бы возжелал богатства, то захватил бы его силой.
— Тот, кто поступает так, станет лишь зверем, порабощенным желаниями.
— Сдерживание зверя в своем сердце.
— Подавление своего импульсивного внутреннего «я».
— Вот что превращается в истинную силу.
Выражение лица Хирузена Сарутоби немного смягчилось при этих словах, но он всё же произнес с оттенком холода:
— Хорошо, что ты так думаешь.
— Раз ты так считаешь, то наверняка обдумал, как теперь поступить с Делегацией Облака.
Хирузен Сарутоби сохранял мрачное выражение лица, не позволяя Какаши расслабиться ни на мгновение.
— Потери, которые понесла Деревня Скрытого Облака в Третьей Великой Войне Шиноби, были существенными; они столкнулись и с Ивагакуре, и с нами.
— В наших столкновениях с Деревней Скрытого Облака мой учитель сиял ярко, в одиночку сражаясь против их дуэта А и В. Теперь, когда учителя не стало, возможно, те, кого он победил тогда, думают, что пришло их время.
Хирузен Сарутоби услышал это и возразил:
— Тогда почему они не начали более ожесточенную войну против нас сразу после жертвы Минато?
Слушая вопрос Хирузена Сарутоби, Какаши ответил:
— Хокаге-сама, если бы Скрытое Облако начало атаку сразу после смерти моего учителя, что бы вы сделали?
Услышав это, Хирузен Сарутоби понял.
Загнанная в угол армия сражается отчаянно; это битва насмерть.
Независимо от того, кто стал бы окончательным победителем, Деревня Скрытого Облака заплатила бы мучительно высокую цену – цену, которую они, возможно, не смогли бы вынести.
— Теперь они могут думать, что боль от нападения Девятихвостого утихла, поэтому хотят воспользоваться ситуацией.
— Возможно, Хокаге-сама намерен превратить эту «мирную делегацию» из фикции в реальность.
— Но за это, несомненно, придется заплатить.
Говоря это, Какаши шаг за шагом подходил к краю утеса, вглядываясь в погруженную во тьму Коноху внизу.
— Так каков твой подход?
Хирузен Сарутоби наблюдал за молодым человеком перед собой.
Услышав, что Старик снова поднял тему подхода к Скрытому Облаку, Какаши подошел к самому краю Скалы Хокаге.
Темная ночь окутала сильнейшую деревню в мире шиноби.
— Хокаге-сама…
— Вы боитесь?
В очередной раз Какаши спросил Хирузена Сарутоби, боится ли он.
Хирузен Сарутоби молча смотрел на Какаши.
Он понимал.
Подходящего ответа не было.
Учитывая, что Скрытое Облако под маской мира планирует захватить Бьякуган, любая уступка станет позором для Конохи.
Будучи сильнейшей военной силой в мире шиноби, Коноха никогда не позволит никому бросить вызов своему авторитету!
Как только такой прецедент будет создан, давно устоявшаяся сдерживающая сила Конохи полностью исчезнет, превратив её в печально известного бумажного тигра.
http://tl.rulate.ru/book/158182/9523811
Готово:
