Для тракийской армии Синие мундиры были символом победы.
Одно их появление на поле боя вздымало боевой дух, а для пехоты грохот копыт их скачущих коней был почти неотличим от победного клича.
Но теперь это осталось в прошлом.
В последнем генеральном сражении Синие мундиры были полностью разгромлены Магическим дивизионом и арбалетчиками Астонии.
Их прославленная толстая броня была достаточно крепка, чтобы выдержать удары обычных копий и мечей, но перед огневым заслоном магов и арбалетчиков она оказалась бессильна.
1-й тяжелый бронекавалерийский отряд Победы.
2-й Железный кавалерийский отряд Наступления.
Непобедимый 3-й тяжелый кавалерийский отряд.
Прославленные кавалерийские отряды Тракии терпели поражение за поражением, не добившись сколько-нибудь значимых успехов.
Множество Синих мундиров, жаждавших мести, попросту растаяли в огневом заслоне астонийской армии.
Всего за полгода элитная кавалерия была полностью уничтожена.
Выжило меньше трети личного состава.
Фактически вся боевая мощь тяжелой кавалерии, развернутой в Северном регионе, была сметена с лица земли.
Командование отчаянно пыталось восстановить разгромленные части, но все было тщетно.
Большинство Синих мундиров, попавших под массированный обстрел астонийской армии, превратились в калек.
Кто-то оглох от взрывов, кто-то лишился конечности.
А подавляющее большинство страдало от тяжелых психологических осложнений.
Выжившие Синие мундиры были охвачены глубокой депрессией, они болезненно реагировали на любой громкий шум или вспышку света.
Но настоящая проблема заключалась в другом.
Среди Синих мундиров воцарились пораженческие настроения.
Они больше не были символом победы и славы. Не были и универсальным ключом, способным переломить ход боя.
Даже если чудом удастся прорваться сквозь ужасающий магический обстрел и плотный огонь арбалетчиков, как, утратив боевой дух, пробить плотный строй копейщиков? И как одолеть тяжелую пехоту с алебардами, что ждет за их спинами?
Стремительно меняющиеся условия на поле боя, казалось, говорили в один голос:
— Эпоха тяжелой кавалерии подошла к концу.
Синим мундирам оставалось лишь смириться. Времена, когда они были главными героями на полях сражений, уже не вернутся. Прежней славы им больше не видать.
Так считали все, пока одна весть не потрясла линию фронта.
— 8-й корпус полностью разгромил один из корпусов Астонии, вышедший на позиции в районе Шурельграда!
Это случилось сразу после сокрушительного поражения наших войск и их отступления ко второй линии обороны. О контратаке не могло быть и речи – полуразбитые корпуса с трудом восстанавливали силы, едва удерживая рубеж.
Этой победы не ожидал никто.
Но даже тогда Синие мундиры считали, что это их не касается.
Как же они ошибались.
Оказалось, что плацдарм для контрнаступления создали такие же Синие мундиры, как и они.
— Говорят, Синие мундиры полностью уничтожили снабжение астонийской армии.
— Мало того что нанесли невосполнимый урон преследовавшим их крылатым копейщикам, так еще и полностью разгромили Магический дивизион, обстреливавший крепость.
И все это, как оказалось, совершил не кавалерийский батальон и даже не рота, а всего лишь один кавалерийский взвод.
Синие мундиры, уже превратившиеся в полуинвалидов, были потрясены до глубины души невероятной победой своих братьев.
С этого момента атмосфера на фронте изменилась.
Астонийская армия, яростно штурмовавшая вторую линию обороны, начала повсеместно отступать.
Тракийская армия медленно продвигалась вперед, возвращая утраченные территории.
— Это не мы отвоевали.
— Враг сам оставил эти земли.
Синие мундиры, едва оправившиеся от шока поражения, выражали недовольство директивами командования, которые казались не просто осторожными, а откровенно пассивными.
Именно в этот момент вести о братьях снова прогремели на весь фронт.
— 8-й и 15-й корпуса уничтожили 4-й корпус Астонии!
И снова главными героями битвы стали их братья.
Синие мундиры 8-го корпуса, всего пятьдесят всадников, разгромили рыцарский орден и доппельсольднеров Астонии, а также взяли в плен вражеского командира корпуса.
С этого момента ход боя резко изменился.
Астонийская армия, до того отступавшая неспешно, теперь бежала. От былой уверенности победителей не осталось и следа. Войска Астонии, глубоко вклинившиеся на нашу территорию, превратились в жалких беглецов, бросавших даже ценные припасы.
Вся тракийская армия перешла в контрнаступление, добиваясь значительных успехов на всех направлениях. В сражениях участвовали и Синие мундиры, которые, благодаря невероятным подвигам своих братьев, смогли стряхнуть с себя груз поражения.
— Все это благодаря Синим мундирам 8-го корпуса.
— Братья из Шурельграда, это они заложили основу нашей победы.
Синие мундиры приписывали все заслуги своим братьям. И это не были пустые слова – они действительно так считали.
И вот, наконец, война закончилась.
Война закончилась, но все Синие мундиры Северного фронта помнили имя брата, что сиял ослепительной звездой в самые отчаянные времена.
— Младший лейтенант Яник… Хотел бы я когда-нибудь с ним встретиться.
— Я бы все отдал, лишь бы скакать рядом с ним.
Синие мундиры страстно желали этого.
И их желание исполнилось гораздо раньше, чем они могли ожидать.
— Вперед, в самое пекло! Сквозь лес длинных копий, за головой принцессы! Те, кто желает вместе со мной стать легендой тракийской армии, немедленно явитесь в Шурельград!
Их герой звал их.
Все Синие мундиры на линии фронта, бросив все дела, устремились в Шурельград.
Спустя несколько дней ожидания они наконец встретили своего брата, своего героя.
— За Тракию!
Триста тридцать семь Синих мундиров прокричали это во всю глотку, словно снова стали новобранцами.
— Приветствую вас, Синие мундиры, — ответил им герой.
От этих слов сердца Синих мундиров чуть не выпрыгнули из груди.
— Что ж, приступим немедля.
Но радость была недолгой.
— В окрестностях Шурельграда есть несколько деревень. До шести из них можно добраться туда и обратно до захода солнца, если гнать коня во весь опор.
Ни приветственной речи, ни собеседования для проверки послужного списка, на которые они рассчитывали.
— Тот, кто до конца дня принесет флаг, висящий у входа в одну из этих деревень, пройдет первый этап испытания.
Он без обиняков начал объяснять правила.
— Ах да, у каждой деревни всего десять флагов. Если опоздаете, флагов не останется, так что поторопитесь.
В конечном счете, это означало, что останутся лишь первые двадцать процентов.
— Мы – Синие мундиры! — возразил один из стоявших в строю.
Гонка на скорость – это для легкой кавалерии. Все молча кивнули в знак согласия.
— Разве Синие мундиры – не кавалерия?
— Но…
— Хорошо. Похоже, вам не нравится, что испытание слишком простое. Тогда поступим так.
Джамаль, возьми своих кавалеристов и следуй за ними.
— Будете пойманы моими Синими мундирами – провалите испытание. Потеряете флаг по пути – тоже провал. Кстати, в этих краях могли остаться беглецы и отставшие солдаты Астонии. Если встретите их, действуйте, как подобает Синим мундирам.
Синие мундиры недоуменно переглянулись.
Но ему было все равно.
— Джамаль, начинай преследование, как только сосчитаешь до ста. Начали.
— Один, два, три, четыре…
Испытание уже началось.
— Синие мундиры под вашим командованием одеты лишь в форму, а мы в тяжелой броне. Это несправедливо.
— А ты попробуй сказать то же самое астонийской армии. Мол, мы тут в тяжелых доспехах, так что дайте нам поблажку.
«…»
Сказав это, их герой развернулся и ушел.
— Двадцать три, двадцать четыре, двадцать пять…
Тем временем Синий мундир по имени Джамаль продолжал считать.
— Н-но-о!
— Хайя!
Синие мундиры, до этого выжидавшие, разом пришпорили коней.
**
На самом деле, не все Синие мундиры боготворили командира кавалерии из Шурельграда. Некоторые приехали сюда просто из любопытства – посмотреть, что за выскочка поднял столько шума.
Иван Алекоф был как раз из таких.
Он не собирался умалять значение победы, одержанной в тяжелых условиях, но и возводить кого-то в ранг героя, как это делали другие, не спешил.
Напротив, от постоянных восхвалений вокруг его начинало тошнить.
— И это называется испытанием для Синих мундиров!
Он непрестанно извергал проклятия, но при этом усердно гнал коня.
Вдалеке показалась деревня. У въезда одиноко висел один-единственный флаг. Раз их было по десять, значит, девять человек уже побывали здесь до него.
Хоть он и был почти последним, Ивана Алекофа это не волновало. Одна лишь скорость не могла служить доказательством того, что ты – отличный Синий мундир.
Схватив флаг, он поскакал обратно к крепости. По пути ему встретились Синие мундиры из местного гарнизона, но ему как-то удалось от них оторваться.
Уже виднелись те, кто прибыл раньше. Они с довольным видом крепко сжимали флаги, а некоторые из них, самые хитрые, успели снять часть доспехов.
— На коне – вольно, отдыхать.
Пока Иван с недовольством разглядывал их, к нему незаметно подошел тот самый легендарный младший лейтенант. Позади него стояли тридцать пехотинцев. Их вид был устрашающим: пестрая одежда и лица, выбеленные добела.
«Это, должно быть, те самые знаменитые Клоуны», — подумал Иван.
— Говорят, они не смогли заплатить выкуп, и теперь, по обычаю наёмников, должны отслужить, пока не выплатят свой долг.
Пока он разглядывал доппельсольднеров в полном снаряжении, Синие мундиры с флагами продолжали прибывать. От некоторых из них пахло кровью.
— Встретил пятерых из остатков сил Астонии, но, как и подобает Синему мундиру, всех перебил!
Видимо, он наткнулся на группу беглецов и отставших солдат Астонии, о которых их предупреждали.
— Не ранен?
— Царапина, но ничего серьезного!
— Рад слышать. Назови свое имя.
— Артум Лыцен!
— Запомню. Хорошая работа.
При этих словах Синие мундиры, прибывшие первыми, зашептались.
— Что это? Похоже, за такое дают дополнительные очки.
— Черт, может, стоило специально поискать астонийцев.
Но переполох длился недолго.
— Так, посмотрим. Пятьдесят восемь, пятьдесят девять, шестьдесят. Все на месте.
Шестьдесят Синих мундиров вернулись, а те, кому не повезло, прибыли с пустыми руками. Каждый раз, когда младший лейтенант чуял запах крови, он непременно спрашивал имя воина.
«Какой бардак, — ворчал про себя Иван Алекоф. — Зачем тогда вообще было объявлять гонку на скорость?»
Как бы то ни было, испытание, казалось, он прошел.
Это было поспешное суждение. И чудовищное заблуждение.
— Не стоит отчаиваться, если у вас нет флага. Теперь вы можете его отобрать.
Младший лейтенант тут же разделил Синих мундиров на две группы и устроил симуляционный бой. Назвать это «боем» было трудно: одна сторона без разбора атаковала, а другая спасалась бегством.
— Что это такое?! Вы же сами звали нас идти за принцессой Астонии! А теперь что, проверяете, кто лучше убегает?! — возмутился один из Синих мундиров, у которого в итоге отобрали флаг.
Но младший лейтенант и бровью не повел.
— На твоем месте я бы не тратил время на болтовню, а пошел и вернул свой флаг.
В конце концов, и этот недовольный тоже вернулся в «бой».
К тому времени, как этот хаос закончился, уже почти стемнело. Но Синие мундиры забыли о времени. Гарнизонные солдаты крепости Шурельград зажгли повсюду факелы и костры, и вокруг стало светло как днем.
— Х-ха… х-ха…
— У-ух. Задницу совсем не чувствую.
— Плечи будто вот-вот отвалятся.
То, что они не махали мечами и копьями, не означало, что симуляционный бой был мирным. Наоборот, без оружия Синие мундиры дрались еще яростнее, чем когда-либо. Те, кто сумел до конца удержать свой флаг – или отнять чужой, — были полностью измотаны.
И все же на их лицах было удовлетворение.
— К сожалению, вы не прошли. Но раз уж вы проделали такой путь, не уходите, посмотрите интересное зрелище.
Провалившиеся Синие мундиры с разочарованием на лицах выслушали его, но последние слова зажгли в их глазах надежду, и они отошли в сторону.
— Синие мундиры, в боевой строй!
— Синие мундиры! В боевой строй! — шагнув вперед, зычно повторил сержант по имени Джамаль.
— Шлемы закрепить!
— Сомкнуть ряды! Колено к колену!
— Флаг вместо копья! Держите флаги прямо, идиоты!
— Молчать! Язык отрезать захотелось?
Он выкрикивал приказы, будто перед настоящим сражением. Так был сформирован плотный клинообразный строй, в котором всадники касались друг друга коленями.
— Представляю вам. Это военные шуты, которые в будущем кавалерийском отряде будут выполнять роль арьергарда. А сейчас они послужат живыми мишенями.
— …Неужели?
— Вам нужно лишь сымитировать атаку и отход. Конечно, просто имитировать будет неинтересно, верно? Я велел посыпать тела Клоунов красным порошком. В конце испытания те, у кого на копье ничего не останется, автоматически выбывают.
Ивана Алекофа взбесило, как этот офицер постоянно твердил про «интерес» и «веселье». К тому же, после целого дня скачки и кони, и всадники были на пределе. Какая, к черту, атака в таком состоянии?
— А теперь – убейте друг друга.
«Хотя если вы и правда кого-то убьете, у меня будут проблемы, хе-хе».
Иван сверлил взглядом младшего лейтенанта, который отпустил несмешную шутку и самодовольно усмехнулся.
Пу-у-у-у-у.
Раздался звук боевого рога.
Иван Алекоф невольно еще раз проверил ремешок на шлеме. Простое испытание, а все как по-настоящему. Напряжение было невероятным.
«Эти глаза… это все из-за них».
Они даже не тракийцы. Понимают ли они вообще наш язык? Им правильно все объяснили?
Оказавшись в передовой линии, он мог отчетливо видеть выбеленные лица Клоунов. Их двуручные мечи были обмотаны толстой тканью, но вряд ли это могло сильно помочь. Разрушительная сила этих клинков заключалась не в остроте, а в весе.
Ему стало не по себе.
Вдобавок ко всему, местность, изрытая следами недавних боев, была совсем не подходящей для кавалерийской атаки.
— Отряд! Рысь! Кента! Карьер!
В этот момент Синий мундир из крепости, скакавший впереди, отдал серию команд и покинул строй.
И в ту же секунду.
Пинг.
Откуда-то донесся знакомый звук.
«Неужели они и на это пошли? Да нет, быть не может».
Может.
Ту-ду-ду-дук.
На доспехи посыпались стрелы.
«Эй! Сумасшедшие ублюдки!»
Пока он мысленно вопил, расстояние до доппельсольднеров сократилось до минимума.
Изогнув накрашенные красным губы в усмешке, они смело шагнули вперед и обрушили на них свои двуручные мечи.
**
То ли он только что закончил свои дела, то ли просто не мог уснуть из-за поднявшегося шума.
— Ну и суматоха, вот это суматоха, — Евген Санов, цокая языком, смотрел на Синих мундиров, которые уже в который раз повторяли атаку и отход.
— Так вот зачем ты просил одолжить тебе крепостных лучников?
— Все должно быть как в настоящем бою, не так ли?
— Пусть даже наконечники сняты, но, учитывая высоту крепостной стены, кто-нибудь может пострадать.
— Если кто-то от такого свалится, ему пора снимать мундир.
Не отрывая взгляда от отходящих после атаки Синих мундиров, я отвечал подполковнику.
— Я слышал, ты пообещал доппельсольднерам сократить срок их службы вдвое, если они смогут сбить с коня хоть одного Синего мундира. Пусть Синие мундиры и элита, но после целого дня скачки это может оказаться для них слишком тяжело.
Было видно, что подполковник не понимает моих методов.
— Астонийская армия нейтрализовала Синих мундиров, создав плотный огневой заслон из магических обстрелов и арбалетных болтов. Вероятно, со временем и другие королевства начнут использовать ту же тактику, — спокойно объяснил я.
— Чтобы выжить в таких условиях, Синим мундирам придется двигаться вдвое, нет, впятеро больше.
— Так же, как ты действовал в бою с 4-м корпусом Астонии?
— Тогда, благодаря 15-му корпусу, Магический дивизион и арбалетчики не смогли толком среагировать, но в целом – да, похоже.
Прежняя тактика Синих мундиров – под звуки боевого рога смело нестись на врага – больше не гарантировала выживания в стремительно меняющихся условиях боя.
— Если так, зачем вообще использовать тяжелую кавалерию? Не проще ли перейти на легкую?
— Если Синие мундиры не смогут приспособиться к новым реалиям, то в конечном итоге так и произойдет, — сказал я, глядя на тех, кто давно выбыл из испытания и теперь наблюдал со стороны.
— Вы же видели, что случилось, когда они, строя из себя рыцарский орден с его смехотворной честью и гордостью, потерпели одно-единственное поражение.
Лица тех, кто хоть и делал вид, что им все равно, но внимательно слушал, напряглись.
— Мне не нужны воины, которые при звуках боевого рога бросаются в атаку и героически гибнут. Мне не нужны и те, кто цепляется за броню и традиции.
Те самые, кто еще недавно кивал, когда подполковник выражал сомнения в моих методах, теперь замерли и ловили каждое мое слово. На их лицах отражалась глубокая задумчивость.
— Мне нужны те, кто готов, если потребуется, отступить, а если потребуется – снять доспехи и притвориться легкой кавалерией.
Пока Синие мундиры в строю, враг будет вынужден сидеть в обороне, как черепаха в панцире.
— Мне нужны люди, которые выживут и вместе со мной до самого конца будут терзать врага.
Это было железное правило отряда, который я собирался создать. Тем более что в Тракии было в избытке превосходных боевых коней, отличавшихся исключительной выносливостью и упорством.
— Если, как ты говоришь, Синие мундиры смогут приспособиться к новым условиям…
Евген Санов пристально посмотрел на меня.
— …то наша Тракиа получит грозную, бессмертную кавалерию, которая будет носиться по полю боя без устали.
Точнее, это будет универсальная кавалерия, способная выполнять любые задачи. Но он был прав в том, что такой отряд, в отличие от прежних, будет обладать высокой живучестью.
— Что ж, похоже, моя роль подпевалы на этом закончена.
— …?
— Неужели ты думал, я спрашивал, потому что мне и впрямь было интересно?
Он сказал, что, судя по всему, у меня было что сказать Синим мундирам, но я не мог этого сделать, так как они не были моими подчиненными.
— Вы что, специально создали для меня эту ситуацию?
— Если честно, меня уже достали эти остатки сил Астонии. А ты под видом испытания зачистил все окрестности. Так что сыграть роль подпевалы – сущая мелочь.
К тому же, по его словам, большинство прежних командиров кавалерии погибли, так что сейчас самое время предложить новые методы.
— Потраченные лучниками стрелы и масло я запишу как расходы на ночные учения.
«А теперь мне пора, у меня еще дела. Удачи».
Я смотрел вслед удаляющемуся подполковнику, который на прощание махнул рукой, и облизнулся.
«Если бы он еще не строил из себя бездарного тактика, цены бы ему не было».
Как бы то ни было.
— Хватит. На сегодня все.
Я завершил испытание.
Наступила ночь.
Зерна понемногу отделялись от плевел.
http://tl.rulate.ru/book/156365/9040580
Готово:
