Цуй Цыю закончил говорить, произнеся те слова, что были наполнены насмешкой.
(Глаза не щиплет?)
Он отчётливо увидел, как на лице Эрис застыло выражение, слегка искажённое от предельной ярости.
Затем, словно у марионетки, у которой оборвались нити, её лицо перешло в оцепенение, с некоторым оттенком растерянности и недоверия.
Он смотрел на несколько застывшую Эрис и, не собираясь давать той слишком много времени на реакцию, развернулся и ушёл, не задерживаясь ни на секунду.
Но как раз в тот момент, когда Цюй Цыю быстрым шагом подошёл к двери, когда его рука вот-вот должна была коснуться холодной латунной дверной ручки, чтобы открыть дверь и уйти.
Миниатюрная ручка крепко и сильно схватила его за рукав правой руки.
— Ах ты, мерзкий альфонс, я так злюсь, а ты спрашиваешь, не щиплет ли у меня глаза.
Больше не храня молчание, Эрис, быстро вышедшая из ступора, тут же схватила Цюй Цыю.
Подавленный гнев, наконец, извергся, словно вулкан, голос Эрис слегка дрожал от волнения.
— И ты, мерзавец, я злюсь… разве я не должна злиться?
Она подняла голову и сердито посмотрела на Цюй Цыю.
— Ни Гилен, ни Эдны в этом не виноваты, во всём виноват ты, «мерзавец-альфонс».
Эрис говорила очень быстро, словно собираясь излить весь свой гнев:
— Ты сегодня! Вчера, позавчера вечером! Ты опять тайком бегал к той голубоволосой старой женщине (Рокси) и носил ей вкусняшки?! Да?!
(Рокси приходила в поместье Бореас к Цюй Цыю на занятия, так что они всё-таки несколько раз сталкивались.)
— И это ещё я видела, а Мэри с кухни рассказала (добрая горничная-зверолюдка, отвечающая за кухню), что ты уже несколько месяцев делаешь десерты для этой голубоволосой старой женщины.
Её рот был похож на «покемона», использующего пулемёт из семян, постоянно забрасывая Цюй Цыю своими вопросами.
— Ты что, каждый день делаешь для неё какие-то странные сладости?
— Медовое печенье, миндальное печенье, и ещё эта… эта… молочный пудинг! Да?!
Эрис злилась всё больше и больше.
— Всё это мне рассказала Мэри, ты даже Мэри угощаешь сладостями, почему же мне ничего не достаётся?
(Цюй Цыю подумал: [На самом деле, это была благодарность Мэри за помощь].)
Она, словно перечисляя названия блюд, перечислила все десерты, которые Цюй Цыю недавно приготовил для Рокси, очевидно, что она уже давно заметила это и постоянно об этом переживала.
— А как же я?! Как же я? Где моя доля?
Эрис крепко сжала маленькие кулачки и громко спросила:
— Ты, мерзкий альфонс! Скажи мне! Почему у меня ничего нет?
— Почему у неё есть каждый день, а я ни разу не видела? Почему?
Она, словно из пулемёта, задавала вопросы, голос её становился всё громче, а выражение лица — всё более обиженным.
Впрочем, в её ярких красных глазах становилось всё больше свирепости, словно ей очень хотелось поколотить Цюй Цыю.
Цюй Цыю вдруг осенило:
[О! Так вот в чём дело! Из-за сладостей! Теперь понятно! Впрочем, классика вечна — великий мем работает и в другом мире.]
[Но, согласно нормальному развитию сюжета.]
[Разве такая обиженная девочка не должна вот-вот заплакать, словно груша под дождём?]
[Почему же у неё такое свирепое выражение лица, будто она в любой момент готова наброситься с кулаками?!]
— Прости, Эрис!
Цюй Цыю, после внезапного осознания, с некоторым извинением, но и пытаясь вразумить её, объяснил:
— Но ежедневные десерты и так входят в договор о найме между мной и Рокси.
— Это дух договора. Я и тебе буду готовить десерты, можешь сначала попробовать, я ведь не знаю, любишь ли ты сладкое.
Сказав это, Цюй Цыю сменил тон, с некоторой беспомощностью в голосе:
— Но ты же вроде бы в прошлый раз говорила, что больше не будешь называть меня альфонсом, мерзавцем и тому подобное?
— На этот раз ты нарушила правила, так что тут нет никакого духа договора.
Эрис надула щёки и всё ещё сердито возразила:
— Но это всё из-за тебя. И я не переборчива в еде, потому что дедушка говорил, что переборчивые дети — нехорошие.
Услышав эти слова Эрис, Цюй Цыю не мог не подумать про себя:
[Саурос? Вот уж неожиданно! Этот старик ещё и вразумляет свою внучку.]
Пламенные красные глаза Эрис долго и пристально смотрели на Цюй Цыю, гнев в её глазах, казалось, постепенно угас, сменившись еле заметной стыдливостью.
Она слегка опустила голову, посмотрела на землю, и голос её стал намного мягче:
— Цыю, спасибо… что согласился приготовить для меня сладости.
Затем она, словно вспомнив что-то, с некоторой опаской спросила:
— Но если каждый день дополнительно добавлять ещё и мою порцию сладостей, Цыю, это не будет слишком сложно для тебя?
Услышав эти полные осторожности слова, Цюй Цыю, не раздумывая, даже можно сказать, слегка небрежно, ответил:
— Ничего страшного, пустяки.
— Я буду готовить немного больше, когда буду готовить для учителя Рокси, это не займёт много времени.
— Всё в порядке… всё в порядке… Дайдзёбу.
Эрис закричала в душе:
[«Попутно»! «Когда готовишь для Рокси», «попутно» приготовить немного больше!...]
[Всё-таки этот парень — настоящий мерзкий альфонс!]
Её маленький вулкан в душе снова яростно извергся из-за этих двух небрежных фраз Цюй Цыю.
— Так, значит, я всё-таки могу есть только объедки?!
Цуй Цыю увидел, как выражение лица Эрис сначала стало радостным, а затем мрачным.
Внезапно, словно ярость Эрис мгновенно взорвалась, после того как она сказала фразу «объедки», её голос повысился на восемь тонов, и она закричала на него:
— Мерзкий альфонс, встречай! Исходная стойка Школы Бога Меча — удар мечом!
Глядя на Эрис, которая из-за его двух реплик снова стала злобной, даже приняла боевую стойку и неизвестно откуда вытащила сверкающий длинный меч, и тут же бросилась в атаку на Цюй Цыю.
Цюй Цыю не понимал, почему всё так резко перевернулось и превратилось в ситуацию, когда ей снова придётся действовать.
Нет, не «собирается драться», а уже напала! Вынула меч!
— Эй! Да что с тобой опять такое! Давай немного рассуждать!
Цюй Цыю без труда парировал удары, но в душе был полон недоумения.
— С таким мерзавцем, как ты, не о чем говорить! Тэнчу! — атаки Эрис становились всё более яростными.
— Даже у меня терпение лопнет, если ты и дальше будешь так придираться!
Окончательно разгневанный внезапным нападением Эрис, Цюй Цыю больше не церемонился.
Его ментальная сила мгновенно сконцентрировалась, и он тихо пробормотал:
— Ментальная связь — Запрет магии — активировать!
Невидимая волна распространилась, и Цюй Цыю насильно запретил всю боевую ци, циркулирующую в её теле.
Воспользовавшись моментом, когда она была ошеломлена внезапной потерей силы, он ловко выхватил из её рук длинный меч.
— Эрис, если ты сегодня вечером осмелишься снова устроить мне «ночное нападение», —
Цюй Цыю помахал ножнами меча в руке, в его голосе звучало безапелляционное предупреждение:
— Я точно этими ножнами тебе задницу отлуплю!
— В любом случае, Филипп говорил, что в отношении Эрис допустимо применение простых телесных наказаний.
— Дружеское напоминание, умная Эрис должна понимать, что твой красавчик-учитель Цюй Цыю — очень принципиальный человек. Сказал отлуплю задницу — значит, точно отлуплю.
— Проклятый альфонс… — боевая ци заблокирована, оружие отобрано, Эрис задрожала от злости, но ничего не могла поделать, а могла лишь злобно ругаться.
Цюй Цыю перестал обращать внимание на её ругательства, взял со стола учебник «Начинающий курс Школы Водного Бога», зажал между ними изящный меч Эрис и под её гневные и исполненные досады крики удалился.
Вернувшись в свою комнату, Цюй Цыю успокоился и немного полистал учебник «Начинающий курс Школы Водяного Бога», теория начального уровня фехтования Школы Водяного Бога медленно разворачивалась на страницах.
Как раз в тот момент, когда он аккуратно положил книгу на тумбочку, собираясь приступить к последнему важному уроку на сегодня — использованию психической энергии посредством восприятия или медитации с целью содействия её дальнейшему росту и конденсации в процессе восстановления.
В дверь громко постучали, и, не дожидаясь ответа Цюй Цыю, её слегка поспешно открыли.
На пороге появилась высокая и стройная фигура Гилен.
На её лице было написано редкое в обычное время беспокойство, звериные уши настороженно поднялись, и пара острых глаз быстро окинула взглядом его комнату, словно что-то выискивая, и, наконец, остановилась на нём.
— Цыю! — голос Гилен был чуть более хриплым, чем обычно, с ноткой тревоги. — Ты не видел госпожу Эрис? Эрис пропала!
— Эрис пропала? — Цюй Цыю, услышав это, опешил, его внутренность наполнилась раздражением.
В голове мгновенно всплыло побагровевшее от гнева и обиды личико Эрис, её фраза о «мерзком альфонсе».
А также её гневный вид после того, как он заблокировал её боевую ци.
Цюй Цыю подумал: [Неужели… из-за злости она действительно сбежала из дома? Не должно быть!] Чувство раздражения распространилось в его сердце.
Гилен нахмурилась, её тон был полон беспокойства:
— Да, внезапно пропала. Горничная обнаружила это, когда пошла в комнату.
— Саурос, Филипп, миссис Хильда в сильном беспокойстве.
— Мы уже тщательно обыскали все места, где она обычно может бывать внутри и снаружи особняка (конюшня тоже), но не нашли её и следа.
— Разве вы не были с ней в библиотеке вечером?
Сказала ли она что-нибудь особенное или проявила какие-либо необычные действия после того, как покинула тебя из библиотеки?
[Эрис пропала?…]
http://tl.rulate.ru/book/155213/9303743
Готово:
