Главный военный госпиталь, Пекин.
Из автобуса, медленно остановившегося во дворе, вышла Лу Вэньтин. Ее, как одного из лучших врачей Шанхая, направили сюда, в самый известный госпиталь страны, на повышение квалификации. Вокруг сновали люди в военной форме, и она, в своем сером френче, чувствовала себя белой вороной.
Сопровождающий проводил ее до общежития, а оттуда, после того как она устроилась, — в отделение. Получив белый халат, Лу Вэньтин пошла представляться.
— Здравствуйте, товарищ руководитель! Я Лу Вэньтин из Шанхая, прибыла для прохождения стажировки!
— Так это вы — доктор Лу! Прекрасно! Мы как раз говорили, что в этом году к нам приедет молодой специалист, опубликовавший статью в «Китайском медицинском журнале»…
— Вы мне льстите…
— Вовсе нет. Я читал вашу статью о люминоле. Очень хорошая работа!
— Спасибо, но я там всего лишь второй автор…
— Ах да! Первый — товарищ Чэнь Цинфэн. А почему он не приехал?
— Он не из нашего ведомства. Он сотрудник милиции из города Гучэн, провинция Хэбэй.
— Сотрудник милиции!
Ее наставник был немало удивлен.
Впрочем, Лу Вэньтин, без сомнения, была самой блестящей из всех стажеров. Выпускница Шанхайского мединститута, с публикацией в авторитетном научном журнале — такая биография вызывала уважение даже у врачей, проработавших в госпитале много лет.
Главный военный госпиталь собирал лучшие умы со всей страны. Здесь лечили не только высший командный состав армии, но и решали задачи государственной важности. Работать здесь было честью для любого врача.
Наставник провел для нее экскурсию. Чистые, просторные палаты, новейшее оборудование, редчайшие клинические случаи, с которыми она никогда не сталкивалась в Шанхае, — она поняла, что попала в святая святых медицины.
В обед ей выдали талоны на питание. Здесь она получала две зарплаты: одну — по основному месту работы, вторую — стипендию стажера.
В Шанхае Лу Вэньтин уже вела самостоятельный прием. Здесь же ей предстояло начать все с начала, с ординатора. В первый день ночного дежурства у нее не было, но она все равно осталась в ординаторской, чтобы быстрее войти в курс дела.
— Лу, давай сегодня вместе дежурить? Ты — вторую половину ночи, я — первую.
— Хорошо. Только скажите, на что обратить особое внимание.
— Да все как обычно. Истории болезней ты уже смотрела. Наверху, в спецпалате, лежит один старый товарищ, товарищ Чэнь. За ним — особый присмотр. Остальные — несколько человек на выписку, так, взглянуть одним глазком.
Ее коллега ушла на обход, а Лу Вэньтин, взяв книгу, принялась за учебу. Когда та вернулась, то тут же рухнула на железную койку. Работа врача была такой: в любую минуту ты должен быть наготове, а в свободную — ловить каждую секунду сна.
Лу Вэньтин спать не хотелось. Она достала свои записи по эксперименту с люминолом и углубилась в работу. Засиделась до полуночи, а потом пошла на обход. В коридоре дремала дежурная медсестра. Лу Вэньтин тихо прошла по палатам, проверила тяжелобольных. Затем поднялась в спецпалату.
Дверь была не заперта, в комнате горел свет.
— Товарищ, почему вы не спите? Вам нужен отдых.
— Простите, доктор. У меня режим совсем сбился. Ночью не сплю, а днем не добудишься. Привык уже! А вы, я смотрю, новенькая?
— Я Лу Вэньтин, из Шанхая, приехала на стажировку.
— А, так вы с юга! Я тоже когда-то на юге работал. Славные были времена…
Лу Вэньтин измерила ему давление — все было в норме. Пожелав ему спокойной ночи, она собралась уходить, но старик остановил ее и протянул яблоко.
— Возьмите, товарищ, вы тоже устали.
Она хотела было отказаться, но он был так настойчив, что ей пришлось взять. Она понимала, что в спецпалатах лежат непростые люди. Но этот товарищ Чэнь был на удивление прост и обаятелен.
Вернувшись в ординаторскую, она увидела, что ее коллега крепко спит. Сон не шел. Лу Вэньтин нашла на столе лист бумаги, взяла ручку и начала писать.
«Товарищ Чэнь Цинфэн, меня направили на стажировку в Главный военный госпиталь в Пекине. Если у вас будет время, приезжайте. Конечно, если это не помешает работе…»
Она перечитала написанное. Приглашать человека в столицу без всякого повода было как-то глупо. Но что еще писать? Каждый раз — одно и то же: привет, как работа? Хотелось сказать так много, а получалось — только о делах.
Она сложила письмо и сунула его в заранее подписанный конверт. Завтра бросит в почтовый ящик во дворе.
На следующее утро заведующий отделением с группой врачей делал обход. Войдя в палату товарища Чэня, они увидели, что тот крепко спит. Контраст со вчерашним бодрым стариком был разительным. Рядом с кроватью стоял молодой солдат.
— Тише, не мешайте товарищу Чэню отдыхать!
— Товарищ, как он сегодня?
— Сказал, что вчера ночью дежурный врач уже измерял ему давление. Командующий сказал, что у товарища Чэня большие заслуги перед родиной, и вы должны сделать все, чтобы поставить его на ноги.
http://tl.rulate.ru/book/157115/9335755
Готово:
"товарища Чэня большие заслуги перед родиной, и вы должны сделать все, чтобы поставить его на ноги." - если заслуг нет, то можно и не лечить. Вот такое представление о равенстве. Все равны, но некоторые более равны, чем другие.