Сарутоби Хирудзен махнул рукой, и подошедшие из-за спины члены Анбу занялись шестью трупами.
Ибики хотел было что-то спросить, но, увидев угрюмое лицо Сарутоби Хирудзена, сразу понял, что не стоит соваться, поэтому промолчал, позволив нескольким членам Анбу унести тела.
— Запомните, о сегодняшнем происшествии никому не рассказывайте.
— Понял, Третий...
После ухода Сарутоби Хирудзена он сжёг трупы дотла, а затем в ярости направился в кабинет Данзо.
Данзо догадывался о провале миссии. Ведь ни один из шести посланных накануне ниндзя Корня не вернулся. Поэтому он не был удивлён появлению Сарутоби Хирудзена.
Встретившись, они долго молча смотрели друг на друга... В конце концов, шестерым джонинам не удалось справиться с Линь Тао, и, судя по результатам вскрытия, все они были убиты одним ударом. Это превзошло все их ожидания.
Спустя долгое время Сарутоби Хирудзен вздохнул и сказал:
— Данзо, я же предупреждал тебя, не трогай его. Но ты поступил по-своему. Теперь большая часть Конохи знает об этом. Если всё раскроется и разгорится скандал, как я должен буду всё уладить?
— Хе-хе, Хирудзен, ты слишком напряжён. Этим людям давным-давно были вживлены особые печати. Они не могут разглашать никакие секреты деревни и организации, и эти печати нельзя снять, пока они не умрут... — Тут Данзо внезапно замолчал, и его лицо выразило панику: — Погоди... У этого мальца есть секретное лекарство, которое может воскрешать людей. Неужели!
— Ты прав. Он, должно быть, знает правду.
— Что?! И что нам делать?
Данзо запаниковал. Если это правда, то он точно лишится должности помощника Хокаге, и даже кланы деревни могут затаить обиду на Коноху.
— Однако... Сегодня утром Линь Тао отправил эти шесть трупов в полицию и не упомянул Ибики и остальным, кто эти люди. При его возможностях он вполне мог оставить одного-двух в живых, чтобы их использовать для шантажа. Но он этого не сделал. Видно, что он щадит тебя и меня и не хочет раздувать скандал.
— Он, оказывается... Мерзавец!
Данзо скрипел зубами от ненависти. Он избежал катастрофы, но был в ярости от того, что Линь Тао так его прижал.
— Данзо, послушай моего совета, больше не трогай Линь Тао. У таких людей, как он, есть деньги и возможности. Даже если он уедет в любую другую страну, он сможет добиться славы и богатства. Но он терпит, хотя случилось такое. Это говорит о том, что он любит нашу Коноху. Я решил... пойти с ним на мировую. Думаю, если мы проявим такое отношение, он не будет слишком мелочным...
— Хирудзен, неужели действительно необходимо заходить так далеко...
— В Конохе сейчас большие экономические проблемы, и талантливых людей становится всё меньше и меньше. А он может изменить всё это. Это величайшая возможность для Конохи.
— Хирудзен, не забывай, что ты Хокаге. Разве Хокаге должен унижаться перед подчинёнными? Тогда... Тогда мы станем нищими, выпрашивающими подаяние на коленях?!
Услышав это, лицо Сарутоби Хирудзена стало ещё более мрачным, пальцы с хрустом сжались, и он ударил кулаком в стену:
— Нищие, выпрашивающие подаяние на коленях? А что ещё остаётся делать? В конце концов, ваша организация Корень ничего не делает. Называется самым сильным подразделением Конохи, а за несколько месяцев даже не смогла найти Небесный город. Не знаю, зачем содержать такую группу людей.
— Что? Коноха стала такой, и разве ты, как Хокаге, не несёшь за это никакой ответственности? Если бы не твоя слабость, если бы не те невыгодные для деревни условия, на которые ты согласился после Третьей мировой войны ниндзя...
— Замолчи! Ты сомневаешься во мне? Эх, я не хочу с тобой спорить, Данзо. Пусть будет так...
Слова Данзо попали в самую точку. Хоть они и неприятны, но это правда. Коноха действительно подписала много неравных договоров после Третьей мировой войны ниндзя. Но дело не в слабости Сарутоби Хирудзена. Просто Коноха сильно пострадала после многолетних войн и до сих пор не восстановилась. В деревне мало хороших бойцов, поэтому часто приходится идти на компромиссы.
Что касается «выпрашивания подаяния на коленях», то деревня начала этим заниматься, когда начала брать на себя всякую грязную работу, вроде ловли кошек, выгуливания собак и сбора мусора.
И вот... На следующий день Третий Хокаге Сарутоби Хирудзен лично отправился в дом Линь Тао.
После нескольких приветственных слов Сарутоби Хирудзен выразил глубокие сожаления по поводу того, что случилось с Линь Тао, и заявил, что готов выплатить 200 миллионов (валюты Страны Огня) в качестве компенсации. Он пообещал, что в будущем обязательно будет уделять внимание вопросам безопасности жителей деревни. В конце концов, Сарутоби Хирудзен даже поклонился Линь Тао.
Линь Тао увидел, как Хокаге зашёл так далеко, и его гнев утих наполовину. Затем он помог ему подняться и с грустью сказал:
— Третий, вы меня смущаете. Я люблю Коноху не из-за чего-то конкретного, а из-за того, что здесь я чувствую себя как дома. Каждый в деревне кажется мне родным. Поэтому я был очень огорчён, когда произошёл тот случай. Словно кто-то намеренно не хочет, чтобы я оставался в Конохе. Иногда я думаю, не стоит ли мне переехать в другое место.
Услышав это, Сарутоби Хирудзен поспешно замотал головой:
— Линь, вы слишком мнительны. Этого точно нет, определённо нет...
— А, раз Третий так говорит, то, возможно, я слишком мнителен. — Почувствовав искренность Сарутоби Хирудзена, Линь Тао перестал подшучивать.
Заметив, что атмосфера немного разрядилась, Сарутоби Хирудзен снова заговорил о старом:
— Эм... Я слышал, что Линь, вы недавно болели. Как сейчас себя чувствуете?
— Спасибо за заботу, Третий. Сначала действительно чувствовал себя плохо, но сейчас намного лучше. Возможно, скоро выздоровлю.
Сарутоби Хирудзен вздохнул с облегчением. Это означало, что прошлая история перевёрнута.
— Хорошо... Эм, то, что Линь-сан говорил о регистрации в качестве джонина, я обсуждал с другими высокопоставленными чиновниками деревни, и мы все сошлись во мнении, что Линь-сан действительно соответствует стандартам джонина...
— О? Неужели Третий собирается выдать мне удостоверение джонина?
Сартоби Хирузен с некоторым смущением погладил свою бороду и сказал:
— Эм... боюсь, так нельзя. Если я так поступлю, это нарушит правила. Если другие узнают об этом и начнут подражать, мне будет очень трудно работать. Но, господин Линь, не волнуйтесь, через два с лишним месяца будет совместный экзамен чунина. К тому времени, если господин Линь захочет принять в нём участие, остальное предоставьте экзаменаторам.
— О, я понимаю.
После этого Сарутоби Хирузен раскрыл Линь Тао много важной информации об экзамене чунина.
Дзёнины, помимо ежемесячной выплаты, имеют право быть капитанами отрядов генинов и даже чунинов, и, что более важно, став дзёнином, они могут изучать более продвинутые техники ниндзюцу. Проще говоря, это записи техник ранга А или S в архиве Конохи. Ниже чунина даже не имеют разрешения на их просмотр, но дзёнины могут пользоваться этими ресурсами.
Поэтому Сарутоби Хирузен всегда считал, что настоящая цель Линь Тао — изучить основные техники ниндзюцу Конохи, но это, как ни странно, успокоило Сарутоби Хирузена, ведь суть высшего общества — это обмен интересами, и только когда обе стороны имеют то, что нужно друг другу, «отношения» могут быть прочными и долговечными. Для нынешнего Сарутоби Хирузена, даже если бы Линь Тао попросил у него пару бьякуганов, он был бы готов пойти в клан Хьюга и выковырять пару, чтобы отдать Линь Тао.
В то же время... Страна Волн — западное побережье.
Молодая женщина в чёрной мантии магией открыла новый разлом в ином измерении...
http://tl.rulate.ru/book/155128/8892235
Готово:
