Я цокаю языком:
— Это... справедливо. — Я признаю неохотно. — И все же, нет ли другого способа? Типа, физически работать до изнеможения, пока моя ки не проявится?
Курока слегка хмурится при этом:
— Это могло бы сработать, технически. Но это не происходит просто так после одной спиноломательной тренировки, знаешь ли? На это могут уйти месяцы, даже годы целенаправленного разрушения тела. — При этом она указывает на меня. — Такого времени у тебя нет. Мало того, ты болен, — подчеркивает она, — и даже так, этот метод — хоть и утомительный и очень скучный — все еще самый быстрый.
Что ж. Дерьмо. Лучше довериться эксперту по ки и Сэндзюцу. План "гриндить как Сай-Мэн" провалился.
— К тому же это отличная возможность подразнить тебя, ня~! — Курока хихикает лукаво.
Я так и знал, блядь!
Я делаю глубокий вдох, вдох и выдох, разминаю плечи, расслабляю тело и просто беру секунду, чтобы остыть.
Отпустить гнев, отпустить похоть — святое дерьмо, тут много похоти — и вернуться к текущей задаче.
Тренировка? Тренировка. Я хочу посмотреть, как долго я смогу продержаться, танцуя Хиноками Кагура сегодня ночью. Уже далеко за закат, но я не думаю, что смог бы продержаться от заката до рассвета в моем нынешнем состоянии в любом случае.
Игнорируя все еще хихикающую кошку, я иду, подбираю свой боккэн и направляюсь к двери.
Курока внезапно останавливается:
— Э!? Нори-кун! Куда ты идешь, ня~!?
— На улицу, — отвечаю я просто.
— Зачем!
— Танцевать? — добавляю я.
— Тоже~?
Я вздыхаю.
— Тренироваться, — ворчу я.
— Нори-кун... — начинает Курока почти обвиняющим тоном.
— Хочешь посмотреть? — быстро перебиваю я ее, чтобы добавить.
Курока делает паузу, я чувствую, как она слабо ухмыляется мне в спину.
— Конечно, ня~! Твои танцы на самом деле довольно потрясающие!
Я слегка усмехаюсь:
— Ты видела, как я танцую, только один раз?
Ее ухмылка становится чеширской:
— Это все, что мне нужно увидеть, чтобы знать, что ты потрясающе танцуешь, Нори-кун, ня~!
Я так, так рад, что не стою к ней лицом прямо сейчас.
Потому что, судя по тому, что мое лицо горит прямо сейчас, я на самом деле краснею от этого маленького комплимента!
Клянусь мертвым богом, чье имя я произнес на днях, насколько же я изголодался по вниманию, что меня проняло именно это!?
Не убийственные изгибы, не огромная грудь, не красивое лицо. Ничего из этого. Комплимент.
Черт, я правда не горю желанием получать остальные свои воспоминания.
— Ну, пойдем тогда, кошечка. — Я стараюсь сохранить тон максимально нейтральным, но не думаю, что это действительно нужно. Мне не нужны особые сенсорные навыки, чтобы знать: она, вероятно, уже знает о моем состоянии.
Я запомню это, кошечка. И я верну это сторицей!
★★★
Курока действительно имела в виду то, что сказала: его танец прекрасен, но также как-то... свиреп? Правильное ли это слово?
Вращаясь, закручиваясь по спирали, нанося удары ногами, он движется. Останавливается, принимает определенную позу, затем перетекает обратно в другой набор движений ног.
У каждого движения есть какая-то цель, которую она не может полностью разгадать, но, несмотря на это, на это потрясающе смотреть.
Ему удается захватить ее внимание даже сейчас, когда усталость от долгого "рабочего" дня просачивается в ее тело.
Она, честно говоря, не может вспомнить, когда в последний раз ей было так весело. Не может вспомнить, когда в последний раз она так долго общалась с одним человеком.
Не может вспомнить, когда в последний раз она держала кого-то в постели.
Это своего рода абсурд, как всего за день или два жизнь может стать такой другой.
Курока не считает себя плохим человеком. О, она знает, что совершала огромные ошибки и провалы — Широне, — но она не намеренно злобна.
Когда она приютила своего дорогого Нори-куна, это было по двум главным причинам... во-первых, ему действительно была нужна помощь. Амнезия, внезапные силы, никакого боевого опыта, и вдобавок ко всему этому — маяк для монстров, который заставляет людей хотеть съесть его.
Да. Она не могла с чистой совестью просто оставить его там.
Но вторая причина была гораздо менее альтруистичной, может она признаться себе.
А именно: помощь божеству или полубогу — или кем бы именно ни был Нори — это отличный способ получить их благосклонность и уважение.
Оказывается, соблазнение — тоже отличный способ попасть к ним в милость.
Иметь больше друзей, а не врагов, было бы огромным подспорьем для нее сейчас. Черт, ее единственные друзья сейчас технически находятся в террористической организации, так что любые другие друзья были бы кстати на случай, если этот путь взорвется.
Учитывая то, как лидеры управляют бригадой, она не была бы особо шокирована. Вали уже продает их и планирует уйти в одиночное плавание, а она и остальная команда просто плывут по течению.
А. Вали.
Девственник.
Она закусила губу при этой мысли.
Есть ли у полубогов... ками... кого угодно, какая-то сила чтения мыслей? Потому что это попало прямо в цель так сильно, что на самом деле стало немного больно.
Честно говоря, была маленькая предательская часть ее самой, которая начинала думать, что мужчины не находят ее привлекательной, особенно после того, как Вали отверг ее авансы.
Хотя эту часть быстро выбросили на солнце, буквально, когда Нориаки вошел в ее жизнь.
Курока не может не вздрогнуть при этой мысли. Прошел, наверное, день, может два, а он уже сказал, что возьмет ее. Трахнет ее. Просто все это, не говоря прямо.
Или, как он метко выразился, сделает ее своим... питомцем.
У этого парня должны быть стальные яйца под этой одеждой, чтобы сказать ей такое... даже если она признает, что от этой мысли она не просто вздрагивает.
Чертовски близко к тому, чтобы отправить ее в безумие течки, вот что это сделало. Курока не знала, что у нее есть такой кинк, и она, вероятно, могла бы прожить всю жизнь, не зная об этом.
Единственная причина, по которой она, вероятно, еще не испытала этого, заключается в том, что тело Нори слишком больно, чтобы на самом деле привести его в готовность. Она чувствует это через его ауру, все время, когда они исполняют эту песню и танец.
http://tl.rulate.ru/book/158132/9555105
Готово:
