Слова «Зал Правопорядка», словно ушат ледяной воды, вмиг потушили только что разгоревшееся в соломенном сарае пламя надежды. Волнение и энтузиазм на лицах сородичей быстро сменились ужасом и тревогой. Неотступный призрак Павильона Сотни Талисманов и так доставлял немало хлопот, а теперь они привлекли внимание номинальных управителей рынка Цинши — Зала Правопорядка! Это означало, что противник получил в свои руки официальное право на любые действия!
Лицо Линь Чжэньюэ мгновенно стало мрачным, как вода в глубоком омуте. В его глазах вспыхнул ледяной блеск, но он с усилием подавил гнев. Глубоко вздохнув, он обратился к Линь Фэну низким голосом:
— Фэн-эр, твои раны еще не зажили, оставайся здесь! Сяоху, присмотри за главой Зала Талисманов! Остальные, продолжайте работать! Ши, ты пойдешь со мной!
Он должен был пойти сам. Зал Правопорядка представлял законы рынка Цинши, и пусть эти законы зачастую были лишь фиговым листком для крупных сил, у клана Линь сейчас не было сил, чтобы переворачивать столы.
Линь Чжэньюэ вместе с Линь Ши широкими шагами направился к входу на территорию клана. Линь Фэн, прислонившись к стогу сена, оставался таким же бледным. Темная энергия между его бровями под давлением золотого света талисмана побледнела, но упрямо не исчезала. Он закрыл глаза, превозмогая острую боль в глубинах души, вызванную остатками злого проклятия и использованием «Золотых зрачков с проклятыми рунами». Собрав все силы, он активировал «Деловое чутье» и свои новоприобретенные, все еще отдававшиеся ледяной болью «Золотые зрачки с проклятыми рунами»!
Его зрение пронзило ветхие стены сарая и устремилось ко входу на территорию клана.
У входа царила гнетущая атмосфера.
Впереди всех стоял управляющий с козлиной бородкой, Обдирала Чжоу, с нескрываемым самодовольством и злобой на лице. За ним — два совершенствующихся в сине-серых форменных одеждах, на груди которых был вышит герб в виде скрещенных мечей и весов. Это были ученики-блюстители из Зала Правопорядка рынка Цинши! Их ауры были плотными, оба находились примерно на шестом уровне Совершенствования Ци, а взгляды их были холодными и полными высокомерного презрения. За ними следовали четверо свирепых на вид охранников из Павильона Сотни Талисманов.
— Старейшина Линь, давно не виделись, как поживаете? — с фальшивой улыбкой поприветствовал его Обдирала Чжоу, его голос был резким и неприятным. — Несколько дней назад двое моих работников были ранены на рынке неизвестным злым созданием и до сих пор лежат без сознания! Более того, пропал ценный материал для создания артефактов, «порошок из панцирей духовных точильщиков», который особо запрашивал уважаемый гость нашего павильона, старейшина Мо! После тщательного расследования все улики ведут прямо к вашему клану Линь!
Он сменил тон и, указав на двух блюстителей, с угрозой произнес:
— Это дело чрезвычайной важности, к тому же оно касается старейшины Мо! Поэтому мы специально пригласили двух старших братьев из Зала Правопорядка, чтобы они восстановили справедливость! Прошу старейшину Линь оказать нам содействие и позволить обыскать территорию вашего клана, чтобы мы могли доказать вашу «невиновность»! — Последние слова он произнес с особым нажимом, полным издевки.
Линь Чжэньюэ, с трудом сдерживая ярость, сложил ладони в приветственном жесте перед двумя блюстителями:
— Прошу вас, уважаемые блюстители, рассудите здраво! Наш клан Линь — нищий клан девятого ранга, мы из поколения в поколение живем на горе Цинлань, ведем себя мирно и законопослушно. Ранение работников Павильона Сотни Талисманов не имеет к нам никакого отношения! Что до порошка из панцирей, так это всего лишь остатки от обычных вредителей с задней горы, которые мы давно убрали. О каком «важном материале» может идти речь? Слова управляющего Чжоу — чистая клевета!
— Клевета? — подал голос один из блюстителей с суровым лицом, в его голосе не было и тени эмоций. — Управляющий Чжоу предоставил свидетеля (имея в виду работника, раненного каменной пластиной с рунами Линь Фэна), который утверждает, что у вашего соклановца Линь Фэна есть злой предмет, которым он и нанес ранения. Также есть вещественные доказательства, указывающие на причастность вашего клана к краже порошка. Старейшина Линь, Зал Правопорядка действует на основании доказательств. Вы думаете, что сможете от нас отделаться одним словом «клевета»?
Другой блюститель острым взглядом окинул обветшалую территорию клана и видневшийся вдали неказистый соломенный сарай, служивший Залом Талисманов, а уголки его губ скривились в едва заметной презрительной усмешке:
— Зал Талисманов клана Линь? Хех, я слышал, что его глава, Линь Фэн, в последнее время «прославился»? Раз уж он смог создать злой предмет, способный ранить людей, то, должно быть, у него хватит умения и спрятать краденое. Так это или нет, узнаем после обыска! Старейшина Линь, не препятствуйте правосудию, иначе вы пойдете против законов всего рынка Цинши!
Это была неприкрытая предвзятость! Так называемые свидетели и улики были лишь словами Павильона Сотни Талисманов! Зал Правопорядка явился сюда, чтобы раздуть из мухи слона, повесить на клан Линь преступление и облегчить Павильону Сотни Талисманов дальнейший грабеж!
Линь Чжэньюэ дрожал от гнева, его мощь восьмого уровня Совершенствования Ци начала непроизвольно колебаться. Линь Ши побагровел, его кулаки сжались так, что заскрипели костяшки. Если бы не Великий старейшина, он бы уже бросился разрывать эту козлиную бородку на части!
— Великий старейшина… — процедил Линь Ши сквозь зубы.
Линь Чжэньюэ остановил его жестом руки. Он неотрывно смотрел на двух блюстителей и Обдиралу Чжоу, его грудь тяжело вздымалась. Наконец, он выдавил из себя:
— Хорошо! Ищите! Мне, Линь Чжэньюэ, нечего бояться! Но если вы не найдете так называемые «злые предметы» и «краденое»…
— Если не найдем, это докажет невиновность клана Линь! — поспешно вставил Обдирала Чжоу с хитрым и уверенным блеском в глазах. Ему было абсолютно все равно, найдут они что-то или нет. Его цель — унизить клан Линь, подорвать авторитет Зала Талисманов и, что самое главное, — прервать их только начавшиеся исследования бумаги для талисманов! Стоило людям из Зала Правопорядка зайти внутрь, и под духовным чутьем совершенствующихся шестого уровня от маленьких секретов клана Линь не осталось бы и следа. Их «фокусы с насекомыми и травой» станут посмешищем всего рынка Цинши!
— Прошу! — Линь Чжэньюэ посторонился, его лицо было мертвенно-бледным. Это было унижение, но ради выживания клана он должен был стерпеть!
Два блюстителя с непроницаемыми лицами первыми шагнули на территорию клана. Обдирала Чжоу бросил на Линь Чжэньюэ торжествующий взгляд и последовал за ними со своими охранниками.
***
В соломенном сарае Линь Фэн все «видел» и слышал предельно ясно. Темно-красные проклятые руны в его глазах слегка мерцали, причиняя острую боль, но в то же время позволяя ему четче разглядеть траектории духовной энергии в телах блюстителей и слабое свечение нескольких низкоуровневых артефактов на теле Обдиралы Чжоу.
— Сяоху, — голос Линь Фэна был хриплым, но на удивление спокойным, — быстро! Спрячь самую мелкую партию перемолотого порошка! И отстоявшийся концентрат сока! Спрячь… спрячь в золу в очаге! Быстрее!
— А? О! Да! — Линь Сяоху хоть и не понял зачем, но беспрекословно выполнил приказ. Вместе с одной сообразительной женщиной он быстро спрятал несколько банок с драгоценным сырьем.
Сам Линь Фэн с трудом сел прямо, плотнее закутался в рваную ткань, чтобы скрыть золотое свечение талисмана на груди, и засунул за пазуху самый первый образец бумаги из панцирей и папоротника. Глубоко вздохнув, он подавил боль в душе и слабость в теле, стараясь выглядеть просто тяжелораненым, а не жертвой злого проклятия.
Соломенную занавеску грубо отдернули!
Первым в сарай просунулось отвратительное лицо Обдиралы Чжоу, а за ним вошли два блюстителя с холодными взглядами. В нос им ударил едкий запах папоротника «Железная нить» и мази, заставив их слегка нахмуриться.
— Так это и есть ваш Зал Талисманов? — Обдирала Чжоу зажал нос и картинно помахал рукой, его голос был полон презрения. — Тьфу-тьфу-тьфу, соломенный сарай? Каменная ступка? Разбитые глиняные горшки? Возитесь с какой-то гнилой травой и грязью? Линь Фэн, это из этого ты сделал тот злой предмет, что ранил моих людей? — Его взгляд, словно ядовитая змея, скользнул по бледному и изможденному лицу Линь Фэна, пытаясь найти страх или слабину.
Линь Фэн спокойно встретил его взгляд. Его голос был слабым, но отчетливым:
— Управляющий Чжоу, выбирайте выражения. Наш Зал Талисманов только создан, условия у нас скромные, и мы всего лишь ищем простое решение проблемы истощения духовных полей. О каких злых предметах вы говорите? Что до ранения ваших работников… в тот день у восточных ворот рынка все произошло на глазах у всех. Это банда «Черная Крыса» пыталась силой отнять товар, а когда не вышло — напасть! Я лишь защищался, и использовал я не злой предмет, а случайно активировавшийся защитный камень. Если Зал Правопорядка хочет расследовать это дело, то им следует заняться бандой «Черная Крыса», которая средь бела дня совершает разбой!
Он прямо перевел стрелки на банду «Черная Крыса», подчеркнув «на глазах у всех» и «самооборону», пытаясь занять морально выгодную позицию.
Один из блюстителей холодно хмыкнул, и его мощное духовное чутье, словно невидимый прожектор, мгновенно просканировало весь сарай! Каменная ступка, глиняные горшки, сохнущие заготовки папоротника, наполовину перемолотый порошок из панцирей, сваленные в кучу обломки руды, «Паста из Железного Папоротника», которую женщина раскладывала по банкам… Все оказалось под его контролем. Он особенно тщательно проверил тело Линь Фэна и обломки руды. Он действительно почувствовал, что Линь Фэн серьезно ранен, а его духовная энергия истощена, и обнаружил на камнях остаточные следы слабой земной ци. Однако он не ощутил ни сильной злой ауры, ни чистых и стабильных колебаний энергии, как у талисмана «Каменный Замок». Что до смеси из травяного сока и порошка из панцирей, то в его глазах это был просто мусор, лишенный какой-либо духовности.
— Хм, куча хлама! — блюститель убрал свое духовное чутье, его взгляд стал еще более презрительным. — Панцири и травяной сок, и это вы называете путем талисманов? Просто смешно! — Он совершенно не верил, что клан Линь мог создать что-то стоящее из этого барахла, считая это лишь отчаянными потугами обезумевшего от нищеты клана.
Другой блюститель подошел к относительно ровной каменной плите, служившей «столом для изготовления бумаги». На плите все еще оставался слой темно-коричневой, не до конца высохшей смеси из порошка и сока. Он щелкнул пальцами, выпустив слабую духовную энергию.
"Пфф!"
Смесь разлетелась от удара, обнажив каменную плиту под собой. Ничего необычного.
— И это «секретная техника» вашего Зала Талисманов? — усмехнулся он, окончательно потеряв интерес.
Обдирала Чжоу, видя, что блюстители ничего ценного не нашли, повел глазами и указал на плетеные коробочки с «Пастой из Железного Папоротника», которые раскладывали Линь Сяоху и женщина:
— А это что? Такой странный цвет! Небось, отрава из ядовитых трав?
— Это «Паста из Железного Папоротника», которую наш Зал Талисманов пытается производить. Она сделана из экстракта папоротника «Железная нить» и используется наружно для снятия воспаления, утоления боли и лечения обычных ран, — спокойно объяснил Линь Фэн.
— Папоротник «Железная нить»? Та дикая трава, что отпугивает насекомых? — картинно рассмеялся Обдирала Чжоу. — Лечит раны? Ха-ха-ха! Линь Фэн, ты что, держишь господ блюстителей за дураков? Я так думаю, ты именно этой дьявольской мазью и навредил моим людям!
— Эффективна она или нет, можно легко проверить! — холодно ответил Линь Фэн. — Если управляющий Чжоу не верит, он может сам нанести себе рану и помазать этой пастой. Результат будет виден сразу! Если она не подействует, я, Линь Фэн, готов понести любое наказание! А если подействует, что тогда скажете вы, управляющий Чжоу? — Он поставил Обдиралу Чжоу в тупик.
— Ты! — Обдирала Чжоу поперхнулся, его лицо побагровело. Конечно, он не собирался ничего пробовать.
— Хватит! — нетерпеливо прервал их главный блюститель. Цель его визита была достигнута — он убедился, что Зал Талисманов клана Линь — это посмешище, припугнул клан и оказал услугу Павильону Сотни Талисманов. Поиски «злого предмета» и «краденого» изначально были лишь предлогом. — Старейшина Линь, мы провели обыск и, хотя не нашли прямых улик, тот факт, что ваш соклановец Линь Фэн владеет странными техниками и ранил людей, остается фактом. К тому же… — он с отвращением посмотрел на «хлам» в сарае, — …эти никчемные вещи, которые вы осмеливаетесь называть путем талисманов, нарушают порядок на рынке!
Он сделал паузу, его голос стал ледяным:
— Учитывая, что это ваше первое нарушение, Зал Правопорядка не будет углубляться в это дело. Но Линь Фэн должен пойти с нами в Зал Правопорядка для содействия в расследовании дела о нападении! Кроме того, «Паста из Железного Папоротника», производимая вашим Залом Талисманов, имеет неизвестный состав и сомнительную эффективность. До получения разрешения от аптекарей рынка ее продажа запрещена! В противном случае вас ждет суровое наказание!
Забрать Линь Фэна! Запретить продажу Пасты из Железного Папоротника!
Это был удар под дых! Забрать тяжелораненого Линь Фэна, на котором лежит злое проклятие, означало обезглавить Зал Талисманов и обречь его на развал! А запрет на продажу пасты лишал клан Линь единственного на данный момент способа быстро заработать духовные камни!
— Нет! — одновременно взревели Линь Чжэньюэ и Линь Ши! Мощь восьмого уровня Совершенствования Ци Линь Чжэньюэ вырвалась наружу, словно извержение вулкана! Забрать Линь Фэна означало покуситься на самое сердце клана Линь!
Атмосфера в сарае мгновенно накалилась до предела! Лица двух блюстителей помрачнели, их руки легли на рукояти артефактов на поясе. Обдирала Чжоу спрятался за их спинами, в его глазах плясали злорадные огоньки.
И в этот напряженный, взрывоопасный момент!
— Кх… кх-кх! — Линь Фэн вдруг начал сильно кашлять, так, что казалось, его легкие вот-вот разорвутся. Из уголка его рта снова потекла кровь с темными прожилками, тело его зашаталось, а темная энергия между бровями, казалось, на миг всколыхнулась. Опираясь на стог сена, он с трудом поднял голову и посмотрел на двух блюстителей, его голос был слабым и прерывистым:
— Ува… уважаемые блюстители… Линь Фэн… тяжело ранен… душа повреждена… боюсь… боюсь, не смогу пойти с вами… если… если вы заберете меня силой… боюсь, не дойду до Зала Правопорядка… испущу дух… и тогда… если старейшина Мо спросит… куда делся его «Талисман изгнания зла и успокоения сердца»… Линь Фэн… не сможет ответить…
Старейшина Мо! Талисман изгнания зла и успокоения сердца!
Эти слова, словно удар грома, прогремели в ушах двух блюстителей! Их лица резко изменились! Старейшина Мо занимал на рынке Цинши особое положение, даже глава Зала Правопорядка относился к нему с почтением! У Линь Фэна был талисман, подаренный самим старейшиной Мо? И, судя по его словам, этот талисман как-то связан с его нынешней тяжелой раной? Если Линь Фэн и вправду умрет по дороге, и старейшина Мо начнет расспрашивать…
Они переглянулись, и в глазах друг друга увидели страх. Обдирала Чжоу тоже опешил. Он не ожидал, что Линь Фэн вытащит такой козырь, как старейшина Мо!
Лицо главного блюстителя несколько раз менялось, и в конце концов он холодно хмыкнул:
— Хм! Раз уж ты так тяжело ранен, оставайся пока в клане и лечись! Но дело на этом не закончено! Когда поправишься, все равно должен будешь явиться в Зал Правопорядка и дать показания по делу о нападении! Что до запрета на «Пасту из Железного Папоротника», он остается в силе!
Сказав это, он бросил на Обдиралу Чжоу гневный взгляд, словно виня его в недостоверной информации, из-за которой они могли навлечь на себя гнев старейшины Мо. Затем он махнул рукой и вместе с другим блюстителем развернулся и ушел, даже не попрощавшись.
— Эй! Господа блюстители! Подождите меня! — Обдирала Чжоу поспешно бросился за ними, но перед уходом успел бросить на Линь Фэна и Линь Чжэньюэ полный яда взгляд, не решаясь больше ничего сказать.
Когда люди из Зала Правопорядка и Павильона Сотни Талисманов скрылись за воротами, напряженное тело Линь Чжэньюэ наконец расслабилось. Его спина была мокрой от холодного пота. Он быстро вошел в сарай и поддержал снова кашляющего кровью Линь Фэна:
— Фэн-эр! Как ты?
— Еще… не умер… — Линь Фэн вытер кровь с губ, но в его глазах сверкал ледяной блеск. Шкура тигра в лице старейшины Мо на время отпугнула шакалов, но это также полностью раскрыло его связь со старейшиной, что могло привести к большим проблемам в будущем. А запрет на продажу пасты перекрыл клану главный источник дохода.
— Великий старейшина… запрет… «Пасту из Железного Папоротника» больше нельзя продавать… — Линь Сяоху держал в руках несколько только что упакованных коробочек, его личико было бледным, а голос дрожал от слез.
— Нельзя продавать… значит, будем дарить! — В глазах Линь Фэна мелькнули темно-красные руны, и в отчаянной ситуации родилась новая идея. — Сяоху, тетушка, продолжайте делать! Делайте больше! Делайте лучше! Мы… будем раздавать ее бесплатно!
— Бесплатно? — все остолбенели.
— Да! Бесплатно! — Голос Линь Фэна звучал с решимостью человека, сжегшего за собой все мосты. — Раздавать всем на рынке Цинши, кого кусают насекомые и кто получает мелкие раны — вольным совершенствующимся, торговцам, шахтерам! Прямо им в руки! Прямо им в душу!
— Я хочу, чтобы весь рынок Цинши узнал об эффекте «Пасты из Железного Папоротника»! Узнал, что она из Зала Талисманов клана Линь с горы Цинлань! Узнал, что ее «запретили» Зал Правопорядка и Павильон Сотни Талисманов! Я хочу, чтобы этот запрет стал нашей лучшей рекламой! Чтобы это «бесплатно» стало занозой в сердце Павильона Сотни Талисманов!
— Когда молва разойдется, когда спрос хлынет, как прилив… вот тогда я посмотрю, как долго продержится этот запрет!
Взгляд Линь Фэна упал на каменную плиту в углу сарая, служившую столом для изготовления бумаги. На краю плиты темно-коричневая смесь, разлетевшаяся от удара духовной энергии блюстителя, попала на небольшую горку тщательно перемолотого и просеянного, самого мелкого белого порошка из отрубей духовного риса (изначально предназначенного для загущения «Пасты из Железного Папоротника»).
В этот момент, в незаметном углу, темно-коричневая смесь медленно впитывалась в белоснежный порошок. Начиналось едва уловимое преображение.
Искра Зала Талисманов не только не погасла на ледяном ветру запрета, но, подброшенная Линь Фэном в виде «бесплатной раздачи», разгорелась еще яростнее! А ключ к прорыву в технологии изготовления бумаги для талисманов, возможно, таился в этой неприметной, случайно смешавшейся капле.
http://tl.rulate.ru/book/156745/9160132
Готово:
