Нанда Парбат. Крыша мира. Ветер здесь был тонким, как лезвие хирурга, и резал незащищенную кожу до кости. Воздух был настолько разреженным, что каждое движение отдавалось гулким стуком крови в висках. Для Бэтмена это было просто очередное неудобство. Фон, который нужно игнорировать.
Он двигался по карнизу древнего монастыря, тень среди теней. Внизу, в главном зале, тренировались убийцы из Лиги Ра'с аль Гула. Десятки воинов, отточенные до совершенства инструменты смерти. Но что-то было не так. Их недавние операции по всему миру изменились. Исчезла фанатичная ярость, показная жестокость. Их заменила ледяная, безупречная эффективность. Слишком безупречная. Словно рой насекомых, исполняющий волю улья.
Бэтмен этого не любил. Хаос он понимал. Ярость мог просчитать. Но бесчеловечная логика в действиях людей была для него красным флагом.
Он спрыгнул вниз, приземлившись без единого звука на каменные плиты за спинами двух часовых. Они даже не успели обернуться. Два точных, выверенных удара в сонные артерии. Тела мешками рухнули на пол. Остальные в зале замерли, как по команде, и одновременно развернулись к нему.
И вот тогда он почувствовал первый укол настоящего, ледяного беспокойства.
Они не кричали. Не бросались в атаку с боевыми кличами. Они просто стояли и смотрели. Их было тридцать. И у всех тридцати были одинаковые глаза. Пустые. Стеклянные. Как у сломанных фарфоровых кукол.
Один из них шагнул вперед. Его движения были плавными, но какими-то дергаными, неестественными, словно кукловод не до конца освоил управление своей марионеткой. Бэтмен бросил дымовую шашку.
Зал наполнился густым серым туманом. Стандартная тактика. Дезориентация, паника, атака из тени.
Но паники не было.
Сквозь дым, абсолютно беззвучно, на него ринулись все тридцать. Они не кашляли. Не щурились. Они двигались по идеальным траекториям, игнорируя раздражитель, их клинки свистели в воздухе, нацеленные на его жизненно важные органы. Это была не битва. Это была работа мясорубки.
Бэтмен стал жестокостью во плоти. Он ломал кости с сухим треском, который тонул в абсолютной тишине. Он бил наотмашь, вкладывая в каждый удар всю свою массу. Но его противники не реагировали. Сломанная рука не мешала им продолжать атаку другой. Глубокий порез на ноге не замедлял их шага. Они не чувствовали боли. Они не чувствовали ничего.
Он вывел из строя последнего, свернув ему шею с отвратительным хрустом. Воин упал на пол, но его голова осталась повернута к Бэтмену, а в пустых глазах не было ни удивления, ни ненависти. Ничего.
Тяжело дыша, Бэтмен опустился на колено рядом с одним из тел. Он приподнял веко мертвеца. Зрачок не реагировал на свет фонарика. Но дело было не в этом. Он вглядывался в эту пустоту, и его собственный, отточенный до предела разум отказывался верить. Он видел смерть тысячи раз. Видел страх, ярость, смирение. Но здесь, в этих глазах, не было даже отголоска личности. Души.
Логика кричала, что это невозможно. Но факт был перед ним. Эти люди были живы, их тела функционировали, но внутри не было никого. Оболочки.
Его взгляд метнулся в дальний конец зала, к арочному проходу, из которого сочился тошнотворный зеленоватый свет и пар, пахнущий серой и гнилью.
Яма Лазаря.
Источник вечной жизни. То, что возвращало мертвых, исцеляло смертельно раненых. То, что всегда было противоестественной, гнойной раной на теле реальности. И теперь Бэтмен понял. Что-то изменилось. Что-то сломалось. Яма больше не возвращала жизнь.
Она создавала идеальных, бездушных солдат.
Он встал, чувствуя, как по спине пробегает холод, не имеющий ничего общего с гималайским ветром. Это была не магия. Не наука. Это было нарушение самого фундаментального закона бытия. И он, величайший детектив в мире, не имел ни малейшего понятия, с чем столкнулся. У него была улика, ужасающая в своей сути, но она не вела никуда. Она была просто еще одним криком во вселенской тишине.
http://tl.rulate.ru/book/157980/9459085
Готово:
