Это чувство было точь-в-точь как тогда, когда она собственными глазами видела, как полиция уводит Чу Тяня.
Но ведь Е Ифань — коварный интриган, герой криминальной хроники, человек, который не раз её обманывал и строил козни против её мужа. Какой бы ужасной ни была его участь, по логике вещей, он её заслужил, а она должна была бы чувствовать удовлетворение.
Су Няньли сама не понимала, откуда взялась эта тревога.
Она заставляла себя не думать, не следить за новостями о Е Ифане. Но руки сами тянулись к телефону, и она снова и снова прокручивала ленту в Вэйбо, поглощая все подробности сегодняшних событий.
И чем больше она читала, тем сильнее становилось беспокойство.
Поэтому, едва завидев вошедшего Чу Тяня, Су Няньли тут же бросилась ему навстречу. Она понимала, что нельзя спрашивать о состоянии Е Ифаня в лоб — это вызовет недовольство мужа. Поэтому она решила сперва проявить дежурную заботу о нём самом, чтобы её последующие вопросы выглядели более естественно.
Но Чу Тянь был слишком проницателен. Он мгновенно уловил её странное состояние.
Слегка нахмурившись, он почувствовал, как внутри поднимается сложное чувство.
«Неужели... неужели я угадал? Моя жена опять размякла? Опять начала переживать за своего “дорогого братца”?»
«Ладно, — решил он, — что уж теперь. Сначала поужинаем».
Этот ужин должен был стать празднованием победы — поглощения «Медиа Звёздное Небо», — и за столом должна была царить радостная атмосфера. Но вместо этого воздух был тяжёлым и гнетущим.
Они почти не разговаривали. Рис в тарелке Су Няньли остался практически нетронутым. Чу Тянь знал, что на столе стоят её самые любимые блюда, так что дело было точно не в еде.
Он знал, о чём она думает.
А она знала, что он знает, о чём она думает.
Но даже при этом Су Няньли не могла удержаться от желания узнать о состоянии Е Ифаня.
— Муж, — начала она, — вся эта история с расследованием в «Медиа Звёздное Небо», которая наделала столько шума, — это ведь твоих рук дело?
Чу Тянь поднял глаза.
— Моих. Улики неопровержимы, и «Девять Земель» уже готовятся принять компанию под свой контроль.
Услышав это, Су Няньли замерла, её палочки для еды застыли в воздухе. На лице на долю секунды промелькнул испуг, тут же сменившийся восхищением, смешанным со страхом.
«Сын самой богатой женщины страны, ничего не скажешь. Действует быстро, точно и безжалостно».
Такую огромную корпорацию, как «Медиа Звёздное Небо», он сокрушил и поглотил всего за несколько дней, да ещё и такими методами.
После короткой паузы Су Няньли снова предприняла попытку.
— В сети пишут, что на месте событий произошёл какой-то конфликт... Это правда?
Чу Тянь отпил воды и кивнул.
— Да, без стычки не обошлось.
Сердце Су Няньли пропустило удар и забилось в горле. Стараясь подавить волнение, она спросила голосом, который начал предательски дрожать:
— И что... кто-нибудь пострадал?
Она прекрасно знала, что Е Ифань пострадал, но такой вопрос должен был заставить Чу Тяня самого упомянуть его имя. И тогда её дальнейшие расспросы о серьёзности его травм выглядели бы совершенно естественно.
Но все эти её хитрости были написаны у неё на лице. А такого человека, как Чу Тянь, выросшего в кругах власти, провести было невозможно.
«Хочешь, чтобы я сам его упомянул? Как бы не так».
— Никто не пострадал, — безмятежно ответил он, не удостоив Е Ифаня даже упоминанием. — Мы живём в правовом, гармоничном обществе. Поглощение компании — это тебе не бандитские разборки за территорию, с драками и поножовщиной.
Тут Су Няньли забеспокоилась по-настоящему. Она же сама видела на видео, что Е Ифань весь в синяках! Как это «никто не пострадал»?
— Но я точно видела, что там был раненый! Муж, может, ты что-то путаешь?
Чу Тянь прекратил есть. Он медленно поднял голову и посмотрел прямо в глаза жене. В её взгляде, словно в глубоком тёмном омуте, плескалась нескрываемая тревога.
— Су Няньли, — он отложил палочки, его голос стал твёрдым. — Ты весь вечер ходишь вокруг да около. О ком ты на самом деле беспокоишься? Может, скажешь прямо?
Её уличили. Щёки Су Няньли мгновенно залил румянец. Она открыла рот, но не смогла вымолвить ни слова.
— Нет-нет, я просто так спросила... просто из любопытства... Давай есть, ешь...
Чтобы скрыть своё смятение, она покраснев, торопливо проглотила несколько ложек риса. Но в душе тревога никуда не делась. Однако, видя реакцию Чу Тяня, она больше не решалась заводить этот разговор.
Так, в мучительном молчании, они и закончили ужин.
Чу Тянь устроился в гостиной смотреть телевизор, Су Няньли села рядом. Он обычно был очень занят, и возможность вот так провести время с женой посреди рабочего дня выпадала редко. Раньше Су Няньли ценила бы каждую такую секунду. Но сегодня она сидела рядом с мужем как на иголках.
Чу Тянь видел её состояние, и на душе у него стало тоскливо. Но он понимал: если не рассказать ей о судьбе Е Ифаня, она так и будет мучиться весь день.
Наконец он заговорил.
— С Е Ифанем всё в порядке. Я всего лишь влепил ему пару пощёчин. Он взрослый мужик, не умрёт. Теперь ты довольна?
Су Няньли вздрогнула. Теперь-то уж точно нельзя было показывать свою заботу о нём. Пусть она сама и считала, что её совесть чиста, но кто знает, что подумает Чу Тянь.
— Муж, ты не так понял. Я вовсе не о Е Ифане беспокоюсь. Просто... в последнее время столько всего произошло, у меня голова кругом идёт.
Чу Тянь, конечно, не поверил ни единому её слову, но лишь неопределённо хмыкнул и вернулся к просмотру телевизора.
Су Няньли понимала, что на карьере Е Ифаня поставлен крест. Его репутация рухнула, самые преданные фанаты отвернулись и присоединились к травле, новый фильм так и не выйдет на экраны. А теперь он и вовсе за решёткой.
После краха его имиджа все бренды, которые он рекламировал, разорвали с ним контракты. После одного громкого скандала с другой звездой компании поумнели и стали добавлять в договоры пункт о возмещении ущерба в случае репутационного коллапса. Ему придётся не только вернуть гонорары, но и выплатить огромные неустойки.
Всё его имущество будет арестовано. Банковские счета заморожены, недвижимость опечатана.
Можно сказать, жизнь Е Ифаня была разрушена. Он потерял не только будущее, но и всё, что заработал. Получалось, что все его годы в шоу-бизнесе — унизительная роль содержанки, заискивание перед фанатами — всё это было напрасно и превратилось в посмешище.
Но видя его, поверженного и раздавленного, Су Няньли не чувствовала ненависти. Напротив, в душе шевельнулась странная жалость.
К вечеру она больше не могла терпеть.
Су Няньли твёрдо решила вызвать Чу Тяня на откровенный разговор.
http://tl.rulate.ru/book/157754/9412907
Готово:
